ЛитМир - Электронная Библиотека

Ольга Орлова

Настоящим испытанием для меня стал тест по фехтованию. Мастер по данной дисциплине оказался гибким испанцем с насмешливыми глазами и дерзкими манерами.

Увидев меня, он всплеснул руками и заговорил на идеальном русском:

– Кого это ко мне привели? Прекрасный цветок!

Я против своей воли покраснела.

– Меня зовут Диего Родригас, и я буду счастлив иметь такую ученицу, – продолжил мастер, подмигнув мне.

Этот очень обаятельный человек просто притягивал к себе взгляд. И, как мне кажется, был большим дамским угодником.

– Что мы уже умеем? – цепко присмотрелся он ко мне.

– Я… немного фехтую.

– Немного для отдела аналитиков – это уже хорошо. Что ж, давайте посмотрим ваши умения в действии.

После этих слов я выбрала себе шпагу полегче, с закрытым эфесом. С защитой я справилась вполне успешно, но вот об атаке и речи не шло.

– Что ж, действительно немного. Но для женщины достаточно. Что насчет сабли?

Пожав плечами, я ответила:

– Знаю только основные движения.

– Хорошо, хорошо… – задумчиво проговорил мастер. – Мы попробуем другой вариант.

– Какой? – заволновалась я.

Мне очень не хотелось учиться обращению с еще каким-либо оружием. Не любила я его.

– Вы будете учиться пользоваться ножами, стрелять из различных видов стрелкового оружия… и, конечно, освоите яды. И не нужно кривиться. Это здесь вас защищает корпорация, а в прошлом вам нужно будет суметь постоять за себя самой. Любую ситуацию вы должны уметь использовать с выгодой для себя.

– Но если речь идет только о защите, то зачем мне яд? – недоуменно возразила я и, заметив, как мастер отвел глаза, спросила: – Или не только для защиты?

– Это нужно спрашивать у вашего руководителя. Я со своей стороны могу только сообщить, что наши занятия будут ежедневными.

Поняв, что отказаться мне никто не даст, я обреченно вздохнула.

– Вот и прекрасно. Но главное внимание мы уделим ножам. Они универсальны для любого времени, не требуют особенной силы и очень эффективны для женщины. Ну, и, конечно, яды.

Вскоре после того, как завершилось мое тестирование и я с замиранием сердца ждала первое задание, благодаря Корнейси мне преподали очень хороший урок.

Как-то он вызвал меня к себе в кабинет, где уже ждал Разинский, мрачный и неразговорчивый. Ответив на его скупое приветствие, граничащее с невежливостью, я повернулась к руководителю. Судя по всему, они оба были в дурном расположении духа, и мне совсем не хотелось попасть между молотом и наковальней.

Не знаю, правдивы ли были слухи об их родстве, но они наполняли меня любопытством каждый раз, когда я наблюдала общение этих, возможно, братьев.

Как в воду глядела.

– Мадемуазель Ольга, во избежание провала возможных заданий я хочу, чтобы Алексей показал вам неприятные стороны жизни, с которыми вы, в силу своего общественного положения, практически не сталкивались.

Да что ж это такое?! Они считают меня совсем наивной?

– Вы считаете, что…

– Да, я считаю это необходимостью, – резко произнес Корнейси.

Тон главы творцов меня задел, и, поджав губы, я просто кивнула. Ну что ж, раз начальство так хочет…

– Когда намечается наш урок?

– Сейчас, – коротко ответил руководитель.

Повернувшись к Разинскому, я выжидающе на него посмотрела. Тот подошел и, явно поддевая Корнейси, спросил:

– Не окажет ли госпожа мне честь прогуляться со мной по злачным местам города?

Язвительность в голосе творца сквозила неприкрытая, и смотрел он в это время прямо на Корнейси. Тот не отрывал глаз от бумаг на столе.

– Конечно, ваше сиятельство! Для меня это большая честь, – в тон ему ответила я.

И, уже выходя за дверь, услышала замечание Корнейси:

– Не творцы – клоуны какие-то! Безобразие…

Улыбку я сдержать не смогла.

До города мы добирались наедине с Разинским, что в высшем обществе посчитали бы неприличным, но для Лемнискату было совершенно естественным. Деревья и поля мелькали за окном, пока карета мчала нас вперед. Странно, неужели Разинский так спешит?

