ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ни в каком. Оно спрятано в сейфе семьи Джонс.

Элейн просияла:

– Мне стоило догадаться. Не обижайся, Зак, но любовь твоей семьи к разного рода тайнам ужасно раздражает тех, кто живет исследованиями. Эта фотокамера, если, конечно, она представляет собой хоть какую-то историческую ценность, должна стать экспонатом одного из музеев общества.

– Послушайте, я ведь уговорил деда позволить мне изучить камеру и описать полученные результаты в журнале, не так ли? Это можно считать настоящим достижением. Вы ведь знаете, как он относится к тайнам семьи и общества.

– Я скажу так: Банкрофт Джонс слишком долго служил в разведке, прежде чем занять место магистра, – с мрачным осуждением произнесла Элейн. – Будь его воля, он бы даже на списке гостей ежегодного весеннего бала поставил гриф «Совершенно секретно. Только для членов совета».

Зак еле заметно усмехнулся.

Элейн внезапно замедлила шаг и развернулась.

– Святые угодники! Только не говори мне, что он действительно пытался это сделать.

– Бабушка рассказала мне, что он упомянул об этом за завтраком несколько месяцев назад. Не волнуйтесь. Она его отговорила.

Элейн поцокала языком.

– Это к разговору о старой школе. Твои слова – лишнее подтверждение тому, что вся внутренняя организационная структура общества нуждается в серьезных реформах и модернизации.

– Все не так уж плохо. Изменения, внесенные Габриелем Джонсом в 1800 году, прекрасно служили обществу на протяжении всего двадцатого века.

– Но сейчас уже век двадцать первый. Хотя мне иногда кажется, что некоторые члены совета упорно этого не замечают.

– Угу. – Зак предпочел не спорить, ибо слышал подобные нравоучения достаточно часто и привык к ним.

– Бьюсь об заклад, что через каких-то двадцать-тридцать лет наука изучения паранормальных явлений выйдет из тени, – упрямо продолжала Элейн. – Она станет такой же привычной, как и все остальные. И когда подобное произойдет, в группе риска окажутся те, кто в той или иной мере обладает паранормальными способностями. Поэтому готовиться к этому нужно уже сейчас.

– Угу.

– В конце концов, основная задача общества – вывести науку изучения паранормальных явлений на новый уровень и заставить ученых всех рангов наконец признать ее. Ведь мы менее всего хотим столкнуться с новой волной охоты на ведьм, когда наша деятельность станет достоянием общественности.

– Сомневаюсь, что подобное возможно, – возразил Зак (да, зря он согласился выпить кофе с Элейн), исподтишка посмотрев на часы. – Сейчас те, кто обладает хоть какими-то сверхъестественными способностями, не страдают от собственной необычности. Они идут на ток-шоу.

– Участие в глупых ток-шоу и выступления на ярмарках не имеют ничего общего с наукой.

– Верно.

– Я уж не говорю о тех несчастных, что заканчивают свои дни в психиатрических клиниках или на улицах, потому что не сумели справиться со своими способностями или потому, что кто-то счел их умалишенными.

– Угу.

– Возьмем, к примеру, меня. Да, если я хоть словом обмолвлюсь своим коллегам за пределами общества о том, что могу определять возраст и подлинность артефактов при помощи собственных паранормальных способностей, меня тут же поднимут на смех и уже никогда не будут воспринимать всерьез.

– Верно. – Вот теперь пришло время вспомнить о назначенной ранее встрече.

Но Элейн разошлась не на шутку и с жаром произнесла:

– Потребуются десятилетия для того, чтобы подготовить научный мир и простых обывателей к существованию паранормального. Именно совет должен помочь обществу и его членам пережить этот переходный период.

– Совет слишком чтит традиции, Элейн, – напомнил Зак.

– Традиции – это прекрасно, но гораздо важнее выживание. Говорю тебе, Зак, старомодный образ мыслей совета приведет к тому, что на нас снова откроют охоту. Люди вполне обоснованно боятся тайных обществ. И их нельзя за это осуждать.

– Я с вами полностью согласен.

А потом, как если бы он действительно обладал способностью выпутываться из неловких ситуаций, зазвонил его телефон.

