ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Температура на поверхности планеты держалась в районе минус ста тридцати градусов по Цельсию, что не способствовало появлению какой‑либо жизни. Зато, как вскоре выяснилось, не пусты оказались многочисленные моря. Их населяли уникальные формы жизни, структурную основу которых составлял аммиак. Как ни удивительно это осознавать, но именно холодные токсичные моря стали плацдармом для развития разнообразных, весьма сложных форм жизни.

Разумеется, исключительно агрессивные климатические условия планеты диктовали свои законы. Каждый, кто ступал на ее поверхность, обязан позаботиться о собственной защите. Триумвират, как правило, использовал гражданские скафандры типа «Скаут 2». Значительно доработанная серия «Скаут» обзавелась множеством усовершенствований. Теперь человек, облаченный в такой скафандр, мог несколько дней находиться в открытом космосе, а также совершать непродолжительные перелеты–прыжки посредством заплечного ранца, снабженного реактивным двигателем.

— Сам ты… — хмыкнула девушка. — Это же настоящее чудо. А ты – «твари». Все известные нам формы жизни в своей структурной основе имеют углерод. Здесь перед нами открылось настоящее чудо.

— Ладно–ладно, расскажешь мне об этом на базе за чашкой горячего чая. Смотри, — мужчина указал рукой в сторону остроконечных серо–голубых гор. Их очертания, еще недавно четкие, теперь подернулись маревом.

— Что ж ты молчал?! — девушка вскочила на ноги. В несколько движений вытравила щуп радара, бросила его в пластиковый чемоданчик. Туда же последовал монитор. — Идем!

Примерно в пятидесяти метрах от понтона на берегу маячили красные сигнальные огни. Так называемая аллея жизни. Каждый, кто спускался на Ниалу, знал: если попал в бурю или просто заблудился – держись красных огней, они выведут к жилью, где помогут.

Два ракетных ранца выплюнули струи голубоватого пламени, и люди по плавной дуге взмыли вверх. Несколько секунд полета – и они уже на твердой земле. До базы минут двадцать ходьбы – времени предостаточно, чтобы не попасть в бурю.

— И это я молчал! — возмущался Андресс. — Иногда мне кажется – тебе ничего не надо, кроме этих головоногих склизких тварей. Ты и людей‑то сторонишься. Почему?

— Болтают много, — огрызнулась Синтия и прибавила шаг.

Андресс закатил глаза. Он уже дважды просил, чтобы ему дали другого напарника, но каждый раз приходил отказ. Он старался сдерживаться, старался приноровиться к трудному характеру Синтия, но все равно постоянно оказывался крайним. Работа с ней превращалась в тяжкую ношу, отнимающую дополнительные силы и портящую нервную систему. Впрочем, высокая зарплата и внушительный социальный пакет льгот (вступающий в силу после завершения контракта на Ниале) до сих пор нивелировали неприятные мгновение от общения с Синтией.

Андресс не стал догонять напарницу, нарочно дав ей возможность оторваться на несколько шагов. Так спокойнее. Краем глаза вновь посмотрел в сторону приближающейся бури. Марево стало заметно гуще, горы скрылись из виду. Странно, но сквозь марево просматривались огни. Мужчина остановился. Три светлых пятна судорожно метались на границе ледяной бури. Какому идиоту пришла в голову мысль лететь сквозь такую непогоду? Это же почти наверняка верная смерть. Скорость ветра в подобных бурях может достигать двухсот метров в секунду и выше. И это при наличии в воздухе множественных ледяных и каменных осколков.

— База, это Андресс. Визуально наблюдаю три неопознанных летающих объекта. На границе бури.

— Подтверждаю три объекта, — раздался в наушниках мужской голос. — На запросы не отвечают. Они уже во фронте помех. Пропадают то и дело.

— Думаю, надо подготовить спасательную команду. Вряд ли они смогут дотянуть до нас.

— Уже готовим. Как только погода нормализуется – сможем выступить. Как вы? Успеваете?

— Да, без проблем. Конец связи.

Густое марево почернело. Теперь оно заслоняло собой весь горизонт – сплошная бурлящая стена на фоне серо–голубой равнины. Корабли двигались явно быстрее бури и вполне имели шанс добраться до базы, куда направлялись Андресс и Синтия.

