ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ой, ну почему у всех дедушка, как дедушка, а у меня, несчастного, им числится Абдуррахман ибн Хоттаб, чтоб ему подавиться собственной пяткой. Залез в Интернет, а мне теперь его работу выполнять! – и с горестными стонами незнакомец несколько раз приложился лбом о пыльную землю.

Наконец обитатель медного кувшина нашёл в себе силы осмотреться и увидел презабавнейшую картину: высокая, рыжая, явно крашеная, девица каталась по земле в обнимку с огромным полосатым котом, что-то вопя визгливым неприятным голосом. Противники не стеснялись награждать друг друга тумаками, пинками и даже плевками. Клочки серой шерсти вперемешку с рыжими прядями густо усеивали поле битвы. Увиденная картина так впечатлила незнакомца, что он нетерпеливо подпрыгивал на месте, ударяя себя ладонями по ляжкам, изредка отпуская едкие комментарии.

– Надавай этой наглой бабе по страшной роже, чтобы место своё знала, отродье Иблиса.

Шаласка, бросив на нахала гневный взгляд, сграбастала валявшийся рядом кувшин и запустила им в лицо насмешника, процедив сквозь сжатые зубы:

– Пшел вон, Рафик-джан. У нас ограниченная квота на гастарбайтеров.

– Уй! – взвыл джинн, потирая лиловую ссадину под левым глазом. – Эта ведьма не только иблисово отродье, но ещё и отрыжка шайтана! Да, чтоб тебя поджарили на хлопковом масле, предварительно взрезав пятки и насовав туда рубленой свиной щетины!

Тут джинн смачно плюнул в сторону кощеевой зазнобы, но промахнулся. Слюна попала коту на хвост. Шерсть немедленно задымилась и начала пузыриться.

– Мяяяяуууу!!! – Баюн взвыл так, что оглох даже виновник всей этой катавасии, а затем рванул к царской резиденции.

Шаласка, рассвирепев, что придётся совсем новую вещь теперь в химчистку нести, решила задать насмешнику знатную взбучку. Подумав пару секунд, ведьма осторожно подкралась к синекожему паразиту, который пялился на проходящую мимо Елену Прекрасную. Впрочем, его проигнорировали. Местная красавица вообще практически не обращала внимания на тех, кто не мог быть ей хоть чем-то полезным. Увидев подругу Кощея, девица приветливо улыбнулась и вкрадчиво промурлыкала:

– Шалли, дорогая, привет. Что-то давно я тебя в интернете не видела. Куда запропала?

– Кощей совсем замордовал, вбил в свою дурную голову, что ко мне местный кузнец клинья подбивает. Да сдался мне этот неотёсанный мужлан?! Ну, в общем, ты меня всегда понимала правильно…

– Да уж, не повезло тебе, пока замуж не выскочишь, теперь не отвяжется… – тяжело вздохнула Елена и, воровато оглянувшись, прошептала собеседнице прямо на ушко. – Шалли, дело есть. Мне бы какой-нибудь дорогой флагманский планшет или смартфон, ну, в общем, получше, чтобы. Надоело ходить как чернавке босоногой со старым Сименсом, который тятя ещё год назад подарил на новый год.

– Придумаем что-нибудь, – ведьма явно думала о чём-то своём, особо не вслушиваясь в пустую болтовню.

Бирюзовые глаза купеческой дочери стали почти круглыми, когда синелицый нахал несколько раз обошёл вокруг, придирчиво разглядывая, а потом пребольно дёрнул за толстую чёрную косу, перевитую золотой шёлковой лентой. Увидев, что на него не обращают внимания, он одобрительно шлёпнул девицу по заду. Елена Прекрасная не удержалась на ногах и чуть не упала, да рыжеволосая проныра вовремя подхватила под локоток, не давая упасть на мощёную крупным булыжником мостовую. С пронзительным визгом купеческая дочь отскочила подальше от наглого заморского татя.

