ЛитМир - Электронная Библиотека

Карцер, камера предварительного заключения или дознания? И, похоже, неведомый палач из нынешнего мира облюбовал это место, вдохнул в него новую жизнь, привнеся в остатки былого тюремного снаряжения нечто свое.

Но действительно ли палач неведом? И что на все это скажет господин Вятич? Сергей решительно вышел из комнаты смерти. Что он, собственно, знает о маге Здеборе Вятиче? Адепт Золотых башен, кандидат на вхождение в Малое собрание – некое закрытое общество внутри магической братии. Вятич обнаружил какие‑то дыры в ткани реальности, стал свидетелем появления желтоглазых тварей, из‑за чего те начали за ним охотиться. И что – это все? Чем он занимался, чем зарабатывал на жизнь, к чему стремился? Простые вопросы оставались без ответа.

Сергей резким движением захлопнул за собой дверь. Сразу стало заметно легче. Похоже, символы на двери каким‑то образом держали произошедшее в комнате под замком, не давали безумию, что свило там гнездо, распространиться вокруг, вырваться за пределы лаборатории. Очень предусмотрительно.

Сергей остановился возле стула, взглянул на стоящую на столе призму. В ее гранях мелькали алые искры. Если ко всему, что произошло в комнате за закрытой дверью, причастен господин Вятич, он навечно останется бродить в обгоревших руинах собственного поместья. Сергей с силой пнул несчастный стул, затем обрушил кулаки на столешницу. На пол что‑то посыпалось, зазвенело.

Немного постоять – успокоиться. В груди клокотала ярость. Но что самое поганое – внутренний голос сверлил сознание зудящим червем: а сможешь ли ты отказаться от возвращения домой из‑за убийства незнакомых тебе людей? Не все ли тебе равно, как живут люди в чужом для тебя мире? Чужом! Им нет до тебя дела. Они не знают о тебе. Оставь и ты их в покое. Не суйся! Ты не герой. Никогда им не был!

— Посмотрим, — пробурчал Сергей.

Он взял со стола призму. Поискал глазами сначала на столе, потом на полках шкафов, нашел кусок промасленной тряпки – завернул в нее найденный артефакт. Ни к чему светить его каждому встречному.

Обратно он шел, не оборачиваясь. Спину жгло от ощущения просящих взглядов. Будто какая‑то неупокоенная душа все‑таки выбралась из комнаты–ловушки и теперь пытается докричаться до уходящего человека. Нет никаких душ, нет никаких голосов! Все они умерли давным–давно.

И все же шаг сам собой убыстрялся. К дымящемуся кубу в тупиковом коридоре Сергей добрался почти бегом. Его гнали, за ним гнались. Шум стенающих голосов стоял в ушах плотной волной. Сергею даже начало казаться, что из‑за закрытых дверей, которые он встречал на пути, доносятся глухие удары. Кто‑то настойчиво рвался на свободу. Тишина и мертвое умиротворение, которые встретили его сразу после шага в пепельный круг, растаяли без следа. Он будто отворил дверь в Преисподнюю, откуда по пятам за ним гнались голодные демоны.

Но вот он, куб, с курящейся над ним ниткой дыма. Так… что делать? Рукой коснуться серой струйки, подождать, пока от нее отделится тонкое неосязаемое щупальце. Как же долго! Будет злой насмешкой – выбраться отсюда живым, но тронуться рассудком.

— Пошли вон! Я вас не слышу, — процедил Сергей сквозь зубы, наблюдая, как на полу образуется заветный пепельный круг.

Отличный ответ на вопрос: есть ли кто дома?

У каменного куба внутри руин Сергей вывалился чуть ли не кубарем. Хорошо, что в полости никого нет. Впрочем, заклинание перемещения, оставленное здесь господином Вятичем, должно предусматривать такую возможность и не допускать ненужных встреч. Немного отдышавшись и возвратив лицу более или менее спокойное выражение, Сергей направился прочь. В руке он крепко сжимал транспортную призму, а во внутренних карманах его одежды покоились мешочки с деньгами. За всем этим безумством, что охватило его после открытия комнаты смерти, он даже не посмотрел, насколько стал богаче. Не стал смотреть и теперь. Откровенно говоря, очень хотелось выговориться, поделиться с кем‑нибудь своими подозрениями, мыслями, страхами. Держать все в себе – это для какого‑нибудь специально обученного бойца. Неподготовленного же человека постоянное копание в себе может здорово подкосить. Решено. Если Дарина еще раз спросит, что он делает и зачем, — обязательно расскажет ей о призраке Здебора Вятича.

