ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Иаков возмутился, но Мария не поняла почему. То ли он не знал об этом, то ли полагал, что сведения его жены ошибочны.

— Чепуха! — отрезал он.

Мария бросила взгляд на Авигею, задумавшись, не адресовано ли это замечание ей.

Они продолжили путь мимо запруженной народом площади, туда, где по полученному описанию должна находиться лавка торговца амфорами. Улицы теперь стали узкими, такими, что два осла с поклажей едва могли бы разойтись здесь. Кроме того, здесь было мрачновато, не то что на залитой солнцем агоре. Однако в этих закоулках в избытке располагались мастерские и лавки: видимо, некоторые купцы и ремесленники предпочитали тесные щели открытому пространству.

Спутники прошли мимо предсказателя, который, стоя у дверей своего заведения, негромко зазывал прохожих:

— Я могу сказать вам, что ждет вас впереди! Умею читать будущее по звездам. Не двигайтесь вслепую навстречу грядущему!

Девушка, стоявшая у длинной деревянной пристройки, внутри которой мерцала одинокая лампа, увидев прохожих, возгласила:

— Изгнание демонов! Мой хозяин умеет избавлять от нечистой силы! Одно заклинание, один глоток настойки магического корня, и вы свободны от мучений!

Иаков хмыкнул.

— Так близко от дворца. Удобно для Хузы! Ему следует привезти сюда свою жену.

Мария не смогла удержаться.

— Иаков, — укорила она, — это не предмет для шуток. Я уверена, что жена Хузы и вправду страдает. Хотя, конечно, ей не следует обращаться к шарлатану.

— Что ты в этом понимаешь? — удивленно буркнул Иаков, раздосадованный тем, что его шутливое замечание было встречено серьезными возражениями.

— Гляньте! — Авигея указала на соседнее заведение с внушительным портиком, золотисто-голубой колоннадой, фасадной стеной, расписанной под карту звездного неба, и дымящими курильницами, расставленными между колоннами, — Как вы думаете…

Она умолкла, неожиданно подумав, что это дом терпимости.

За установленным под колоннадой прилавком, словно призрак, маячил мужчина. Он был в высокой, остроконечной шапке, какие носят вавилоняне, и богатой, ниспадавшей с плеч мантии из потрясающе красивого шелка, темно-синего, как небо в тот час сумерек, когда на нем вот-вот должны появиться первые звезды.

Жестом указав на разложенные перед ним разнообразные амулеты, сделанные из бронзы, серебра и золота, — все они имели колечки. позволявшие носить их на цепочке или шнурке, — он произнес:

— Роды. Защита.

Арамейский его оказался весьма скуден: скорее всего, он просто выучил несколько подходящих слов.

Поскольку беременных среди них не было, путники из Магдалы собрались пройти мимо.

— Сила! — произнес торговец амулетами, тыча пальцем в другой поднос. — Сила!

Мария замедлила шаг и скользнула взглядом по его товарам. На мягкой черной ткани, расстеленной поверх подноса, лежали маленькие статуэтки безобразного бога с оскаленной львиной мордой. выпученными глазами, таращившимися из-под изогнутых бровей, трехпалыми ступнями с кривыми когтями, человеческим торсом и четырьмя крыльями за спиной. Одна рука идола была поднята, а другая опущена вдоль тела; широкие ладони с толстыми, изогнутыми пальцами вызывали отвращение.

— Ламашту! — восклицал торговец. — Сила против Ламашту!

— Мария! — воскликнул Иоиль. — Пойдем отсюда!

Он схватил ее за руку и рывком повлек вперед.

И тут она увидела позади купца здоровенного глиняного идола, способного из-за одних своих размеров внушить куда больший страх, чем маленькие фигурки. Его безобразная морда словно бы светилась, хотя на деле лишь отражала огни зажженных у основания истукана ламп. Однако оскал остроконечных зубов был так правдоподобен, что, казалось, сейчас с них закапает слюна.

Но больше всего ее напугали руки идола, ибо такие руки она уже видела. Да, та маленькая ручонка, отбитая от идола в Самарии, которую она подобрала, выглядела точно так же. Мария почувствовала себя так, будто бы враг надвигается на нее, окружая со всех сторон. Где сейчас та глиняная рука, она вспомнить не могла.

