ЛитМир - Электронная Библиотека

– Спасибо. У меня есть вопрос.

– Задавайте, – махнул рукой глава творцов.

– Почему в этот раз мне было настолько легко передвигаться? Тело как будто ничего не весило. А раньше, когда я прыгала дома…

– Чем дальше во времени прыгаешь, тем меньше на тебя действует сила притяжения, – ответил мне Разинский.

Угу.

– Теперь тебе все ясно? – улыбнулся Корнейси.

– Да. Я могу идти? Мне надо привести себя в порядок и поспать.

– Вы и так прекрасно выглядите! – успокоил меня глава творцов.

Посмотрев на свою одежду, порядком перепачканную в земле, увидела, что она совершенно чистая.

– А как?..

Сзади послышался презрительный смешок Разинского:

– Вы что, не знали? Мы ничего не можем забрать из прошлого, как и принести в него. Едва носитель перемещается, вещь возвращается в свое время на свое место. В вашем случае обратно вернулась грязь.

Недовольно посмотрев на творца, я снова обратилась к Корнейси:

– Так я…

– Подождите. Нам нужно кое-что сделать. То, что давно пора.

Я насторожилась, Алексей хранил каменное выражение лица.

– Что же?

– Подписать договор!

Я замерла.

– Но сейчас со мной нет поверенного…

– Здесь все свои, – отмахнулся Корнейси и направился в соседнюю комнату.

– То есть как – здесь? А члены совета директоров? – крикнула я ему вдогонку.

Разинский, который присел в этот момент в кресло, услышав мою фразу, рассмеялся.

Вот что за человек? Противный – до невозможности!

– Прочитайте и подпишите, – протянул мне Корнейси, вернувшись, стопку бумаги. – Это стандартный договор для творца первой степени.

– Да? – усомнилась я, недоверчиво взирая на документы в его руке.

– Конечно. Корпорация не обманывает без острой необходимости, мы – надежная организация с многовековой историей. К тому же обманывать такие ценные кадры чревато. Вы – сокровище Лемнискату, – хитро улыбнулся Корнейси.

Подозрительно покосившись на руководителя, я принялась читать документ, а мужчины пока заняли себя разговором. Договор оказался достаточно подробным, но просто и понятно составленным документом.

Когда я дошла до суммы, выплачиваемой мне в зависимости от уровня опасности задания, поняла, почему творцы первой степени считаются очень состоятельными людьми.

Закончив чтение, я глубоко вздохнула и решительно поставила свою подпись.

– Прекрасно, – сказал Корнейси, забирая договор. – При подписании присутствовали два свидетеля, я – как глава творцов и Алексей – как представитель знати.

Я бросила взгляд на Разинского, и тот мрачно мне улыбнулся, спокойно пригубив бокал с вином, а Корнейси развел руками:

– Больше из высших чинов пригласить было некого. Пойдемте, выберете тотем и распишетесь в книге о получении.

Еще по отделу аналитиков я знала, что тотем – это вещь для контроля силы. Зайдя в соседнюю комнату, я сразу увидела на столе поднос. На нем лежали различные камушки и вещички, но свой тотем я приметила сразу. Он приковал к себе мой взгляд, и внутри все потеплело.

Подойдя к подносу, я взяла похожий на кляксу маленький синий камушек, тонкий и гладкий.

– Хороший выбор, – прокомментировал Корнейси. – Мудрость и решимость.

– Что? – отвлеклась я от рассматривания вещицы.

– Это я сейчас про ваш выбор. Теперь подойдите сюда и распишитесь.

Я приблизилась к книге и увидела список фамилий. Взяв перо, я аккуратно расписалась напротив своей.

– Ольга, вам нужно запомнить главные правила корпорации. Творцу нельзя знать свое будущее или прошлое, а вернее, то, что именно он будет совершать и как поступать. Творцу нельзя видеть самого себя, если он перемещается в одно и то же время дважды. Потому что и в первом, и во втором случае вы сможете изменить события, а это повлечет непоправимые изменения в истории и людях.

– Не понимаю…

– Люди – вот главное ключевое звено Вселенной. Перемены течения истории и событий вы отследить не в состоянии, только итоги. Вы, мадемуазель Ольга, сможете лишь заметить перемены в окружающих вас людях. Они останутся с вами, но никогда не будут такими, как прежде. Понимаете?

Я кивнула.

