ЛитМир - Электронная Библиотека

— Может, сумеем отравить? — предположил Виктор.

— У тебя с собой есть цианистый калий? — съязвил Сергей. — И как собираешься его угощать, если не знаем где его лежбище?

Они вновь задумались. Потом Сергей выдал свой план.

— Мне кажется, что у нас один выход…. Придется рисковать только вдвоем. Пойдем сначала на поиски по следам. Если найдем первыми мы, а не он, стрелами натыкаем. Будет легче додавить.

А так как в дальнейшем ничего лучшего в голову не пришло, решили остановиться на этом варианте охоты по правилам фифти-фифти.

Виктор сразу сел за бумагу и начертил кузнецам чертеж стальных наконечников. Уж точно деревянными щипами такого зверя не проткнешь.

Пока Сергей бегал к своим кузнецам, Виктор достал из загашника четырнадцать оставшихся целыми стрел, удалил наконечники и, как следует, их отполировал.

Во второй половине дня Сергей принес наконечники. Они были тонкие, каленые и острые, как иглы. И сажались на полированные ветки трубчатыми насадками.

Вес стрел практически не изменился, поэтому Виктор счел, что нет нужды в дополнительной пристрелке.

— У меня тоже будет обновка, — сообщил Сергей. — Утром мне вручат новую булаву, сделанную по моему заказу.

— Значит, с утра двинем на охоту?

Доставившим ужин женщинам поручили к утру принести все боевые принадлежности. А Виктор попросил дополнительно, достать им стойко пахнущую травяную настойку.

У него была надежда, что она отобьет их вкусный запах, когда они окажутся во владениях людоеда.

Уже почти стемнело, когда у входа увидели нескольких женщин.

Как они вышли навстречу, женщины рыдая, сообщили, что их мужчины не вернулись с охоты, хотя должны были давно возвратиться.

Эта весть окончательно испортила настроение. Оставалась одна надежда на самогон, чтобы суметь выспаться перед рискованным походом на зверя. Но, все равно, это им удалось с большим трудом.

Виктор проснулся по собственной инициативе. Привыкший по утрам терпеть тумаки, он удивленно глянул на Сергея, который, хоть и не спал, но продолжал лежать с открытыми глазами.

— Ну что, друг, — сказал ему Виктор. — Пора продемонстрировать им на что способны служители Гитлера.

Это вызвало слабую улыбку у Сергея, чему был очень рад Виктор.

Чинно умылись, позавтракали и стали облачаться в доспехи. Действительно, настала пора попытаться совершить нечто вроде геройства.

— Эх, моего армейского калаша бы сюда, — мечтательно проговорил Сергей, потом махнул рукой и пошел к Григорию в кузницу.

Вернулся с новой булавой.

Эта разительно отличалась от предыдущего его оружия хотя бы тем, что был самым настоящим шестопером былинных русских богатырей.

Размером больше метра рукоять с кожаной петлей на конце, завершалась большущим шаром с шестью длинными и острыми шипами.

— Ковали цельным из инструментальной стали, — похвастался Сергей. — Правда, молодцы ребята?

— Мне бы твою силу, — с завистью сказал Виктор, — я бы и себе такую заказал.

Сергей ухмыльнулся и резонно возразил:

— Мне бы твою ловкость, я вместо него себе два меча заказал.

Они двинулись к воротам. Их провожало все население во главе со старцами. Теперь они были их последняя надежда, потому что от опушки до поселения рукой подать. И стоит гронду догадаться сюда наведаться хоть раз, как не уйдет обратно в горы, пока не сожрет их всех до последнего младенца.

По дороге Сергей сказал Виктору:

— Нужно бы тебе тоже обновить клинки на всякий подобный случай. Как вернемся, закажу для тебя из такой же стали пару коротких мечей.

До опушки дошли быстро, без приключений. Теперь нужно было найти новые останки. Уже охотников. Это, чтобы определить в каком направлении двигается зверь.

До полудня блуждали по кругу, центром которого наметили место первых жертв.

Было бессмысленно отходить слишком далеко потому, что охотникам не было нужды сильно удаляться от поселения. Дичи везде хватало.

