ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Надеюсь, это не замок Синей Бороды? – пошутила она.

За столом зависло неловкое молчание, словно ее шутка была совершенно неуместна.

– Я еще не успела рассказать моей дочери историю замка и надеялась, что вы сегодня восполните это мое упущение, – с очаровательной улыбкой вступила в разговор Екатерина Великая.

– Конечно, конечно, – кивнул Арман и неизвестно в который за этот вечер раз с восхищением уставился на Касину родительницу.

– Для начала скажу, что этот замок был построен в одиннадцатом веке Ричардом де Бланвиллем, вассалом синьора Оверни. Но хозяин замку достался взбалмошный. Меньше всего Ричарду нравилось сидеть на месте и собирать дань с окрестных крестьян. Поэтому он очень быстро присоединился к экспедиции нормандского герцога Вильгельма Завоевателя и отправился покорять туманный Альбион. Там в первой же битве саксы отправили его путешествовать дальше, за пределы нашего мира. Замок достался дочери Ричарда, Бланше. Дальше не буду вас утомлять перечислением владельцев, так как продолжительность жизни в то время излишней длительностью не отличалась, и хозяева замка сменялись в среднем каждые пятнадцать-двадцать лет. Кроме того, как ни странно, владельцами, вернее, владелицами замка всегда в конечном счете оставались женщины, и хотя все они вели род от Бланше де Бланвилль, фамилии у всех были разными. Теперь перейду к самому интересному. В общем, в начале двенадцатого века свежеиспеченный хозяин замка Рауль де Лонгпре откликнулся на зов папы Урбана Второго и отважно отправился освобождать Иерусалим.

– И его нисколько не смущало, что Иерусалим он освобождал от коренных жителей, – саркастически вставила Кася.

– По тогдашней логике, неверные не имели права быть коренными жителями не только святого города, но и оставаться на земной поверхности вообще, – вступил в разговор Бернар, он был явно недоволен, что своими рассказами Арман оттеснил его в сторону, – но не будем вдаваться в обличение нравов эпохи. Во всяком случае, европейским странам благодаря этому удалось отправить большую часть неугомонных и не очень законопослушных граждан воевать в Палестину.

– Умиротворили Европу за счет Ближнего Востока, – усмехнулась Манон.

– Византии тоже досталось на орехи, – добавила Кася.

– Я бы не стал упрощать, – вернулся в разговор Арман, – мы рассуждаем с нашей точки зрения. Для тогдашнего человека словосочетание «Святой город» обладало особым смыслом. Не забывайте, что большинство рыцарей отправлялось не грабить Иерусалим, Акру и т. д., а именно освобождать. И они ехали не просто воевать, а умереть за Святую землю. Для нас в век индивидуализма это ничего не значит, мы мечтаем о бессмертии, мы слишком привязаны к этой жизни и боимся заглянуть в собственную душу. Средневековый человек видел и чувствовал все иначе.

Кася была несколько удивлена страстности, с которой Арман бросился на защиту давным-давно рассыпавшихся в прах рыцарей-крестоносцев. Словно для него все это было слишком личным.

– Не могу с тобой не согласиться, Арман, – поспешил вставить Мишеле, – да и потом мы отвлеклись, в конце концов, Касю интересует история ее замка, а не наше отношение к Крестовым походам и его участникам. Так вот, последний владелец замка достиг цели своей поездки, а именно отправился самой ближней дорогой в рай. И вот тут начинается самое интересное. Перед отъездом он оставил завещание, что в случае его смерти он передает замок в дар только что созданному монашеско-рыцарскому ордену тамплиеров.

– И его наследники согласились? – удивилась Кася.

– Наследников мужского рода у него не было, только две замужние дочери. А о вдове позаботился орден.

– То есть наш замок находился в собственности тамплиеров? – заинтересовалась Кася.

– И не только. Он был центром одного из главных командорств ордена.

– Я немного знакома с историей ордена, – осторожно начала Кася, – и мне кажется, среди главных командорств я никогда не слышала упоминания о Грезеле.

– Вы не ошибаетесь, он упоминается крайне и крайне редко, и тем не менее он являлся одним из центральных командорств.