– Вот и прекрасно, – подытожил глава творцов, захлопывая книгу и забирая ее у меня.

– А какой?.. – я покосилась на Разинского.

– Корнейси… – начал Алексей, сразу поняв, что мне хочется узнать.

– Человеческая кость.

Разинский презрительно взглянул на нашего главу, одним махом допил вино, поставил бокал на стол и, пожелав всем спокойной ночи, вышел.

– Он…

– Да, Алексей – неординарная личность, – поспешила произнести я, рассматривая пустой изящный фужер.

– Его сразу не разгадаешь. Что ж, поздравляю, Ольга: вы теперь – часть нас и творец первой степени – официально. Поднесите тотем к груди.

Выполнив указание, я почувствовала, как все тело словно обдало огнем.

– Боже мой!

Хватая ртом воздух, я заметалась по комнате. Корнейси, не выказывая особого беспокойства, налил мне немного вина. Я залпом выпила, хотя не сказала бы, что мое самочувствие стало получше.

Медленно, постепенно жар стал спадать, а руководитель лукаво улыбался.

– Что? – настороженно спросила я.

Вместо ответа мужчина покачал головой и пожелал мне спокойной ночи.

* * *

Безупречно выполнив первое задание, я была необычайно горда собой. Меня просто распирало от радости, хотя я и старалась этого не показывать.

Увы, радость длилась недолго. Подходя к интендантской мадам Малкин, чтобы сдать инвентарь, я неожиданно услышала разговор.

– Алексей, ты предвзято относишься к этой девушке. Это неправильно.

– Вы неправы, мадам. Просто корпорация так надеялась найти еще хоть одного творца первой степени, возлагала на это такие надежды… и тут – необученная девочка.

В голосе Разинского отчетливо слышалось разочарование.

– Алексей, ты пристрастен. И, я думаю, в тебе говорит задетое самолюбие. Она, несмотря на свою неопытность, очень способная и уже сейчас может прыгать дальше тебя. Ты же, похоже, достиг своего потолка. Древний Рим – максимум, который тебе доступен. А знания… знания можно дать.

– Да, только усвоит ли она их?

Ах ты… мерзавец!

Постучав и приоткрыв дверь, я, стараясь сохранить невозмутимое выражение лица, вплыла в комнату. Собеседники мгновенно обернулись, а Разинский, судя по выражению его лица, пытался угадать, как много я услышала из их разговора.

– Добрый вечер, мадам. Я пришла отдать вам вещи, взятые для задания.

В ответ на молчаливый поклон Разинского – изящный книксен. И снова поворот в сторону мадам.

– Как все прошло? Что-то ты выглядишь бледновато.

– Встретилась с динозавром, а так все хорошо. Сделала все, как было указано в инструкции.

– Умница! Но, видно, из-за того негодника ты сильно поизрасходовала свою энергию. Тебе необходимо отдохнуть.

– Я и направляюсь в свою комнату. Но нужно же было занести инвентарь.

– Вот, Разинский, учись! Всем бы такую ответственность за казенное имущество!

Первый творец только поморщился и вышел, а я повернулась к пожилой женщине.

– Скажите, мадам, а остальные творцы имеют превосходные навыки… во всех необходимых отраслях?

Меня очень беспокоил и задевал тот факт, что я могу быть в чем-то хуже их. И так отстаю практически во всем.

– Понимаю твои переживания, – улыбнулась мадам Малкин. – Но не стоит так сильно беспокоиться. У каждого из трех творцов нашей современности есть свои сильные и слабые стороны. Поэтому задания и распределяются между вами по-разному. Например, Джеймс ничем не выделяется. Он вроде бы умеет все, но особых талантов в каком-либо направлении у него нет.

Мадам Малкин улыбнулась снова.

– Разинский имеет очень богатый и обширный практический опыт. Но в плане исторических или необходимых теоретических знаний у него сильные пробелы. Он практически не разговаривает на других языках, может только понимать то, что ему скажут, и то с трудом. Именно поэтому его злит твоя принадлежность к творцам. Ты не только женщина, но еще и разбираешься в некоторых вопросах лучше него. А как он смешивает яды! Еще ни одного сложного состава не смог воспроизвести. Зато после его смесей человека ни одно противоядие не спасет. Да что человека – с их помощью, мне кажется, можно отравить даже творца!

19
{"b":"256042","o":1}