Внезапно один корабль резко вильнул в сторону, его закрутило расширяющейся спиралью и на всей скорости ударило об одиноко торчащий ледяной столб. Короткая вспышка пламени расколола столб на части и тут же погасла. Корабль исчез.

Андресс скрипнул зубами. Бури Наилы имели обыкновение бомбардировать пути своего наступления. Куски камней и льда на огромной скорости выстреливались во все стороны и вполне могли стать причиной гибели даже довольно больших шаттлов.

Следующий корабль начал медленно снижаться. Пилот явно делал попытки выровнять полет, но у него ничего не получалось. Воздушное судно судорожно поднялось, однако уже через несколько секунд бессильно рухнуло в аммиачные воды.

Обогнать бурю и спастись удалось лишь третьему кораблю. Он стрелой пронесся над базой, сделал вираж, вернулся и начал снижаться.

К этому времени Андресс и Синтия достигли небольшого ледяного пика, откуда открывалась защищенная со всех сторон природная чаша с несколькими куполообразными строениями, большая часть которых являлась складами. Это и есть база. Пока только исследовательская и техническая, но в будущем планировалось рядом возвести добывающий завод. Подготовка к строительству шла полным ходом.

Корабль завис в паре сотнях метров над поверхностью земли.

— Не местный, — проговорил Андресс.

Непривычная форма: словно переплетение множества толстых темно–коричневых канатов. Несколько ярких прожекторов, которые сейчас жадно обшаривали строения базы.

— Кен–Кун, — снизошла до ответа Синтия.

— Им‑то что здесь нужно?!

— База, это Андресс …

Наушник отозвались густым треском помех.

— База, прием! — попыталась вызвать диспетчера Синтия.

— Они глушат сигнал, — с ужасом произнес Андресс Балодис. — Да что здесь творится?!

Девушка взглянула на него, а потом рванулась вниз по пологому склону.

— Стой, дура! — Андресс распластался в полете, и, уже упав, успел руками уцепиться за ноги Синтии, повалил ее на землю. Пластиковый чемоданчик отлетел в сторону.

— Идиот! — разорвались негодующим криком его наушники. — Отпусти меня!

— Туда нельзя!

Девушки извернулась, пнула его ногой в плечо. Руки Андресса разжались. Синтия вскочила на ноги и, что‑то процедив сквозь зубы, бросилась к базе.

Корабль над их головами заложил крутой вираж, по его бортам побежали золотистые прожилки. Они становились вся ярче, пока не собрались в носовой части слепящим шаром.

— Назад! — что было сил заорал Андресс. Его голос должен был оглушить глупую девчонку, только если она не отключила связь.

Шар отделился от корабля и с огромной скоростью устремился к куполообразным строениям. Стекло шлема Андресса не имело функции автоматического затемнения, а потому мужчина зажмурился от вида сверкающего росчерка. Огненный гриб поднялся на месте принадлежащей Триумвирату исследовательской базы. Звук взрыва прокатился по чаше, ударил по ушам. В грудь толкнула взрывная волна. Андресс Балодис покачнулся, но устоял на ногах. А вот Синтии пришлось куда хуже. К моменту выстрела она почти достигла первых строений. Ее подняло в воздух, отбросило назад на добрый десяток метров и протащило по скалистой аллее. Андресс с ненавистью взглянул в небо. Пилот корабля словно обезумел: лучи прожекторов двигались совершенно хаотично, а само судно, казалось, бесцельно кружилось над местом взрыва.

Со стороны надвигающейся бури послышался нарастающий гул. Дневной свет сменился хмарью, сгущающейся с каждой минутой. Еще минут пять–семь – и здесь будет настоящая мясорубка. Только вместо металлических ножей – каменно–ледяное крошево, способное «обглодать» человека до кости.

Андресс включил двигатель прыжкового ранца и в считанные секунды оказался рядом с Синтией. Девушка лежала на боку. Ее скафандр превратился в жалкие лохмотья, стекло шлема треснуло, и за ним просматривалось окровавленное лицо.

24
{"b":"256110","o":1}