— Пазузу, — промолвил торговец, почтительно указав на идола. — Пазузу. — Он порылся в памяти в поисках подходящих слов и наконец сказал: — Сын Гамби, повелитель… демонов злых ветров.

И в этот момент, глядя в упор в отвратительные глаза навыкате, Марии показалось, что она и впрямь почувствовала, как нечто шевельнулось у нее внутри, переместилось, как бы освобождая место. А потом освобожденное пространство заполнилось — Пазузу оказался в ней и устраивался поудобнее, тесня ее собственную душу. Мария ахнула, ощущая, что ей тяжело дышать. Откуда-то из глубины сознания пришло понимание того, что Ашера приветствует товарища, а потом и ощущение нового, мерзостного и зловредного присутствия. К двум демонам присоединился кто-то третий, чье имя она не знала. Теперь в ней пребывало три нечистых духа, три гнусных демона, ворочавшихся и извивавшихся, отвоевывая для себя место.

— Я сказал, идем! — Иоиль потянул ее за руку. — Мы никогда не доберемся до места, если будем останавливаться у каждой торговой палатки.

Мария, спотыкаясь, последовала вперед, чувствуя, что ноги едва повинуются ей. Она пошатнулась и натолкнулась на Авигею, которая недоуменно обернулась. Мария, в свою очередь, тоже оглянулась, чтобы снова посмотреть на статую Пазузу.

— Похоже, этот бог произвел на тебя впечатление, — сказала Мириам. — Почему? Он такой безобразный. Если уж выбирать иноземного бога, я бы определенно предпочла Асклепия.

Тем временем торговцы из расположенных по пути лавок наперебой зазывали прохожих, предлагая самые разные товары — горки неизвестных пряностей самых ярких цветов, дивные ковры, развешенные в похожих на пещеры задних помещениях, высушенные стручки и семена из Аравии, мед из Северной Африки, полированные медные чаны. Потом на пути оказалась еще одна лавка с амулетами и статуей суровой богини с множеством округлых грудей. Когда они попытались пройти мимо, торговец высунулся и махнул им рукой.

— Зачем вы останавливались у Пазузу? Плохой бог. Бог ветров — приносит обжигающие суховеи и насылает болезни. Пускает стрелы недуга. Держитесь от него подальше. — Он помахал маленьким изображением своей богини. — Артемида! Материнство! Плодовитость! Никаких болезней! Лучше!

Терпение Иоиля иссякло.

—. Мы не почитаем других богов! — рявкнул он.

— Почему? — Торговец, похоже, удивился.

Наконец они выбрались из тесного, темного проулка на более широкую улицу, и Иоиль вздохнул с облегчением.

— Ну и местечко! Мне кажется: каждый, кто держит там торговлю… — Он не договорил и лишь покачал головой.

Мария по-прежнему ощущала внутри себя чуждое присутствие, но ей не оставалось ничего иного, как идти вместе со всеми, пытаясь держаться прямо. Ее состояние походило на то, что она испытывала, будучи на сносях, но ведь тогда оно доставляло ей радость и скрывать свое положение не было нужды.

— Вот!

Иоиль остановился перед широким дверным проемом, за которым находилось просторное помещение, по обе стороны от входа уставленное рядами глиняных амфор различных размеров, от больших, по пояс взрослому мужчине, до совсем крохотных. Их окраска менялась от темной, землисто-коричневой, до почти красной.

Хозяин, толстяк, похожий на один из своих округлых сосудов, встретил покупателей на пороге и любезно их приветствовал. Звали его Руф, и он был известен как человек, который никогда не упустит выгодную сделку.

— Я Иоиль, представитель семейного предприятия Натана из Магдалы, а это мои помощники Иаков и Ездра. — Двое его спутников поклонились. — Я направил тебе послание с указанием наших потребностей. Как я понимаю, для свадьбы Антипы потребуется значительное количество нашего гарума.

Хотя Руф и пытался не подать виду, насколько впечатлило его услышанное, у него непроизвольно поднялись брови.

— Ах да. И о каком количестве пойдет речь?

— Пировать будут семь дней… Я не имею представления, сколько соберется гостей, но думаю, что пять сотен… Возможно, нам понадобится одиннадцать сосудов с вином.

43
{"b":"256084","o":1}