ЛитМир - Электронная Библиотека

– А можно… открыть окно? – поинтересовалась Анна.

– Нет! Здесь очень много старинных вещей, – отрезала тетя Маргарита. – Им вреден яркий солнечный свет. Мы открываем окна только в пасмурную погоду.

За дверью послышался тихий вздох. Девочка подпрыгнула, едва не расплескав чай, и ойкнула от неожиданности:

– Кто это?

– Не обращай внимания. Этот дом очень стар. Некоторые половицы скрипят.

– Но это был не скрип. Это… Тут еще кто-нибудь есть? Кроме нас? – Кто-то же должен был принести им чай с печеньем. И та странная тень… Ее больше не было возле буфета!

Тетя внимательно посмотрела на двери.

– Есть, – загадочно произнесла она, прищурившись. – Как не быть… Но ты не должна обращать на это внимания. Это тебя совершенно не касается, запомни это, Анна!

– Прислуга? – обрадовалась девочка. Все-таки этот дом не настолько пустой!

– Да. И к тому же отлично вышколенная. – Пожилая дама смотрела на дверь и явно обращалась к тому или той, что стояла снаружи. – Выполняет все, что ни попросишь… или почти все. И при этом отлично умеет не попадаться на глаза и не привлекать к себе внимания! Так что не надейся – ты никого не увидишь! И не вздумай искать!

Опять послышался вздох.

Несколько минут прошло в молчании.

– Ты допила чай? – поинтересовалась тетя Маргарита, отставив свою чашку. – Тогда иди в свою комнату. Тебе надо отдохнуть.

Анна слезла с высокого стула:

– А вы меня проводите? А то я… боюсь.

– Глупости. Твоя комната на третьем этаже в конце коридора. Дверь открыта. И не бойся. Здесь никто и ничто не причинит тебе никакого вреда.

Почему-то это заверение напугало Анну. Но спорить было бесполезно. Кроме того, она действительно очень устала. Последние дни были так наполнены переживаниями, что девочке необходимо было остаться одной и успокоиться.

В коридоре было темно – снаружи уже наступал вечер, и сюда забрались сизые сумерки. Было темно, но в конце коридора сиял мягкий свет. Прижимая к себе плюшевого медведя, с которым не расставалась ни на минуту, Анна пошла навстречу источнику света.

Комната, которую она нашла гостеприимно открытой, была небольшой, но с двумя окнами. Одно было наглухо закрыто темными шторами, другое занавешено только наполовину. Возле него стоял стол, где красовался бронзовый подсвечник с тремя свечами. Рядом стоял стул, в углу – тумбочка, над которой висело зеркало. На тумбочке – тазик, кувшин для умывания и маленькое полотенце рядом на гвоздике. Еще имелось бюро, где чья-то рука разложила все ее книги и тетради из школьной сумки. Ну и, конечно, кровать.

У Анны дух захватило от того, какая это была кровать. Она занимала почти четверть комнаты и явно предназначалась для взрослой женщины, а не для маленькой девочки вроде нее. И не только по длине, но и по ширине. Если бы у Анны действительно была сестра, то девочки вполне могли бы улечься тут вдвоем, нисколько не мешая друг другу.

Кровать была высока – если бы не скамеечка, вскарабкаться на перины было бы трудно. Четыре витых столбика поддерживали темный полог с бахромой. Подушка, большая, пышная, была всего одна. Поверх одеяла лежала ночная сорочка. На маленьком столике рядом – гребешок и ночной чепчик. Гребешок был ее собственный, а вот ночная сорочка и чепчик – новые.

Анна быстро переоделась, нырнув в сорочку. Пока она возилась с завязками, в коридоре послышались шаги.

Девочка обернулась – только для того, чтобы увидеть, как захлопнулась входная дверь.

– Кто здесь?

Собственный голос показался слабым и тонким. Ничего удивительного, что ей никто не ответил – из-за двери ее наверняка не расслышали. Анна осторожно подошла к двери, дотронулась – и тут же отдернула руку. На темном дереве отчетливо проступили два слова:

Ложись спать!

Девочка попятилась, пока не уперлась спиной в прикроватный столбик. Буквы пропали.

Оставаться тут расхотелось, но другого выхода все равно не было. Анна забралась в постель, укрылась одеялом, крепко прижимая к себе медведя и прислушиваясь к шорохам и скрипам старого дома.

