ЛитМир - Электронная Библиотека

Все время, пока шел первый акт оперы, Корнейси вежливо со мной общался, шутил, улыбался, позволял себе легкие, но ничего не значащие прикосновения.

Я же изо всех сил старалась показать, что наслаждаюсь общением с главой творцов и как мне приятно общество этого мужчины.

Когда же занавес опустился и объявили перерыв, пришла пора моей расплаты за разыгранный спектакль. Из ложи я вышла с Корнейси, но затем меня перехватил Алексей.

– Я думаю, все самое срочное вы уже обсудили, – обратился он к главе отдела.

И, перехватив мою руку, предпринял попытку увести меня прочь. Но именно этот момент выбрал князь Меньшиков, чтобы выйти из своей ложи с довольно приятной на вид молодой женщиной младше его минимум в два раза.

Как вдовец, он мог позволить себе выбирать спутниц по вкусу.

Он окинул обоих своих сыновей непроницаемым взглядом. Мы стояли настолько близко, что не поприветствовать знакомого, а тем более родственника, это скандал.

Корнейси тут же склонился в поклоне, однако Алексей не удостоил родителя даже кивком и, отвернувшись, увел меня.

Поступи какой-то другой барон подобным образом по отношению к князю Меньшикову, его бы сгноили в тюрьме, но Разинскому все сходило с рук.

Несмотря на то что он творец, нашелся бы способ наказать его, но, по-моему, князь щадил сына и по-своему любил.

Я могла бы сказать это все Алексею, но, судя по его выражению лица, делать этого не стоило. Разинский не мог простить князю свою мать и старые обиды – и в этом отношении не мне его судить.

Но в этот вечер неудачи преследовали Алексея на каждом шагу. Едва мы остановились, как буквально сразу нас окликнули.

– Разинский, какая встреча!

Я повернулась и увидела спешащих в нашу сторону троих мужчин со спутницами. Деваться Разинскому было некуда, придется знакомить меня со своими друзьями, что он и сделал, когда те подошли.

Едва со светскими условностями было покончено, как один из мужчин поинтересовался у Алексея:

– Когда мы сможем увидеть тебя в нашем клубе? Там сейчас очень интересная программа.

Друзья моего спутника рассматривали меня с немалым любопытством, особенно женщины. Они не понимали, что такой безупречный и популярный в свете мужчина делает в моем обществе. Притом, судя по взглядам, они точно знали, что это не первый наш совместный выход в свет.

Слухи расходятся быстро.

– Я был несколько занят, – пробормотал Алексей, посматривая на меня.

Его друзья намек поняли верно, их спутницы рассмеялись.

– Вижу, твоя прекрасная спутница украла тебя у нас, – улыбнулся один из троих.

– Ну что вы! – ответила я, посмотрев на Разинского. – Ни в коем случае! Просто Алексей не рассказывал мне, что у него столь замечательные друзья. Мне очень интересно, как проводит свободное время Алексей, и я постараюсь уговорить его не забывать вас.

Женщины захихикали, думая, что я не знаю, о чем говорю.

– Может, вы поведаете нам, где именно познакомились? – мурлыкнула шикарная брюнетка, если мне не изменяет память, вдова барона.

– Мы вместе работаем, – улыбнулась я.

– Дочь графа – и работает? – приподнял брови один из друзей.

– Дочь графа может позволить себе любые капризы, – лукаво сказала я.

– Мне сейчас не совсем удобно… – начал Алексей, но я, положив руку ему на рукав, провела по нему и сжала, останавливая.

Мой жест сказал его друзьям о наших близких отношениях, подтвердил его ухаживания.

– Не стоит доставлять себе неудобства. Я пойду в дамскую комнату, а ты пообщайся с друзьями, – мило улыбнулась я, направившись прочь.

Пусть теперь отвечает на их вопросы сам.

– Разинский, ты что, собираешься на ней жениться? – долетел до меня насмешливый вопрос.

– Я не собираюсь обсуждать это, – последовал приглушенный ответ.

Оказавшись в дамской комнате, я прижала руки к пылающим щекам. Боже, какой ужас! Я веду себя непростительно, меня не так воспитывали, чтобы я подобным образом представляла в обществе свою семью.

