ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Тебя подстраховать?

— Нет, не надо, я буду осторожна. Связь прежняя. Все. Рафи отключилась.

— Все, — повторила она себе после недолгих размышлений. Ряд самых необъяснимых загадок начал постепенно проясняться для нее. Она уже была почти уверена в том, кто виноват в гибели Лада и во всех других ужасах. И она шла мстить…

Группу Гаффа Рафи нагнала уже у самого леса.

— Ты-ы?.. — Гафф довольно улыбнулся. — Мы пойдем парами. Хочешь поохотиться за этой тварью со мной?

— А как далеко ты готов зайти? — спросила вместо ответа Рафи.

— До конца.

— Это мне подходит. Только один вопрос, раз мы пойдем вместе. Сколько тебе лет, Гафф? Никак не могу этого понять.

— Тридцать, сорок, шестьдесят… Я никогда не считал. Какое это имеет значение? Главное, что у человека на душе, а не за плечами. Разве я не прав?

— Прав, конечно. — Рафи хлопнула охотника по плечу. — Ты меня устраиваешь, человек.

Гафф громко рассмеялся.

— Ты меня тоже.

* * *

Везавий отдыхал недолго. Ярость, страх и безысходность не давали ему покоя. Они преследовали его, словно стая голодных хищников свою жертву, окружая со всех сторон каждый раз, когда Везавий пытался расслабиться и успокоиться. И не устоять было перед ними и не убежать никуда.

«Но почему я?!»

Везавий в ярости полоснул когтями по молодой березе и посмотрел на волчицу.

— А ведь ты знала! Ты чувствовала, кто я!!! Жалобно заскулив, волчица попятилась от него — от жуткого чудовища из другого мира.

— Боишься… — Везавий оскалился. — Я тоже боюсь, даже больше, чем ты. Мой страх сильнее и безнадежнее твоего. Ведь ты можешь убежать! А куда убегу я?! Все было напрасно, все!!! Жаль Лада… Хотя себя жаль больше. Лад остался там — драд среди драдов. Интересно, знал ли он, что ждет его при возвращении? Вряд ли, никто не знал, разве только Эгей… ЭГЕЙ!!!

Везавий злобно вогнал когти в землю. Он вдруг вспомнил, кто будил его после возвращения. Это был Эгей! «ОН ЗНАЛ, ЗНАЛ!!!»

Везавий вспомнил свое первое мгновение после пробуждения. Какой-то город… Знакомые постройки и старик, уходящий прочь… Эгей!!! Потом были большие ворота с резным гербом… Это Речи! Да-да, это был герб Речи!!!

Возбужденно сопя, словно настоящий зверь, Везавий заметался по поляне.

«Что Эгей делал в Речи?! Почему он так поспешно выпроводил меня?! А что он рассказывал о мире драдов?.. Очень многое, но только не то, что было действительно необходимо! Он утаил главное, словно хотел, чтобы мы не вернулись, но уничтожили вход! Чтобы… Чтобы он остался единственным драдом в этом мире! Повелителем!!! Эгей — драд!!!»

Догадка Везавия объясняла многое: и уживчивость старика с нечистью, и его обман, и мертвого драда возле входа.

— Он использовал нас!!! — яростно взревел Везавий. — Мы для него были просто оружием! — Везавий взглянул на забившуюся в заросли можжевельника волчицу и уже спокойнее, с какой-то решимостью в голосе добавил: — Он очень опасен — этот драд. Но я уничтожу его! Я избавлю этот мир от всех драдов, в том числе и от себя!

* * *

— Видишь? — Гафф показал на ободранную березу, а затем на взрыхленный мох. — Эта тварь бушевала здесь, и совсем недавно.

Гафф обошел всю поляну, внимательно осматривая на ней каждую травинку.

— Они здесь отдыхали.

— Они?.. — не поняла Рафи.

— Да, вот смотри, еще следы. Рафи присела возле Гаффа.

— Волчьи, — догадалась она.

— Точно.

— Ну и что теперь?

— Ничего, — ответил Гафф. — Уже темнеет. Переночуем здесь. Сейчас это самое безопасное место.

— А мы не потеряем их? — забеспокоилась Рафи. Гафф посмотрел на нее и, снисходительно улыбнувшись, стал укладываться на ночлег.

— Если не дождемся утра, то уж точно потеряем, — вымолвил он после долгой паузы.

