ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

В монастыре сестры сами лечили и себя и монахов, да и послушницы не особо блистали здоровьем. У нас даже был свой собственный лазарет так как, погода в долине частенько преподносила нам неприятные сюрпризы, а в общих комнатах стоило только одной простыть, чтобы заразить остальных. Отдельной статьей шли травмы, которые нам частенько приходилось лечить у новоприбывших монахов, на моей памяти к нам ещё ни одного здорового, то есть, "целого" не привозили.

Одно хорошо, до нас почти не доходили эпидемии, нередко бушевавшие за пределами долины в крупных городах. Если только с кем-то не привезут. Но карантин в монастыре никто не отменял и послушниц к подозрительным пациентам никогда не пускали. Опасно это.

Так что, иллюзий на счет собственного состояния в эти месяцы я не питала.

Отмокая в огромной дубовой бочке, старалась не смотреть на собственное отражение....

Руки до локтей и бедра, иссеченные мелкими, тонкими шрамами с рваными краями, сохранившие пятна ожогов. Я боялась представить себе, в каком состоянии находится мое лицо, осторожно умываясь многочисленными найденными на полках отварами.

Тук-тук-тук.

- Амина, ты как? - голос Яна звучит приглушенно из-за толстой двери.

- Я все. У меня только обуви нет.... Как идти? - Ян зашел в предбанник, принеся с собой уличный холод.

Его теплая улыбка смущает. Наверное, я действительно выгляжу смешно, закутанная в огромную мужскую волчью шубу поверх летнего сарафана в мелкий синий цветочек, с розовыми вязаными носками почти до колен, переминаясь с ноги на ногу.

- А вот так. - Резко подхватывает на руки, что у меня воздух застревает где-то в горле. Успеваю лишь пискнуть, а мы уже на улице.

- Я бы и сама могла дойти.

После обжигающе морозного уличного воздуха, в доме казалось было просто невероятно жарко и натоплено. Я даже порадовалась, что среди принесенных мне Яном вещей все было легким.

- Сейчас мы перебинтуем руки, и можно будет чаю выпить. Ты как, составишь мне компанию?

- С удовольствием, пить очень хочется.

Я старалась не смотреть, как Ян, ловко заматывает мои ладони бинтами, постепенно поднимаясь все выше. Во-первых, потому что уже сполна насмотрелась на оставшиеся после взрыва шрамы. А, во-вторых, мне было просто жутко стыдно. Хотелось забиться как можно дальше и не показываться на свет до весны. Ведь как бы я не хорохорилась перед ним, а сердце все равно кровью обливается при каждом взгляде на воспаленные, уже почти зажившие рубцы.

- Не туго? Пошевели рукой, нигде не мешает?

- Нет, щиплет только немного.

- Это из-за мази.

- Ага. - Соглашаюсь с мужчиной, а сама стараюсь не смотреть на него. - Спасибо.

Закончив с моей перевязкой, Ян куда-то ушел. Тут же его место на лавке занял Магистр, шесть которого снова стояла дыбом и была жутко сырой.

- Где это ты так? - Спрашиваю, пытаясь хоть немножко пригладить пальцами стоящую ежиком шерсть. Кот на это лишь чихнул, подставляя мне под руку сухой бок.

- А? - Ян вынырнул откуда-то из сеней с дымящим самоваром в руках.

- Да это я Магистра спрашиваю, где он умудрился так зимой промокнуть.

- А он на себя снегу набрал, весь в сосульках домой пришел. В тепле-то все растаяло, вот он сырой теперь и сидит. - И обращаясь к коту. - Слышь, пуфик меховой, чего на лавочке разлегся? А ну брысь! Нечего тут....

- Да ладно. Пускай погреется. - В попытке защитить кота от Янова произвола, притянула того под бок, а чем тут же пожалела. Сарафан, намокнув, противно прилип к телу холодной тряпкой.

Видя этот конфуз, Ян лишь языком цокнул. Исходящий паром самовар перекочевал на стол, а мне на колени был брошен какой-то сверток. В нем оказался рушник и лоскутный коврик.

- Коврик - под кота, полотенце на него. И пожалуйста, не мокни больше, все же недавно только очнулась, не хорошо будет, если простынешь.

- Я постараюсь.... - Блииин, стыдно-то как.... Щеки загорелись, да и уши от них не отставали, пришлось срочно прятать лицо за слегка сыроватыми после водных процедур волосами.

