ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я не позволю тебе! Слышишь?! – кричала она, потрясая кулачками.

– О чем ты говоришь? – растерялась я.

– Не притворяйся! Ты это специально задумала, но я не позволю тебе заполучить его! Разинский будет мой!

Так вот оно в чем дело! В полном молчании я взирала на эту истерику и слушала вопли сестры, не представляя, что делать.

– Как вообще на тебя можно смотреть, когда рядом я?! Это же просто смешно!

В этот момент в комнату влетели перепуганные родители, привлеченные шумом, и в изумлении уставились на рыдающую Светлану, которая, не обращая на них внимания, выкрикивала:

– Ты просто никто и ничто! Все так считают! И десять лет назад ты подтвердила это!.. Ты всю семью поставила в неловкое положение своим враньем! Я лучше тебя, слышишь?! Все равно он будет моим!

– Светлана, что ты такое говоришь? Прекрати немедленно! Ольга – твоя сестра!

– Ах, маман, вы ничего не понимаете! Она все подстроила, все специально. И тогда, и сейчас. А теперь прикидывается невинной овечкой!

– Молчать! – неожиданно раздался громкий голос отца.

Мы все в шоке и сильном волнении посмотрели на него. Лицо отца потемнело от гнева, и было видно, что он еле сдерживается.

– Светлана! Немедленно иди в свою комнату. И чтобы больше я тебя не слышал.

– Но, папа…

– Ты меня слышала?! С тобой я поговорю завтра.

Снова расплакавшись, сестра выбежала прочь, а отец, взяв расстроенную маму под руку, направился к выходу:

– Спокойной ночи, Ольга.

– Спокойной ночи, папа, – откликнулась я.

После того как все покинули комнату, я упала на кровать. Как же я от всего этого устала! Уехать бы куда-нибудь…

Но не успела я додумать эту мысль, как почувствовала, что комната смещается куда-то в сторону, а в желудке появилось тянущее ощущение резкого прыжка.

Я едва успела настроиться на место перемещения.

Утром меня разбудила горничная словами:

– Барышня, пора одеваться.

Еле открыв глаза, я простонала:

– Может, я не пойду?

Вернувшись обратно после прыжка во времени, я легла очень поздно, да к тому же и замерзла сильно.

– Не думаю, барышня. Ваши родители сегодня все утро не в духе были, а час назад у них с вашей сестрой вышел жуткий скандал. Светлана Александровна выбежали вся в слезах.

– Теперь еще и ее ждать, так что можно не торопиться, – усмехнулась я.

– Нет, барышня, они уже практически одеты. Наталья Сергеевна сегодня дали по поводу времени строгие указания, и вам бы тоже нужно поторапливаться.

После таких сведений я приподняла брови, подумав: «Неужели любимица наказана?»

Но делать было нечего, пришлось одеваться, да побыстрее. Закончив приводить себя в порядок, я взглянула в зеркало и осталась довольна своим внешним видом.

Мероприятие, ради которого меня заставили вылезти из теплой постельки, проводилось за городом, в одном из частных владений Лемнискату.

Это был огромный комплекс зданий в стиле барокко с большим внутренним двором, выложенным камнем, и стеной, окружающей все это великолепие. Мы не торопясь прошли через высокую арку, попав во внутренний двор, полюбовались искусственными прудиками и фонтанами, в которых замерли статуи обнаженных греческих богов и плавали золотые рыбки.

Николай тут же принялся исследовать множество других арочных проемов, в которых иногда прятались лавочки. А я снисходительно наблюдала за братом. Затем мы дружно прошли в главное здание, похожее на французский замок с высокими стрельчатыми окнами, украшенными витражами.

Многие именитые люди, обладающие в этом мире существенным влиянием, присутствовали здесь со своими семьями. Праздник обещал быть шикарным…

Выполнив свой светский долг – то есть покрутившись между гостями достаточное количество времени, – я решила, что остаток вечера проведу с братом, и спустилась с ним на террасу в сад.

Здесь, в окружении белоснежных резных колонн, были посажены розовые кусты, которые, переплетаясь, создавали красивую уютную атмосферу и иллюзию уединенности.

