ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Ститри поднялась и с гордостью осмотрела свое творение. Сомнений в том, что все происходящее сон, у нее больше не было. Но голод Ститри чувствовала вполне реальный. По опыту она знала, что никакая трапеза во сне не сможет утолить его, если в реальности кто-нибудь не подкормит тело. Но Ститри все же сорвала яблоко и откусила. Плод был твердым, горьким и кислым. Ститри брезгливо сморщилась. Она хотела выбросить яблоко, но желудок неожиданно возмутился, грозно заурчав: «Терпеть не могу кислого!»

Ститри посмотрела на прижавшегося к ее ногам ежа. Он с надеждой взирал вверх и в нетерпении водил носом. «Тебя ждет разочарование, Ворчун. Вот если бы яблоки были сладкими…»

Ститри закрыла глаза и представила, как нежная мякоть сочного плода растворяется у нее во рту.

— Ай! — Ститри отдернула ногу. Гадкий еж довольно ощутимо ткнул ее своими иголками. — Хочешь есть?! — Ститри сорвала еще одно яблоко и бросила ежу. — На, давись этой кислятиной и учти, ты сам того захотел!

Плод упал и развалился. Ститри посмотрела на яблоко у себя в руке. Оно уже было другим. Ститри улыбнулась и откусила. Она не сомневалась, что на этот раз плод окажется именно таким, каким нужно, — и не ошиблась.

— А из меня не такой уж плохой снотворец, получится, — жуя, сказала Ститри ежу. Но зверь не обратил на нее ни малейшего внимания. И Ститри понимала его. Яблоки того стоили.

Чувство сытости было полным. Ститри мечтательно смотрела на небо. Сон обещал быть славным. Только Ститри не хотела, чтобы он был слишком долгим. Но, похоже, это от нее не зависело. Хотя попытаться, конечно, стоило. Как-то раз ей удалось прервать кошмар. Но тогда был страх, а теперь блаженство. В любом случае Ститри решила подождать и посмотреть, что будет дальше. В реальности у нее был мертвый Демитрий и погибающий мир, и возвращаться туда сейчас не хотелось.

Ститри приподнялась на локтях и посмотрела в сторону яблони. Еж все еще копошился под ней, подбирая сброшенные плоды и делая запасы. Зачем?! Зимы, кажется, не предвиделось, и яблоки можно всегда вырастить вновь. Наверное, инстинкт… Ститри легла. Она закрыла глаза и вновь уснула, даже не заметив как. Раньше она только слышала, что некоторые видят сон во сне, но теперь сама в этом убедилась…. Серая спираль… Она сужается… Но очень медленно… И что-то переменилось. Мир как будто стал другим… Черным… Нет, кажется, белым…

Ститри в ужасе открыла глаза. Она опять стояла… возле своей яблони. Что это было?! Сон или краткое возвращение в реальность? Что происходит?! Ститри села. Ее сердце бешено колотилось.

«Спокойнее, спокойнее».

Ститри внимательно осмотрелась. Сон был неизменен, если, конечно, это был сон. Теперь Ститри не была в этом уверена. Неожиданно Ститри вспомнила о голосе. А что, можно попытаться. Ститри подняла вверх голову.

— Эй там, можно мне с вами поговорить?! — прокричала она.

— Мы пришлем учителя, — произнес голос.

Ститри вздрогнула. Ее уверенность в теории сна сильно пошатнулась. Происходящее было слишком реально.

Учитель появился через несколько секунд. Хотя Ститри сильно сомневалась, что это был именно тот, кто ей был нужен. Мальчик лет четырех — пяти, в неизменной белой тунике, скрестив ноги, сидел в центре лужайки и, улыбаясь, смотрел на нее. Ститри осторожно приблизилась.

— Ты… вы учитель? — с опаской поинтересовалась она, боясь показаться мальцу полной дурой.

— Да, — отозвался малыш и показал рукой на место рядом с собой. — Сядьте, пожалуй, так будет удобнее разговаривать.

Для своих четырех — пяти лет мальчик говорил слишком хорошо и уверенно. И голос его был не по годам крепким. Ститри села рядом и облизала пересохшие от волнения губы. «В конце концов, это только сон», — подумала она.

Мальчик положил свои маленькие пухлые ручонки на ладони Ститри и пристально взглянул ей в глаза.

— Это не сон, — произнес он таким тоном, словно сообщал Ститри о смерти близкого родственника.