Входная дверь сама собой распахнулась. На пороге сидела пушистая, черная с рыжими шерстинками кошка. Несколько минут она с ленивым презрением рассматривала темную переднюю, а потом соизволила переступить порог.

– Добр-рый вечер!

Ей никто не ответил, но кошку это не особенно смутило. Мягко переступая лапками, она миновала переднюю и остановилась перед скромной дверкой под лестницей. Человеку, чтобы войти в нее, надо было согнуться пополам. Кошка встала на задние лапы и тихо толкнула дверь. Та открылась с тихим скрипом.

Вниз вела крутая лестница – небольшие дощатые ступеньки, теснота, обшитые тесом и обмазанные глиной стены и потолок.

Снизу пробивался слабый розовый свет. Кошка побежала вниз, держа хвост трубой.

Там ее уже ждали. В просторной комнате со сводчатыми потолками на стенах мягким светом горели розовые свечи – числом ровно тринадцать. В центре комнаты стоял круглый стол, где в беспорядке были свалены раскрытые книги, рулоны исписанной бумаги, пучки птичьих перьев и сушеных трав, несколько чашек и кружек – некоторые наполнены темным варевом, – какие-то пузырьки и флаконы. Крупная серая крыса бегала среди всего этого развала, тыча носом туда-сюда. Ворона сидела, нахохлившись, на спинке стула, который занимала хозяйка дома, сестра Маргарита. Еще два стула были свободны. Кошка грациозно запрыгнула на один из них, оперлась передними лапками на край стола.

– Вы заставили себя ждать, сестра Виктория!

– Непр-редвиденные обстоятельства, – мяукнула та. – Интересный пер-рсонаж.

– Кто это?

– Так. Некто. Пришлось проследить. У вас все готово?

– Почти. Осталось разложить ингредиенты в нужном порядке и можно приступать.

– М-мр? – Кошка заглянула в раскрытую книгу и совершенно по-человечески захлопала глазами. – Вы все-таки решили воспользоваться этим рецептом? Но он же стар-рый!

– Старый, но никем не отмененный! – поджала губы хозяйка дома.

– И не нам переписывать науку, – пискнула крыса, которая как раз уселась возле одной из раскрытых книг на задние лапки и лихорадочно принялась умываться.

– Но вы подумали, что будет, если нас постигнет неудача? – поинтересовалась кошка.

– Что вы хотите этим сказать, Виктория? – нахмурилась сестра Маргарита. – Мы должны проверить, может ли девочка войти в наш круг, и чем скорее это произойдет, тем лучше!

Она строго оглядела собравшихся холодным взглядом пожилой учительницы.

– Не слишком ли она мала? – поинтересовалась крыса. – Сколько ей лет? Девять? Десять? Может быть, подождать?

– Ей недавно исполнилось двенадцать. В этом отношении она вполне созрела. И кроме того, сегодня подходящий лунный день. Следующий будет только в ноябре!

– Ладно-ладно. Давайте начинать, – отмахнулась лапой кошка и спрыгнула на пол, проворно забираясь под стол.

– Мы не будем ждать сестру Клар-ру? – поинтересовалась ворона.

– Она опаздывает. – Крыса потерла мордочку лапами. – Опять опаздывает! Всегда опаздывает!

– Сейчас лето, – приглушенно донеслось из-под стола. – Сестру Клару в такую пору из леса на цепи не вытащишь. Тем более в лунный день! Управимся и без нее!

Крыса и ворона одна за другой спрыгнули на пол и нырнули под стол. Хозяйка дома осталась чинно сидеть на стуле, время от времени перебирая разложенные на столе предметы. Вроде все, что указано в рецепте, на месте.

Несколько минут спустя из-под стола, кряхтя, вылезли одна за другой три пожилые дамы – те самые, что несколько дней назад собирались ночью в городском парке. Сестра Маргарита быстро встала, отодвинула стул. В восемь рук, не говоря лишних слов, все четверо принялись разбирать на столе, раскладывая вещи не как попало, а в строгом порядке. Раскрытая книга. Череп. Кинжал. Две чаши – одна пустая, в другой настойка из девяти трав. Рядом, на равном расстоянии друг от друга, семь свечей. Четыре горят, три – нет. Перед одной из этих свечей – блюдце, где налита обычная вода.

11
{"b":"256108","o":1}