- Угу. - Ян чем-то деловито гремел у печки, что-то переставляя, скрипнула лавка напротив. - Ты не голодна?

Отрицательно качаю головой.

- Чай с молоком будешь или без?

Согласно киваю.

- С молоком. Хорошо. Сахару? Конфет? Меду? Варенья?

Да он издевается надо мной что ли!? Поднимаю голову и сталкиваюсь со смеющимися желтыми глазами напротив. Р-р-р-р-р!!!!! Каков нахал.

Внутренний голос тут же напоминает, что именно этот нахал лечил меня на протяжении нескольких месяцев. Что именно он не бросил в горящем на черт знает какой высоте судне. Что именно он утащил меня из-под носа так и несостоявшегося мужа-гада. В конце концов, именно он продолжает меня таскать на руках. Вобщем....

- А варенье какое? - бурчу себе под нос, снова пряча пылающее лицо за волосами.

Магистр, ещё один мужик на мою голову, как-то удивленно смотрит на меня с лавочки. Кажется, кошак уверовал, что меня после крушения пару раз стукнули головой. Я склонна в это поверить, тем более что была без сознания, не помню. Может, и роняли пару раз.

- Брусничное. Есть ещё малиновое.

Брусничное - моё любимое. Это несправедливо!

- А можно брусничного?

- Держи. - Передо мной появляется огромная чашка пахучего травяного чая с молоком и внушительного размера глиняная плошка с вареньем, в которое воткнула серебряная (!!!) ложка.

- Спасибо.

Несколько минут мы просто молча пьем чай. Очень вкусный чай, с очень-очень вкусным вареньем. У Яна кружка по-моему ещё больше чем моя, в неё наверное пол самовара влезло. А ещё он ел мед, смачно и некультурно облизывая ложку. Мне аж тоже захотелось.

- Хочешь попробовать? Вку-усный.

- Не откажусь. А-а-а...

Хотела привстать и влезть в кубышку с медом своей ложкой, как меня опередил этот... Ян, впихнув мне в рот свою.

- М-м-м... Спасибо, очень вкусный мед. - В этот раз пришлось прятать смущение за кружкой. Что он себе позволяет?

- Это с местной пасеки. А как тебе варенье?

- Варенье лучше.

- Угостишь? Заодно и ложку вернешь.

Бли-и-ин.... Да что же это такое творится?

Пылая ушами и щеками, вернула ложку владельцу. Хоть у меня и было желание размазать ему варенье по всему лицу, но пришлось задавить это неподобающее желание на корню. Зато я поймала себя на том, что мне нравится смотреть на то, как он улыбается, совершенно по-детски вылизывая испачкавшуюся в варенье ножку у ложки.

- Ян, а.... - Не хотелось начинать этот разговор сейчас, когда все так... хорошо, тепло и уютно.

- Что?

- Мы здесь уже долго?

- В Вязках мы почти три месяца.

- Так долго!?

- Да, так случайно получилось. Мы когда удирали от измирских кораблей, я тебя с перепугу напоил не разбавленной настойкой горел-травы. А потом ещё и перебинтовал с ней же, несколько раз. Вобщем, переборщил немного. Мы же сюда почти четверо суток добирались, я боялся, что может начаться заражение.

- Я понимаю. Это ничего. Главное что твои старания не прошли даром и со мной все в порядке, более или менее. - И тут до меня дошло. - Как измирских?

- Э-э-э... Я разве не говорил? - Натурально удивился Ян

- Говорил, - что-то мне припоминается такое, когда кое-кто меня успокаивал, - но теперь лучше объясни, а то мне показалось, что я что-то не то услышала.

- Ну-у-у.... - С серьезным лицом отставляя кружку, затянул блондин желтоглазый. - Если коротко, то Авадар тебя развел. И родственники твои не лучше.

Бух! Грохнула кружка об столешницу.

- В смысле? - И куда подевалось смущение?

- Да в прямом. Тебя могли бы и просветить, что та лапша, которую тебе так усердно вешал на уши племянник Иммаха, перед свадьбой уже до пола свисала. Ни фига Измир не отсталое государство, а он - не бедный и несчастный мальчик обиженный тетенькой Судьбой - злодейкой. Хотя, я и не исключаю того факта, что на протяжении всего этого времени, измирцы держали в тайне постройку летучих кораблей. Да, скорее всего так и было. Выведи они их на арену событий раньше и театр войны сложился бы совсем по-другому.

48
{"b":"256209","o":1}