Но день, начавшийся столь необычно, преподнес еще один сюрприз. Через полчаса игр мы с братом услышали шум и крики. Все, кто находился на тот момент в саду, с тревогой начали озираться, некоторые поспешили к особняку. Я притянула к себе Николая, посматривая по сторонам и стараясь закрыть его от потенциальной опасности. Знать бы еще, откуда она последует?

Только этот вопрос пришел мне в голову, как возле особняка появились вооруженные люди. При виде их количества и того мастерства, с каким они обращались с оружием, мое беспокойство усилилось.

Наша охрана, призванная следить за порядком, бросилась на защиту гостей, но противников было слишком много, и, хотя их теснили, увы, происходило это слишком медленно.

Схватка закипела и на балконе, откуда прекрасно просматривался весь сад. И, конечно же, мы – гости, вышедшие прогуляться и отдохнуть от шума и суеты.

Вот двое из вражеских воинов развернулись и, под прикрытием товарищей, атаковали нас. Среди нападающих были и обычные люди, и дуовиты. Внешне похожие на обычного человека, дуовиты умели обращаться с чистой энергией, вот только когда они использовали ее, их лица становились серыми и потрескавшимися, а глаза – совсем черными.

Самый худой из дуовитов, с пронизывающим взором, стегал энергией особенно умело.

Неожиданно из одного из окон дома послышался крик мамы, зовущей Николая. Не меня… Ну да, она ведь была уверена, что я – бесполезная обуза, которая принесла им в жизни только разочарование и позор.

Худой, заметив, на кого именно смотрит матушка, тоже обратил на нас внимание. Было заметно, что он собирает побольше энергии для атаки, но тут неожиданно ему помешали.

Разинский отбился от своих противников и швырнул сгусток энергии в худого, вынудив того защищаться. Но вот на Алексея налетели еще двое, и он отвлекся на них, следя за худым дуовитом краем глаза, – должно быть, решил помешать атаке чуть погодя.

Большинство присутствующих отлично поняли, кто будет следующей жертвой. А для меня в этот миг стало ясно, что пришло время делать выбор. Мне придется открыть так тщательно охраняемый ото всех секрет – или погибнем и я, и брат.

Собрав всю доступную энергию, я активировала алый щит, с которым экспериментировала уже много лет, и практически одновременно с этим мужчина метнул в меня сгусток «белой смерти». Щит выдержал.

Сила «белой смерти» была чудовищной, но я оказалась не так проста. В конце концов, творец первой степени!

Нападающий буквально остолбенел, уставившись на меня во все глаза. Изумились и представители руководства Лемнискату, которые тем не менее старались побыстрее добить противников.

Но когда худощавый предпринял новую серию атак, мне стало не до чужих впечатлений. Дуовит начал наносить один удар за другим, постепенно истощая мои силы, но и опустошаясь при этом сам.

Энергия сверкала и переливалась в воздухе еле различимым серебристым потоком, обжигая и убивая. Не знаю, как другие, но я видела ее отчетливо, и, несмотря на смертельную опасность, она меня восхищала.

Для поддержания защиты начала расходоваться моя жизненная энергия, и я медленно опустилась на колени, а из носа потекла кровь, заливая губы. Ее соленый вкус я сейчас особенно остро ощутила. У нападающего, судя по всему, силы осталось на последний удар, и его я уже не выдержу. Прикрывать и себя, и брата больше не смогу.

Помимо того, что я была практически обессилена, истощался и мой контроль над собственными способностями. Сдерживаемая энергия времени вырвалась наружу, сметая остатки контроля, который и так давался с огромным трудом.

Видя, что нападающий замахнулся для последнего удара, а никто из творцов не успевает ему помешать, я поняла, что пришло время раскрыть свой последний козырь.

Толкнув брата на траву и накинув на него энергетический щит, я почувствовала, как смещается мир, а время замедляет свой бег. Повернувшись в сторону своего противника, увидела, что Разинский наконец-то схватил его, а теперь с ошеломленным, как и у всех остальных, лицом смотрит в мою сторону…

9
{"b":"256042","o":1}