ЛитМир - Электронная Библиотека

Мало того, она рассчитывала на то, что игуменья поможет разгадать тайну ее происхождения. Может быть, у нее сохранились вытканные золотом пеленки, медальон с фамильным гербом, корона… Несмотря на смятение от полученного недавно известия, Полисена никогда ни единой секунды не сомневалась, что она не дочь бедняков. Ее настоящие родители исключительно благородного происхождения, а может быть, даже королевского. Только эта уверенность и утешала ее, когда она думала, что больше не увидит свою маму, то есть купеческую жену, самого купца, Ипполиту с Петрониллой, Агнессу и других домочадцев.

Она поднималась по тропе, не переставая плакать, но по обыкновению снова принялась фантазировать. Она представляла, как возвращается в свой городок в серебряном экипаже, запряженном в шестерку белых коней, с грумом, расчищающим дорогу, пажами и свитой офицеров в пышных мундирах с золотыми погонами и плюмажами, с трубами и барабанами. А в экипаже – целая гора подарков для всей семьи купца. Ипполите она бы привезла черного как ночь арабского жеребца, умеющего перепрыгивать через изгородь и плавать в реке. Петронилле – большую заводную самоходную куклу, которая ходит и говорит, как живая… Она сделает вид, что прощает аптекарскую дочку, и подарит той серебряную коробочку, усыпанную драгоценными камнями (фальшивыми, разумеется), а когда Серафима ее откроет, то из нее выпрыгнут гремучие змеи и смертельно ужалят ее.

Эти мысли помогли Полисене преодолеть последний отрезок дороги. И вот впереди показался монастырь: высокие серые стены без окон, похожие на крепость, и в них замкнутые ворота.

Глава пятая

«Откроют мне ночью-то?» – думала Полисена, и в ту же минуту перед ней промелькнула тень, крадущаяся от зарослей деревьев к монастырской ограде. Свет луны был достаточно ярким, чтобы разглядеть человеческую фигуру: юноша примерно девятнадцати лет, по виду крестьянин, прижимал к груди большой темный сверток.

Считая себя незамеченным, паренек подошел к деревянному цилиндру, который был вделан в монастырскую стену возле ворот, и повернул его, открыв нишу.

«Неужели я – свидетель отказа от новорожденного?» – задалась вопросом Полисена, и сердце ее бешено застучало в груди. Наверное, это знак судьбы.

Парень осторожно положил свою поклажу в нишу для передач, потом вновь повернул цилиндр, и его содержимое скрылось внутри толстой стены. Послышался оглушительный визг. Полисена никогда еще не слышала, чтобы так плакал младенец.

Она смерила парня презрительным взглядом, когда тот шел ей навстречу, радуясь, что избавился от своего груза. Ее охватил гнев. Почему он решил отказаться от своего ребенка? Неужели мамаша малыша была заодно? Что с ним будет дальше? Найдет ли он такую любящую семью, как семья купца? Разве не слышит этот папаша-преступник, как плачет новорожденный, как отчаянно кричит?

Удивительное путешествие Полисены Пороселло - i_005.png

– Постыдился бы! – строго сказала Полисена, когда крестьянин проходил мимо нее. Тот вздрогнул. В своей эйфории он ее даже не заметил.

– Ну точно! Мне надо постыдиться! – усмехнулся он. – И сам знаю, что хуже поступка не придумаешь. А когда утром отец заметит – вот уж надает мне поленом!

«Видать, он совсем идиот, – подумала Полисена. – Как можно говорить веселым тоном о такой серьезной и трагической вещи?»

– Я пришел ночью, чтобы никто не заметил, – продолжал юноша. – Но игуменья заслужила награду!

– Награду?

– Знаешь, девочка, моя девушка Лидия не хотела больше со мной знаться. В отчаянии я пришел сюда, в монастырь, и игуменья подсказала мне нужные слова, чтобы я снова мог завоевать мою красавицу, мою ласточку, мою майскую розу. Мы помирились, а сегодня утром обручились. Ур-ра! – Он подбросил в воздух шапку и, подпрыгнув, поймал ее.

Полисена смотрела на него, все больше изумляясь.