Эта месть толкает меня на неоднозначные поступки, своими неправильными действиями я приравниваю себя к его кругу общения. Месть выматывает меня, опустошает, причиняет боль. Стоит ли она того?

Собравшись с силами перед очередным актом затеянного мной спектакля, я вышла в коридор, где прогуливались пары, и неторопливо направилась на поиски Алексея. Его друзей не было, как и самого Разинского.

Куда же он делся? Почему не дождался меня?

Подойдя к пустующей ложе, я неожиданно для себя услышала разговор Джеймса и Алексея.

– Ты знаешь, для меня определенное облегчение то, что ты все знаешь, – обреченно прозвучал голос второго творца.

– А вот я не могу сказать о себе такого. Как ты мог предать меня и использовать после стольких лет дружбы? Я доверял тебе, а ты уговаривал ухаживать за Ольгой из своих корыстных целей. Говорил, что будешь помогать, а сам толкал меня на нужный тебе путь. Говорил «ради брата», а на самом деле…

– Они грозили убить моих родных, если бы я не послушался. У меня есть не только влиятельные родственники, но и дочь, которую я не могу признать…

– Корпорация ее защитила бы! – рявкнул Алексей.

– Не смеши меня! Лемнискату сейчас и своих творцов не в состоянии защитить.

– Ты не вправе жертвовать другими людьми ради тех, кто дорог именно тебе. В отношении тебя я все сообщил Корнейси, и твою семью, как и остальных, менее влиятельных родных, спрятали. Но мне ты больше не друг.

– Может, ты и прав, Алексей… но не стоит забывать и того, что да, я уговаривал тебя, однако решение ты все же принял сам. И не надо теперь пытаться переложить вину на других.

Моего плеча коснулась рука, и я подпрыгнула от неожиданности. За спиной стоял Корнейси и грустно смотрел на меня, предлагая свою руку для сопровождения в ложу. За его спиной к нам уже спешили князь и Лидия.

Ну вот спектакль и продолжается.

* * *

Алексей Разинский

Про наш скандал с братом, наверное, слышала половина Цитадели, хоть и без подробностей, но я не понимаю, почему он пытается обольстить Ольгу. Их разговор в ложе, ее поведение – все говорит, что ее отношение ко мне изменилось, и это невыносимо, это сводит меня с ума!

Теперь, вместо того чтобы раскрыть тайну, я думаю о своей невесте, которая ведет себя в высшей степени странно.

А что, если наш глава рассказал Ольге о плане, который реализовал с помощью Джеймса Неизвестный?

Но тогда, думаю, Ольга не вела бы себя так спокойно, она бы высказала мне все и предала бы сомнению мою честь, хотя бы в пределах корпорации.

Я во многом был ранее неправ. Относился к Ольге с предубеждением, моя задетая гордость толкала меня на поступки и суждения, на которые теперь я смотрю совсем по-другому.

И теперь передо мной стоит выбор – рассказать о своей тайне самому или подождать, когда это сделают другие? Намного лучше будет поведать о своих неприглядных поступках лично и рассказать, как я изменился с тех пор, когда началась история с ухаживанием, что теперь мои чувства серьезны.

Но едва я допускал мысль об этом, как сердце сжимал страх. Что, если Ольга мне не поверит? Что, если, узнав правду, она захочет разорвать отношения? Так ли крепки ее чувства, как мои? Особенно если учесть ее странное поведение в последнее время.

Нет, пожалуй, нужно немного выждать. Сначала разберусь с покушениями в корпорации, а потом решу, как рассказать Ольге правду.

* * *

Ольга Орлова

Несколько дней после разыгранного мною спектакля я отдыхала, стараясь успокоить свои чувства. Хорошо, что у Алексея в это время был плотный график, а когда у него выдавалось свободное время, то я «плохо себя чувствовала».

Находиться с ним рядом оказалось невыносимо трудно. С одной стороны, во мне словно все застыло, заледенело, и эта новая жизненная трагедия изменила меня, но глубоко внутри жила прежняя Ольга, что всем сердцем любила мужчину, который ее предал.

56
{"b":"256042","o":1}