– Бернар немного преувеличивает, – вмешалась в разговор Манон, говорила она медленно, и иногда Касе казалось, что она тщательно подбирает слова, – просто все, что связано с местной историей, приобретает в его глазах совершенно фантастические размеры.

– Вы, как всегда, правы, – спохватился Бернар, Манон только улыбнулась. – Но командорство это было действительно важным. Достаточно сказать, что раз в год главные сановники ордена обязательно его посещали. Об этом свидетельствуют хозяйственные книги. На мой взгляд, никакие другие командорства таким вниманием похвастаться не могут.

– Возможно, да, возможно, нет, – покачал головой Арман, – но факт особого внимания ордена к нашему командорству неоспорим.

– Вот видите, Кася, вам достался действительно неординарный замок, – дружески улыбнулась Манон, – замок с загадкой.

– Надеюсь, что это не имеет никакого отношения к легендарным сокровищам тамплиеров, за которыми и так усердно охотился и король Филипп Красивый, отправивший рыцарей в пыточные камеры и на костер, и папа, и многие-многие другие, – со вздохом произнесла Екатерина Дмитриевна.

– Почему вас это огорчает, что замок может скрывать сокровища? – рассмеялся Бернар.

– Меня напрягают не сокровища, а его искатели, – пожала плечами Екатерина Великая, – от них обычно одни неприятности: то в саду клумбу распотрошат, то в подземелья замка рвутся. Хотя в них, кроме обваливающихся сводов и пустого винного погреба, ничего нет.

– А вы уверены? – напрягся Бернар, и трое гостей несколько странно насторожились.

– Уверена, – подтвердила Касина мать. – Фредерик мне рассказывал, что все их проверил от начала и до конца и ничего похожего на замаскированный вход или тайник не нашел. Я и сама их проверяла с мастерами. Надо же удостовериться в устойчивости фундамента.

– А может быть, просто он не смог найти его? – улыбнулся Бернар. – Но я с вами полностью согласен: от искателей сокровищ одни неприятности. Тем более все это относится к области красивых сказок, единственное, что заслуживает внимания, – это архитектура и историческая ценность здания.

– Но мне интересно было бы побольше узнать о замке и тамплиерах, – вернула разговор к интересующей ее теме Кася.

– Тогда позвольте вам рассказать следующее, – вступил в разговор Арман, нервно переплетая тонкие, изящные пальцы. – Тамплиеры придавали этому замку особое значение. Даже после разгона ордена его долгое время охраняли монахи бенедектинского ордена. Тоже интересный факт, учитывая, что именно этот орден приютил часть оставшихся в живых храмовников. После местные жители рассказывали о том, что замок проклят, или хранит загадочное сокровище, а иногда будто бы наоборот – больные, проведя ночь на камнях рядом с замком, излечиваются. И все это так или иначе связано с культом и чудотворной статуей Черной Королевы, существовавшим в этих местах с давних времен. Но статуя словно испарилась где-то в пятнадцатом веке.

– Черной Королевы? – изумилась Кася.

– Именно Черной Королевы, и поэтому местные жители называют этот замок Бьерцэнэгро. В переводе с окситанского: Черная Дева…

– Черная Дева! – задумчиво произнесла Кася.

– Своими россказнями вы только утомляете наших хозяек! – произнес Бернар, его голубые глаза смотрели укоризненно и даже несколько предостерегающе.

– Нисколько меня это все не утомляет, наоборот, очень и очень интересно. Я даже не ожидала, что у замка такая богатая история! – с воодушевлением воскликнула Кася.

Арман с несколько победным видом посмотрел на сморщившегося словно от переизбытка кислого Мишеле. «А эти двое явно друг друга недолюбливают!» – пронеслось в голове Каси. Разговор прервал отчаянно затрезвонивший телефон, вернее телефоны, так как, учитывая размеры помещений, Екатерина Дмитриевна предпочла расставить несколько аппаратов в большом и малом салонах, холле замка и библиотеке. Поэтому переливчатые трели, доносившиеся с разных сторон, не услышать было невозможно. Мать, извинившись перед гостями, сняла трубку самого ближайшего.

9
{"b":"256160","o":1}