Зак вытащил его из пристегнутого к ремню чехла, посмотрел на дисплей, и волосы зашевелились у него на затылке. Предсознания не существует. Никто не способен предсказать будущее. Единственное, что может сделать человек, – это проанализировать возможность того или иного исхода событий. Однако не обязательно было обладать сверхъестественным чутьем, чтобы понять: Фэллон Джонс звонит лишь в преддверии каких-то очень интересных событий.

– Прошу прощения, Элейн, но мне необходимо ответить на звонок. Это из «Джи и Джи».

Элейн махнула рукой в сторону пустого конференц-зала:

– Можешь поговорить там. Встретимся в кафе.

– Спасибо. – Зак вошел в зал, закрыл за собой дверь и нажал на кнопку. – Привет, Фэллон.

– Где, черт возьми, тебя носит? – послышался в трубке требовательный голос.

Обычно глава «Джи и Джи» разговаривал таким тоном, словно собирался сообщить о конце света, но сегодня его голос звучал более угрюмо и нетерпеливо, чем обычно.

Он, как почти все представители генеалогического древа Джонсов, обладал мощными паранормальными способностями, но весьма необычными и редкими. Фэллон мог разглядеть четкую систему там, где всем остальным виделся лишь хаос и никак не связанные между собой элементы, это прирожденный теоретик хаоса.

Фэллон к тому же потомок Калеба Джонса, основавшего вместе с супругой агентство «Джонс и Джонс» на закате Викторианской эпохи. Главный офис фирмы до сих пор располагался в Великобритании, а еще четыре в Соединенных Штатах, причем каждый осуществлял контроль за определенным регионом. Фэллон возглавлял тот, что контролировал Западное побережье и юго-запад.

Его оперативный центр располагался в небольшом офисе в крошечном городишке Скаргилл-Коув, что на северном побережье Калифорнии. Большей частью он и его свободно связанные между собой агенты занимались сыском или обеспечивали безопасность членам Тайного общества. Неудивительно, что основным клиентом детективного агентства «Джи и Джи» являлся Высший совет Тайного общества.

Очень редко о существовании агентства становилось известно людям, не имеющим отношения к Тайному обществу, и они обращались к Фэллону за помощью. Иногда – вернее, крайне редко – Фэллон соглашался сотрудничать с такими клиентами. Среди них были проверенные детективы из полицейских управлений, а также предпочитавшие оставаться анонимными сотрудники государственной службы безопасности.

– Я в Лос-Анджелесе, – ответил Зак.

– В музее?

– Именно.

– Но ты должен быть дома. – Фэллон казался оскорбленным до глубины души.

– Знаю, ты будешь шокирован, – парировал Зак, – но так уж вышло, что я не сижу дома двадцать четыре часа в сутки, питая призрачную надежду на то, что ты позвонишь и предложишь работу. У меня есть и другие дела, помнишь?

Как и всегда, сарказм Зака пролетел мимо ушей Фэллона, и он безапелляционно заявил:

– Мне нужно, чтобы ты как можно скорее приехал в Вашингтон.

– Штат или город?

Всем, кто работал с Фэллоном Джонсом, порой приходилось проявлять недюжинное терпение, ибо он всегда был на несколько ходов вперед на шахматной доске, которой никто, кроме него, не видел. По какой-то необъяснимой причине он ждал, что каждый из его работающих по контракту агентов станет следовать его непостижимой логике.

– Штат, – рявкнул Фэллон. – В город Ориана, что в двадцати милях восточнее Сиэтла. Слышал о нем?

– Нет. Но найти сумею.

– Как быстро?

– Зависит от того, смогу ли приобрести билет на более ранний рейс, от пробок по дороге домой и от того, как быстро смогу собрать сумку и вылететь из аэропорта Окленда или Сан-Франциско в Сиэтл.

– Забудь. И немедленно отправляйся в аэропорт. Там тебя будет ждать один из самолетов компании. После того как заберешь из дому необходимые вещи, этот же самолет доставит тебя в Сиэтл.

Эти слова означали лишь одно: за ним пришлют самолет без опознавательных знаков, принадлежащий Тайному обществу. Фэллон пользовался такими самолетами лишь в тех крайних случаях, когда дело действительно не терпело отлагательств.

5
{"b":"256161","o":1}