Едва мы въехали в город, Алексей приказал свернуть. Услышав, что мы едем в бедные районы, я напряглась.

– Не беспокойтесь, Ольга, я смогу вас защитить. Но не лишним будет набросить плащ.

Накинув невзрачную темную одежонку, я замерла. Идти в подобные места было страшновато.

– Впрочем, вы и сами о себе способны позаботиться. Не так ли? – усмехнулся творец.

Отвечать ему я не стала.

За последнее время я очень устала морально, и вступать в спор совсем не хотелось. Ехать нам еще прилично, а отношения у нас и так непростые.

Когда карета остановилась, на улице уже стемнело. Алексей помог мне выйти и обвел рукой темный, мрачный и, на мой взгляд, подозрительный переулок.

Осмотревшись, я передернула плечами.

– Ну что, Ольга, начнем экскурсию для ознакомления с тем, с чем вам, возможно, придется столкнуться при нашей работе?

Я кивнула.

Взяв меня под руку, Разинский направился вперед, вдоль переулка.

– Пожалуй, начнем со страха. Он – постоянный спутник работы творца. Страх перед неизвестностью и опасностью вы уже преодолели. Этому поспособствовали годы самостоятельных прыжков и динозавр.

– Кстати, о нем, – заметила я, оглядываясь по сторонам. – Мне говорили, что в прошлом и будущем нас не видят, тогда почему та ящерица пыталась меня убить?

– Прекратите озираться. Вы привлекаете к нам лишнее внимание.

Я тут же уставилась прямо перед собой и постаралась перестать нервничать. Мы с Алексеем шли вдоль темных улиц, сворачивая из одного переулка в другой. Казалось, им конца-края нет.

– Динозавр – хищник. Да, он не видел вас, но чуял. К тому же вы прыгали слишком далеко в прошлое, там законы времени мало кому известны, – пояснил Разинский.

Тут мы вышли на большую центральную площадь бедного района.

– Здесь лучше всего можно увидеть людской страх. Смотрите на людей, Ольга. Тут все чего-то боятся. Кто-то – насильственной смерти, кто-то – смерти от болезни и голода… И многие к этому привыкли.

Глядя на людей, я видела печальную мать, баюкающую ребенка, стайки грязных детей, женщин, продающих себя…

– Это ужасно, – с трудом прошептала я: горло сдавил спазм.

– Здесь многое видят и терпят. Но, познав и бедность, и богатство, могу сказать, что люди, которых вы видите, счастливее богачей. И они не настолько жестоки. Беднякам нужно просто научиться жить по правилам. В высшем же обществе нужно научиться выживать.

Я молчала, вынужденная признать его правоту, и лишь искоса на него поглядывала. Глаза Разинского светились зеленым цветом и переливались, словно расплавленный металл. Неужели и у меня так?

– Что вы коситесь, Ольга? Думаете, я заблуждаюсь по поводу того, что вас уже посвятили в историю моей жизни?

– Я не уверена, что это нужно обсуждать…

– Вы теперь имеете доступ ко многим тайнам… Но мы отвлеклись. Пойдемте просто погуляем по дну общества. Вы сами все увидите.

– И как это поможет мне при выполнении заданий? – скептически спросила я, направляясь за ним.

– Творцам нужно знать все. Бедность существовала во все времена. Иногда людям живется чуть тяжелее, иногда – чуть легче. Но голод всегда правит среди людей.

– А что насчет высшего общества?

– Там присутствует голод другого рода. Наше с вами общество тоже не меняется. Людская природа та же из года в год.

Наблюдая за дракой в соседнем переулке, я спросила:

– И мы сможем противостоять этому в прошлом или будущем?

Разинский проследил за моим взглядом.

– Да, нас – и, думаю, даже вас – этому обучали. Но есть еще кое-что… В будущем мы обладаем большими сверхъестественными способностями, – склонившись чуть вперед, так близко к моему лицу, что это было практически на грани приличий, мужчина, понизив голос, добавил: – Там ощущаешь себя полубогом.

Рыжая прядь, выбившись из хвоста, упала на идеальное лицо, и я задержала дыхание от восхищения. Но уже в следующее мгновение мне предложили руку, и мы двинулись дальше.

16
{"b":"256042","o":1}