Но Дарина не спросила.

— Все нормально? — осведомилась скорее для проформы.

— Да, — немного помедлил с ответом Сергей.

— Хорошо. Ты быстро. Теперь куда?

— В южную часть города. Дей Зоб живет там. Я надеюсь…

Девушка кивнула.

Почему‑то Сергей чувствовал себя перед ней виноватым. Только не мог понять, в чем именно.

Они вернулись к повозке. Зомби по–прежнему стояли в кустах – неподвижные статуи в густой тени. Услышав окрик Дарины, они встрепенулись, выбрались на дорогу.

День выдался жарким. Если по пути сюда все еще сохранялась ночная свежесть, то теперь солнце все больше раскаляло каменные улицы. Хорошо, что Москвия замощена далеко не вся. И, тем не менее, трястись в поскрипывающей повозке оказалось непросто. К тому моменту, когда Дарина объявила, что они добрались до окраины южных кварталов города, Сергей успел наглотаться пыли на год вперед. По крайней мере, ему так показалось. Глядя на Дарину, такого сказать нельзя. Девушка чувствовала себя отлично.

— В этой части расположены лавки тех, кто обычно обслуживает запросы адептов Золотых башен, обоих Домов и прочих граждан, имеющих в кармане золото, — пояснила спутница.

И действительно, дома здесь выглядели куда более основательными, чем привык видеть Сергей. И это при условии, что не все из них сложены из камня. Встречались и бревенчатые, но вытесанные, будто терема, насколько их помнил Сергей. Украшенные резными наличниками, флюгерами, расписанные в зеленые и красные цвета, они действительно радовали глаз. Люди здесь не бедствовали. Даже бродящие вдоль домов зомби одеты опрятно, да и выглядят почти как люди. Некоторые (особенно женщины), накрашены, с аккуратными прическами.

— Здебор знал, куда обращаться, — процедил Сергей. — Ну что, будем заходить во все лавки и спрашивать?

— Выглядишь ты, конечно… – Дарина поморщилась. — Воскрешенные – и то живее.

— Я заметил.

— Чтобы избежать лишних вопросов – я вхожу первая, спрашиваю. Ты – за мной. Если человек нужный – в дело вступаешь ты. Я выхожу и жду за дверью.

— Можешь не выходить, у меня нет секретов.

Девушка только фыркнула.

Поиски не затянулись. Уже во второй лавке им указали примерное направление, а еще минут через двадцать они уже стояли перед человеком, даже сейчас, в жару, укутанным в теплый байковый халат. На его голове красовался белый тюрбан, на ногах мягкие туфли с загнутыми носами. Лицо смуглое, с чуть раскосыми глазами. Человек постоянно нешироко улыбался, демонстрируя на удивление белые и ровные зубы.

В приемном зале, где стояли все трое, пахло какими‑то пряностями и травами. Запах был настолько концентрированный, что у Сергея почти сразу запершило в горле. Он с трудом поборол желание чихнуть. Дарина чувствовала себя не лучше. Девушка то и дело морщилась, точно что‑то мешало ей дышать.

— Да, Дей Зоб, — поклонился человек. — Чема могу служить, добрый люди?

Голос у него был тонкий, а в словах вместо привычных звуков проскальзывало много шипящих.

— Ты меня помнишь? — Сергей снял с лица остатки тряпок.

Человек близоруко сощурился, неуверенно пожал плечами.

— Моя видеть не очень. Но голоса знакомый, да. Знакомый.

— Недавно я делал у тебя небольшой заказ. Необычный… – Сергей предпочел не называться. Вряд ли маг называл свое настоящее имя.

— Да–да. Какая заказ? — оживился Дей Зоб и поманил гостей вглубь зала. Заставленный многочисленными шкафами, полки которых ломились от обилия всевозможных банок, упаковок, пакетов, горшков и прочей тары, зал больше напоминал склад. Очень богатый склад.

— Порошок из колец черной магны, — чувствуя себя полным идиотом, проговорил Сергей. Ему понадобилось немало времени, чтобы запомнить все ингредиенты, необходимые Здебору Вятичу. — Три синих аметиста, два желтых берилла, белый корень Вирна…

48
{"b":"256114","o":1}