Глава 20

Миротворцы Конуса. Трилогия (с илл.) - i_004.jpg

Каждой частицей возбужденного мозга Везавий чувствовал отвращение к своему жуткому обличью. Но сильнее отвращения было чувство безграничной власти над миром людей. И власть эта возрастала с каждым мгновением. И хотелось убивать уже не ради мести, а для укрепления своей власти. Но Везавий не желал признаться себе в этом, словно оставлял последний путь к отступлению.

Этот город… Он теперь принадлежал ему — драду! Везавий ощущал страх людей перед ним. Людей, которые не осмеливались высунуться из своих убежищ. Они были ничтожно бренны перед его могуществом, и они знали это.

Везавий не спешил. Он прогуливался по узким улочкам Речи ленивой походкой повелителя, наслаждаясь чувством безграничной власти. Невероятно приятным и опьяняющим чувством, перед которым трудно было устоять.

И вдруг что-то неуловимо изменилось. Исчез страх — не полностью, только впереди — словно Везавий перешел границу своей власти. Там дальше была другая сила, более мощная и мудрая, чем его. Везавий почувствовал ее. Это был вызов — настоящий вызов его могуществу. Там дальше мог быть только тот, кого он искал, — Эгей!

Рафи провела рукой по резному гербу на воротах города.

— Это Речи.

— Да, я вижу. — Гафф внимательно огляделся по сторонам. — Не думаю, чтобы еще кто-то сунулся сюда. Мы здесь одни.

— И что?..

— Ничего, просто размышляю. Мы одни против орды нечисти — это глупо, если не сказать больше. Лучше убраться отсюда, и как можно скорее.

Рафи немного подумала и ответила:

— Хорошо, ты можешь идти. Я справлюсь одна. Гафф недовольно поморщился.

— Но уже почти стемнело. Смотри, как пасмурно — ни луны, ни звезд. Давай хотя бы дождемся утра.

— Я же сказала, ты можешь идти.

Присев на корточки, Рафи достала из-под своей одежды какие-то непонятные металлические предметы и принялась что-то мастерить.

— Девка, я утащу тебя отсюда силой! — пригрозил Гафф, потеряв терпение.

— Не думаю, — спокойно ответила Рафи. Она поднялась на ноги и с удовлетворением осмотрела собранное ею причудливое продолговатое оружие.

— Что это? — с подозрением спросил Гафф.

Рафи повела своим оружием в сторону большого валуна у дороги.

— Это излучатель, — произнесла она и нажала спуск.

В доли секунды яркий луч разнес камень на тысячи кусков.

— О боги!.. — От жуткого грохота Гафф даже присел. Ты кто?! — спросил он, в изумлении посмотрев на Рафи.

— Кара небесная! — ответила она, и в глазах у нее сверкнул недобрый огонек.

— Ну да, — Гафф выпрямился, — а я тогда буду Божьим умиротворителем. Ты, девка, можешь мне толковать что угодно, но одну я тебя в город не пущу.

Рафи с чувством погладила рукой свое оружие, и ее глаза в преддверии боевого возбуждения холодно взглянули на мрачный ночной город.

— В чем же дело? Пойдем со мной.

Не дожидаясь ответа, Рафи потянула на себя городские ворота, и они со скрипом отворились.

— Придется пойти, — недовольно пробурчал Гафф, отправившись вслед за девушкой. — Тебя нельзя оставлять одну. У меня дочь точно такая же. Если кто обидит — никому спуску не дает. Я тогда всюду хожу за ней — чтоб чего не натворила.

— Вот и хорошо, — ответила Рафи без какого-либо интереса к откровению Гаффа.

«Отец бы не одобрил того, что я задумала», — мысленно осудила она себя, но вслух неожиданно добавила:

— А он и не узнает об этом… Никогда!!!

* * *

Их было много — около тридцати истощавших людей в старой, ободранной одежде, без оружия, но с несколькими крепкими сетями. И впереди них шел Эгей.

Везавий огляделся вокруг. Он был один против силы Эгея, только верная волчица шла рядом. Везавий остановился. Никаких чувств не было. Только ярость новой неудержимой волной захлестнула его да заиграла кровь в предвкушении предстоящей схватки.

Они приближались. Везавий уже видел лицо Эгея — как всегда невозмутимое. Старик уверенно шел вперед, не сводя с него жесткого, холодного взгляда. И вдруг, когда, оскалясь, Везавий готов был уже броситься в схватку, Эгей остановился. Он поднял вверх руку, и замерли все люди, идущие за ним. Старик как-то по-новому взглянул на своих противников и неожиданно спросил:

90
{"b":"256075","o":1}