ЛитМир - Электронная Библиотека

— Ребята, сегодня с утра у меня нет урока. Так что сможем и подольше поговорить, — объявил он им. — Проведем почти полноценный совет триумвирата, если желаете, конечно.

Они не возражали, поэтому профессор сразу взялся председательствовать:

— Давай начнем с тебя, Сережа.

— Ну, что я? Строю, как проклятый. Десять из тридцати домов почти готовы на сдачу. До нового года сдам. Ваше здание тоже, наверное, дострою к этому времени.

Что еще могу сказать? Ну, вопрос канализации, водопровода и газа повсеместно решен. Асфальт по большей части расстелен. Даже с бульваром и мостом все завершил.

— А как с промышленным районом дела? — задал вопрос Василий Иваныч.

— Никак. Это уже задачи следующего года.

— А с селами что?

— Там все и так нормально. Две начальные школы только требуется поставить, чтобы в сараях детей не обучали. А так, все там есть. И газ и вода. Скоро и свет будет электрический. Только тоже в следующем году.

— Ясно, — покивал профессор удовлетворенно. — Теперь по поводу нашего зодчего. Как там его величать?

— Бордуан, — за него ответил Виктор. — Сергей его однозначно иначе окрестит.

— Конечно, — улыбнулся Сергей. — Будет русским именем называться. Куда денется.

— Спорим, Борисом окрестишь, — засмеялся Виктор.

— Не буду спорить. Уже давно ему так и сказал. Будешь Борисом.

Тут и Василий Иваныч захихикал:

— Ты стал предсказуемым, Сережа. Поработай над фантазией.

— А что тут фантазировать? — обиделся Сергей. — Бордуан, по-нашему есть Борис.

— Ладно, — махнул с улыбкой Василий Иваныч. — Так, что там с его деятельностью стало?

— Учится русскому, наблюдает за здешней жизнью. Скоро дочку замуж выдаст, так сейчас ему не до нашего зодчества.

— Будет сотрудничать или нет?

— Куда денется? — самоуверенно воскликнул Сергей. — Раз я взялся за него, значит будет.

— Видел я, как ты за него брался в первый раз, — снова залился смехом Виктор. — Погнал он тебя из дому, как попрошайку.

— Давайте не отвлекаться, ребята. Давайте по делу говорить.

— По своему делу, я все сказал, — завершил отчет Сергей.

— Ну, с Бордуаном, или Борисом, стало ясно. А как, все-таки, быть с земляками нашими? Нехорошо как-то получается, что держим их в отдалении.

— По мне, еще дальше отдалил бы, — сказал Сергей. — Степан уже достал меня. Постоянно торчит на стройке с умной миной. Не желает руками работать. Елисей и Миша хотя бы помогают с грехом пополам, а этот нет.

— Давай, вот что сделай. Мишу пошли к нефтяникам. Пусть там осваивает профессию. Только Сашу предупреди, чтобы за ним понаблюдал. Елисея ко мне пошли. Раз профессиональный полицейский, пусть у меня поработает. Сам займусь им. А Степану пока поручи учетную работу в складах вести. Ну, не привык человек физически вкалывать. А учет нам все равно нужен, чтобы знать, сколько чего гильдиям заказывать.

— Я сам с этим делом нормально справляюсь, — возмутился Сергей. — Зачем кому-то поручать?

— Так, освободишься для уроков в школе. Плохо разве? Передай ему записи. Пусть с завтрашнего дня продолжит он. Как-никак земляк наш.

— Ладно, — недовольно буркнул Сергей. Пусть он займется. Только, если напортачит чего, я не отвечаю.

— Теперь, я, — перехватил инициативу Виктор. — Обещаю в следующем году полное перевооружение нашей армии. Мечи уйдут в историю. Будут скорострельные винтовки и пистолеты большой убойной силы. Мы станем окончательно непобедимыми.

— Если такое оружие попадет к врагу, не смогут воспользоваться ими? — с тревогой в голосе спросил Василий Иваныч.

— Исключено. Технологически не повторят. Даже не смогут эксплуатировать трофейные, если не будут знать, как бездымный порох готовить и как капсюли делать. Поэтому, главной нашей задачей остается специалистов пороховников продолжать держать под плотным колпаком. Если хоть один улизнет в сторону, все наши дела пойдут насмарку. Могущество развалится, как карточный домик. Особенно это тебе надо помнить, Сережа. Сердобольный ты наш.

— Ладно. Уже давно понял это, — пробурчал недовольно Сергей.

— Теперь по остальным вопросам, — включился профессор. — Касательно северных и южных соседей. Как я понимаю по вашим деяниям, год, другой, и возможно, что они станут не соседними странами, а продолжением нашей. Так?

— Так. И не возможно, а точно, — твердо уверил Виктор. — Партийные ячейки сделают свое дело.

— Отлично. В этом случае перед нами встает принципиальный вопрос: какими субъектами общей страны они будут? С ними отношения у нас будут федеративные, или другие?