– Она не хотела с тобой знаться, потому что у тебя был ребенок от другой. А ты, чтобы выпросить у нее прощения, бросил его, бедняжку. Но я тебя видела и теперь расскажу всем, – отрезала она обвинительным тоном.

– Ты что, с ума сошла? О каком ребенке речь?

– Которого ты только что положил в нишу.

Новоиспеченный жених захохотал как сумасшедший.

– Ребенок! Ха-ха-ха! Неужели ты не заметила, что это был поросенок? Молочный поросенок от нашей свиноматки. Я украл его, чтобы сделать подарок игуменье. Ну не мог я отдать его лично в руки! Она бы тогда заставила вернуть его отцу, а так вынуждена принять. Если ей захочется, она вольна тотчас же его зажарить. Он такой нежный! Или может его откармливать на колбасу и сосиски. А сама ты что, с луны свалилась, раз не способна даже отличить писк младенца от поросячьего визга?

Полисена не знала, что ответить. Поспешно попрощавшись, она побежала к воротам монастыря, за которыми все громче слышался визг.

Она постучала, и ворота тут же открылись, за ними стояла ужасно разозленная монахиня, матушка привратница, которая держала в руках вопящего поросенка. Он был розовенький и толстенький и извивался, как бесноватый.

– Что за шуточки! – набросилась на нее монахиня. – Не могла, что ли, подождать до завтра и передать его спокойно матушке кухарке? Теперь он разбудит всех сестер…

– Это не я, – стала защищаться Полисена. Но ей не хотелось выдавать счастливого влюбленного. – По дороге я видела какую-то тень, отбегавшую в заросли. Наверное, благодетель, пожелавший остаться неизвестным.

– И что это тебе в таком случае понадобилось посреди ночи? Ты разве не знаешь, что девочкам твоего возраста опасно разгуливать в одиночку?

Удивительное путешествие Полисены Пороселло - i_006.png

– Мне нужно поговорить с игуменьей.

– Так срочно, что не можешь подождать до утра?

– Очень и очень срочно.

– Ну ладно. Тогда пойду позову ее. К счастью, она не спит, а молится в часовне о душах усопших. Иди подожди ее в приемной.

Матушка привратница сунула ей в руки поросенка, подтолкнула в большую пустую комнату и ушла.

Глава шестая

В стене приемной было окошко, забранное частой-частой решеткой. Сбоку виднелся цилиндр – поменьше, чем тот, что снаружи, – на который посетители монахинь клали свои дары: фрукты, яйца, птицу, муку, масло – в благодарность за советы, которые те им давали.

«Надо было, наверное, принести игуменье что-нибудь в подарок», – Полисена почувствовала себя неловко. Не мешало бы немного привести себя в порядок, пригладить смятую юбку, поправить растрепавшиеся волосы… Но она не решалась опустить на пол поросенка, который наконец-то успокоился и энергично сосал ее палец.

Комната была освещена лишь небольшой масляной лампой, подвешенной на вделанный в стену крючок.

Из-за решетки послышался шорох, и немного хриплый голос спросил:

– Что я могу для тебя сделать, девочка?

– Сказать правду, – ответила Полисена.

– Я всегда говорю правду. Все должны говорить правду. Что же ты хочешь узнать?

– Меня зовут Полисена. Мне одиннадцать лет, и вплоть до сегодняшнего дня я считала себя старшей дочерью купца Виери Доброттини. Но сегодня вечером Серафима, аптекарская дочка, сказала, что купец со своей женой ходил забирать меня в монастырь, куда меня подкинули. Это правда?

За решеткой послышался глубокий вздох.

– Правда ли это? – повторила Полисена, сжимая изо всех сил поросенка.

– Это правда, – наконец промолвила игуменья.

У Полисены побежали по коже мурашки, она покрылась холодным потом.

– Кто же меня сюда принес? – едва слышно произнесла она. – Кто мои настоящие родители?

– Вот этого я не знаю, – ответила Игуменья. – Но ты была завернута в какое-то странное одеяло, а рядом с тобой на пороге монастыря лежала шкатулка с кое-какими предметами. Я все сохранила, хотя и надеялась, что они тебе никогда не понадобятся.

3
{"b":"256050","o":1}