— Не сон… — Ститри восприняла слова мальчика всерьез. Она высвободила руки, но глаза не опустила. В голове у нее хаотично заметались мысли.

«Если это не сон, то, вероятно, похищение».

— Вас не похищали, — произнес мальчик.

Ститри мгновенно среагировала и выстроила защиту на пути в родное сознание. Читать свои мысли она никому не позволяла.

— В этом нет необходимости, — произнес малыш.

— В чем? — не поняла Ститри.

— В защите. Если вы не хотите, никто не будет лезть к вам в сознание. У нас уважают право неприкосновенности чужой мысли. Но мы редко отгораживаемся друг от друга. Всегда может понадобиться кому-нибудь учитель или помощь. Вот вам, к примеру.

— Хорошо, я поняла, — произнесла Ститри, но защиту все же не убрала. — Тогда для начала, я думаю, нам следует познакомиться. Тебя как звать?

— Учитель, — ответил малыш. Сияющая детская улыбка по-прежнему красовалась у него на лице.

— Учитель… — Ститри ухмыльнулась. Называть четырехлетнего малыша учителем ей было как-то неловко, но выбора, кажется, не предоставлялось.

— Что-нибудь не так? — поинтересовался мальчик-учитель.

— Нет-нет. — Ститри ответно улыбнулась. — Давай…те начнем разговор. Меня зовите Ститри.

— Хорошо, пусть будет Ститри, — согласился малыш-учитель. В его голосе чувствовалось едва уловимое безразличие к предстоящему разговору.

— У меня к вам первый вопрос: где я нахожусь?

— В изоляции.

Малыш отвечал точно и прямо — ни слова больше, чем требовалось для ответа. Ститри такая сухость была не по душе, но на первый раз она стерпела.

— Об изоляции я уже слышала. Нельзя ли поподробнее?

— Конкретнее, — потребовал малыш.

— Конкретнее, где находится ваша изоляция? — терпеливо разъяснила Ститри.

Малыш посмотрел на небо.

— Ваша изоляция находится в настоящее время в летнем периоде в первой половине дня. Вам нужно еще точнее?

Ститри нахмурилась. Она хотела уже сказать какую-нибудь гадость, но неожиданно ей что-то потерлось о ее ноги. Ститри оглянулась. Это был ежик.

— А-а, Ворчун. Что, поиграть захотелось? — Ститри мгновенно забыла про непробиваемость учителя и улыбнулась. Зверек явился как нельзя вовремя. Ститри взяла его на руки. Он не сворачивался клубком и не сопротивлялся.

— Ежик?.. — как-то сухо поинтересовался малыш.

— Да, — Ститри положила зверька между собой и учителем. — Какие-то девочки забыли.

— Это, наверное, с соседней изоляции. — Малыш-учитель провел рукой над ежиком, и он исчез.

Несколько секунд Ститри тупо смотрела на траву, где мгновение назад находился колючий друг, а затем подняла суровый взгляд на учителя.

— Где зверь? — хмуро поинтересовалась она.

— Ежик… Я его дематериализовал, — совершенно спокойно ответил малыш.

— Зачем? — прохрипела Ститри. В горле у нее застрял ком, а глаза налились кровью.

Мальчик-учитель удивленно заморгал.

— Верни зверя! — потребовала Ститри и, схватив четырехлетнего малыша за его тунику, вплотную приблизила к нему свое лицо. — Верни зверя, иначе я сейчас дематериализую тебя!

Малыш побледнел. На мгновение Ститри показалось, что он сейчас расплачется, но учитель просто исчез. Несколько секунд прошло в полной тишине. Ститри недоуменно смотрела на свои пустые руки, а ярость уже разгоралась в ней бушующим пламенем. В следующее мгновение, уже не владея собой, она вскочила на ноги и проревела не своим голосом:

— Верните ежа!!!

Колючий друг в ту же секунду появился у ее ног. Ститри подняла зверька и прижала его к себе.

— Ну вот, — произнесла она, улыбнувшись, — я же говорила, что не дам тебя в обиду. Мой Ворчун… — Ститри поцеловала ежа в мордочку. — Они хотели тебя дематериализовать. Пропади они все пропадом! Я не позволю им этого сделать!

Ярость Ститри немного поутихла. Маленький ручной зверек действовал как лучшее успокаивающее. Ститри опять села на траву, продолжая поглаживать ежика. Получить ответ на главный вопрос ей так и не удалось. Только теория сна рассеялась, словно туман. И от этого стало немного жутковато. Ститри подняла голову.

128
{"b":"256075","o":1}