— Это еще вопрос будущего, профессор, — заметил Сергей. — К чему нам сейчас об этом задумываться?

— К сожалению, нет у нас так много времени, Сережа. В зависимости от того, какие в дальнейшем будут взаимосвязи с этими странами, зависит сегодняшняя программа партии.

— А как вы сами оцениваете ситуацию, профессор? — спросил Сергей.

Василий Иваныч, как задал Сергей ему вопрос в лоб, полез за табаком. Долго пыхтел, так что притомил ожиданием, потом заговорил:

— Как северные, так и южные страны уже состоявшиеся цивилизации, со своей культурой и прочим. Оставить их, как самобытные народы в составе страны — это один расклад, а обобщить с нашей воедино — это другой расклад. Если нашу историю запустим по сценарию первого случая, как множество культур в единой стране, в том числе и наша собственная, потечет в сторону федерации, а в результате второго расклада, произойдет смешение всех культур воедино. Все они видоизменятся в одно особое, в том числе и наша нынешняя. Через пару поколений та, что сегодня имеем, станет заметно другой. В общих чертах, вот такие перспективы.

— Разве нет третьего варианта, когда остальные культуры заменяются только нашей? — удивился Виктор. — Вот, к примеру, как мы сделали с рурами, этрадами и зеудами.

— Нет, к сожалению. Нет такого варианта. В том, что ты говоришь, получился такой результат от того, что мы имели дело с племенами. А они изначально нас восприняли, как нечто невероятно высшее по сравнению с собой. Да и своя культура была в зачаточном состоянии. Вы же заметили, как легко отказались от своих религий. Потому что корней особых не было, вот почему. Они были как чистые неисписанные листы. А тут речь идет не о племенах, а о состоявшихся народах, с религией, экономикой. Скажу вам больше. Даже то, что к нам примкнули люди из тех народов, уже неизбежно несколько повлияет на культуру нашей страны. Да и то потому, что их в меньшинстве среди остальных. А на своих территориях их будет в подавляющем большинстве. Нет, Витя. Может происходить только взаимопроникновение, а не полное вытеснение.

— Выходит, со временем от Руси может остаться только название? — огорчился Сергей.

— По большому счету, да, если под Русью ты имеешь в виду сегодняшнюю нашу культуру.

— Выходит, что нужно сохранять с ними, все же, только федеративные отношения, — подытожил Виктор выводы профессора.

— А тут тоже есть свои минусы. — Василий Иваныч задумчиво выпустил дымовую завесу перед собой. — На этом погорели уже однажды. Назвали союзом, навесили обязанности, завязали экономическими узлами, но не интегрировали культуры, ради сохранения своей культуры. В результате, с треском и с кровью рассыпался. А англичане, немцы, французы и другие иже с ними интегрировались в единое на индейском континенте. В результате стали лидирующей страной с интегрированной американской культурой. Мы, считайте, тоже на другом континенте. И как быть теперь нам? Сохранить то, что со временем станет обозначаться термином «русская нация» или оставить место только термину «русский народ»?

— Я даже не знаю, что и подумать, — растерянно сказал Сергей. — По мне, так пусть будут лучше нации.

— И еще, — добавил Виктор. — Культуры неравноценны. Мы привносим культуру двадцать первого века, а остальные — средневековые. Значит, в сумме уровень культуры упадет, а не поднимется.

— Это не совсем так. Суммирование и деление на общий знаменатель не происходит в таких делах. Интеграция, это другое. Тут народ сохраняет, что считает лучшим, забывая худшее. Поэтому, понижение, повышение культуры зависит от организованности народа, от его подготовленности воспринимать духовное качество. Вы сами «там» стали свидетелями падения культуры. Что? Привнесли со стороны средневековую культуру? Сами потянулись клевать плевел. Теперь по поводу твоих слов, Сергей. Внедрять в сознание здешней молодежи понятие «нация» уже потребует обоснования его смысла. По крайней мере, такому подходу каждый день учу своих школьников. А кто сможет здесь обосновать это понятие, если все политические философы в нашей прошлой реальности не смогли этого сделать. Вы знаете, что сам термин заказ политиков из раннего капитализма? До них такого понятия и не было. Это вам ни о чем не говорит? Надуманное дробление на группы, чтобы легче управлять. А когда надо, чтобы стравливать меж собой. До того эксплуатировались идентификации по религии. Но политикам сложно было ими манипулировать, если сами не являлись религиозными лидерами. Да и масштабы были неудобные. Сложно христианина против христианина направить или мусульманина против мусульманина. Для этого специально нужно было вводить различия между ними по надуманным признакам. А как ввели слово «нация», стало легко. Можно было не то что между народами управлять с помощью конфликтов, но и внутри одной страны этого добиваться. Нет. Единение в целое для нас жизненно важный процесс. И очень сложный, скажу я вам.

55
{"b":"256073","o":1}