Совершенно случайно наткнулись на трупы, если можно такое сказать о тех обглоданных костях, что от них осталось. Виктор услышал за деревьями карканье ворон. Пошли туда, и нашли еще одно место пиршества хищника.

Следы в кровавой траве были достаточно свежие, чтобы понять, что сегодня зверь снова сюда возвращался, наверное, перекусить сделанным вчерашним запасом мяса.

Виктор сориентировался по местности и определил направление дальнейшего их движения.

Пора было облить себя настойкой пахнущих трав. Предосторожность не из лишних.

Дальше они шли крайне осторожно. В любой момент из-за стволов ближайших деревьев мог рвануть на них лютый зверь невероятных размеров. Но пока шло все нормально. Слух не улавливал посторонние звуки.

Чуть погодя снова наткнулись на следы, оставленные в глинистой почве возле речушки, что извивалась прямо сквозь лес.

— Вот тут он утолял жажду, — тихо сказал Сергей, показывая на бережок.

— На том берегу следов нет, — также тихо продолжил наблюдение Сергея уже Виктор. — Значит, пошел по воде.

И они, хоронясь по возможности в ближайших кустах, медленно продвигались вдоль берега дальше в лес. А дальше лес становился еще гуще. Уже точно глаза не среагируют вовремя, появись сейчас людоед.

Постепенно темнело. И не было ясно, что делать, если ночь застанет вот так, в гуще леса со зверем рядом.

Тут Виктор чуть не наступил ногой на зайца, или на то, что очень похоже на зайца.

Зверек очумело прыснул в кусты. А друзья, уняв от этой неожиданности, бешено заколотившее сердце, облегченно заметили, что настойка работает надежно.

Сумерки сгустились больше, когда Сергей вдруг замер на месте, подняв кулак. Виктор тоже почуял неладное и тоже застыл на чуть-чуть дрожащих коленях.

Впереди что-то было, хотя глаза ничего не видели, и слух ничего нового не улавливал. Просто включилось у них древнее звериное чутье, крепко спящее в ординарных ситуациях, но не исчезнувшее бесследно даже в цивилизованной истории человека.

Медленно, очень медленно, буквально по сантиметрам, продвигались они вперед, пока их глазам не открылась причина их теперешней осторожности.

В сгустившихся сумерках на берегу речушки они видели зверя.

Первая же мысль обоих была, что его просто невозможно одолеть, и лучше всего бежать отсюда как можно скорее. Но это была первая реакция.

Они не шелохнулись с места, потому что на них надежда тех остальных, к которым они уже относятся, как к своим.

Конечно, без подленьких мыслишек, типа, а кто они нам, что стоит так рисковать, не обходится встреча с огромным риском бесславно быть съеденным. Без такого не бывает. Но мужчина на то и называет себя мужчиной, что бывает мужественным. По крайней мере, если не называет себя только по анкетным данным.

Им очередной раз крупно подфартило, что они случайно оказались с подветренной стороны от того чудовища, что лениво разлеглось на песочке, прижав в него одной лапищей растерзанную тушку олененка и широко раскинув другую.

Виктору показалось, что туловище, украшенное продольными черными полосами не меньше пяти метров в длину. Но это может и от испугу. Недаром же говорят: у страха глаза велики.

Хищник, лениво положив свирепую морду на олененка, нехотя лакал, вытекающую из рванного живота жертвы, кровь.

Красный большой, как лопатина, язык периодически мелькал меж двух, сверкающих при свете заката, длинных клыков, растущих из нижней челюсти. При этом как маятником качал и бил по песку толстенным хвостом.

Неожиданно зверь задрал морду. Его ноздри стали обнюхивать воздух. И преимущественно со стороны их схрона.

Сердце буквально оборвалось, но умудрялось при этом еще сильно биться.

Все обошлось, морда снова опустилась на тушку олененка.

Сергей, не делая резких движений, тихо прикоснулся к луку за спиной Виктора и глазами указал ему на крону дуба, что росло рядом.

Виктор коротко кивнул, стал перемещаться в указанном направлении.

Нужно было все делать абсолютно беззвучно. Ни одна ветка не должна закачаться, а тем более, сломаться. Такое было равноценно моментальной смерти.

43
{"b":"256071","o":1}