Шаласка, недолго думая, схватила джинна за ухо и сердито прошипела:

– Любезный, а кто будет в порядок одежду мою приводить, а? И скажи, сделай милость, – вкрадчиво продолжила она, – ты уже был на аудиенции у Царя Кощея? У нас тут залётную нечисть не жалуют! Твоё счастье, что Бага-Яга ещё не прознала, да и крестьяне слишком заняты сбором урожая. Тебя когда-нибудь на трезубые вилы поднимали?

– Какой такой Кош? Это могущественный демон или просто султан?

– Понятно, нарушаем, значит! – пальчики Шаласки вонзились в запястье несчастной жертвы, точно когти рыси в добычу, и она потащила негодяя к кощеевой усадьбе.

– Шалли, так ты мне поможешь? – в голосе Елены прозвучали слёзы.

– Как только разберусь с этой пакостью, сразу подберу тебе пару вариантов. Курс обмена на драгоценные камни прежний: один доллар – десять крупных жемчужин или два рубина, или пара яхонтов, или три лала.

– Позвони мне, я сразу приду.

– Договорились, Елена.

– Зря ты со мной поцапался! – с угрозой в голосе прошептала рыжая стерва. – Я всё сделаю, чтобы тебе небо показалось с овчинку! – и потащила упирающегося джинна дальше.

Девица сразу поняла, что он совсем пропащий, потому как даже не попытался вырваться или наложить на неё чары, а просто ехал за ней на пятках и что-то плаксиво про себя бубнил.

Увидев Шаласку в праведном гневе, все просящие предусмотрительно пропустили ведьму вперёд, подобострастно кланяясь и, на все корки ругая синего уродца, который умудрился насолить самой вредной и злопамятной бабе во всём Двувосьмом Царстве. Вездесущие старушки до полусмерти перепугали провинившегося нелюдя, пересказав ему не только были, но даже сплетни, связанные с рыжей Шалли. Джин уже и сам был не рад, что повздорил с этой девкой с бесстыжими глазами и высокомерным взглядом.

Из-за двери донеслись возмущённые старушечьи вопли:

– Царь Кощей, пока твои богатыри на девок пялятся, на ту же Василису, сестру твою, в Двувосьмом Царстве полный непорядок! Шагу не ступить, чтобы не столкнуться с незарегистрированной нечистью, про людишек я даже уже не говорю. Навёл бы ты уже порядок! Местные жалуются, что зело бедокурят пришлые, знать тоже не отстаёт челобитные бить. Разберись уже, хватит дурью маяться и баклуши бить.

Шаласка, победно улыбнувшись, вежливо постучалась, не желая гневить и без того сердитую старую бабку Кощея, а когда ей позволили войти, первым пропихнула в проём перепуганного пленника.

– Аааа! – завопила Баба-Яга, опуская метлу на голову джинна, чья кожа от испуга приняла васильковый цвет. – Так вот кто испоганил пшеничные косы моей внучки?! Кощей, в острог нечисть залётную, будет знать, как твой род позорить и над сестрой твоей глумиться!

– Любимый, – проворковала Шаласка, – полностью поддерживаю совет мудрой ведуньи. Посмотри, что он с моим нарядом сделал, да ещё и оскорбил. Коту-Баюну хвост искалечил, но плевок-то мне предназначался! – по щекам девицы побежали слезинки, скатываясь небольшими ручейками и падая на расшитый дорогим шёлком ковёр. – Елену Прекрасную, дочь купца Колывана Буяна, обидел. Поступил, словно с девкой безродной, руку на неё посмел поднять. Где это видано, чтобы синемордый чужак смел лапать первую красавицу Двувосьмого Царства?

– На кол его! – взвыла Баба-Яга, засучивая рукава и, поудобнее перехватывая верную метлу, стала наступать на ставшего тёмно-синим джинна.

– О, прекрасная пери! – провыл он, заслоняя руками испуганное лицо. – Не по своей воле попал я в эти земли. Могучий колдун из Магриба осердился, что я отказался исполнять четвёртое его желание, ведь больше трёх не положено никому. Заточил он меня в медный кувшин, увёз в открытое море и бросил там подводным тварям на поживу. Я не понимаю, о ком ты говоришь, моя госпожа, но готов исполнить три желания всех присутствующих в этом покое.

10
{"b":"256177","o":1}