ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Тот посмотрел на него, выронил макетник и медленно принял папку из рук Томми. Открыл ее и воззрился на страницу — затем перевел взгляд на полку, затем опять на страницу.

Томми сказал:

— На соки не особо налегай, у нас еще на складе есть.

Саймон кивнул и посмотрел на книгу, затем — на полку с овощами.

Томми сказал:

— Саймон, ты не на той странице.

— Я знаю, — рявкнул в ответ тот. — Я ищу. — Он полистал страницы, дошел до мучных смесей и опять принялся озирать полку с консервами. Взгляд Томми он чувствовал кожей: лишь бы этот тощий-пидорас-книгочей поскорее свалил и оставил его в покое.

— Саймон.

Тот посмотрел на Томми, и в глазах его была мольба.

— Дай мне книгу, — сказал Томми. — Наверное, сегодня я всем дозаказы буду делать. А у вас останется больше времени все докидать, да и мне будет неплохо получше познакомиться с магазином.

— Я и сам могу, — сказал Саймон.

— Я знаю, — ответил Томми. — Но зачем переводить твои таланты на эту чепуху?

Когда Томми уже уходил, Саймон впервые за ночь перевел дух.

— Флад, — крикнул он ему вслед, — после смены я пиво проставляю.

Томми не обернулся.

— Я знаю, — ответил он.

Джоди стояла у окна студии в темноте и смотрела на спящего бродягу, лежавшего на тротуаре через дорогу. Она материлась себе под нос. Проваливай же, сволочь, думала она. Но и не додумав до конца, она поняла: безопаснее знать, где именно сейчас враг. Пока он лежит там на тротуаре, Томми в магазине ничего не грозит.

У нее никогда не было нужды никого оберегать. Защиты обычно искала она сама — крепкой руки, на которую можно опереться. А теперь такой крепкой рукой была она, по крайней мере — после захода солнца. Она спустилась с Томми на улицу и дождалась, пока за ним не придет вызванное такси. А провожая машину взглядом, думала: «Вот так, наверное, и мама сажала меня впервые в школьный автобус. Только у Томми нет с собой обеденной коробки с Барби». При этом она держала в поле зрения вампира на тротуаре.

Так она провела у окна уже много часов, снова и снова задавая себе тот же вопрос, и решение проблемы в голову ей никак не приходило. В поведении вампира не наблюдалось логики. Чего он хочет? Зачем убил старуху и оставил ее в мусорном контейнере? Он что, старается ее напугать, запугать — или во всем этом есть какой-то еще смысл?

Ты не бессмертна. Тебя еще можно убить.

Если он намерен ее убить, почему не возьмет и не убьет? Зачем изображать спящего бродягу, наблюдать за ней исподтишка, выжидать?

«Ему надо найти укрытие до рассвета. Если я его пересижу, может… Может, что? Выследить его я все равно не смогу, меня тоже светом накроет».

Она зашла в спальню и вынула из рюкзачка подаренный Томми календарь. Солнце встанет в 6:12. Джоди посмотрела на часы. У нее есть еще час.

Она дождалась шести — и отправилась на свидание с вампиром. Выходя, инстинктивно потянулась к выключателю погасить свет в квартире, но осеклась: свет-то она так и не зажгла. «Если выживу, — подумала Джоди, — на коммуналке можно будет сэкономить целое состояние».

Дверь в студию на верхней площадке она запирать не стала. Спустилась по ступеням и подперла здоровенную пожарную дверь банкой из-под содовой, валявшейся на лестнице. Возвращаться, видимо, придется в спешке, плохо, если ее притормозят ключи с замками.

Чем ближе она подходила к вампиру, тем сильнее звенели у нее все мышцы: инстинкт драться-или-драпать пробивал всю ее жидкой молнией. За несколько шагов она ощутила мерзостный дух — гниение вампира. Джоди остановилась и сглотнула.

— Тебе чего надо? — спросила она.

Вампир не шевельнулся. Лицо у него было прикрыто поднятым воротником пальто.

Джоди рискнула ПРОЙТИ еще один шаг.

— Я что должна делать?

Вонь стала сильнее. Джоди сосредоточилась на руках вампира, стараясь предугадать их малейшее движение. Но те даже не вздрогнули.

— Отвечай! — рявкнула она. Шагнула еще раз и сдвинула воротник с его лица. На нее смотрели остекленевшие глаза, а из шеи торчала сломанная кость. И тут же чья-то рука обхватила сзади ее лицо и дернула. Тротуар ушел у нее из-под ног.

Джоди попробовала выгнуться и дотянуться до лица нападавшего, но тот дернул ее вбок. Она открыла рот, собравшись закричать, — и почувствовала во рту два его пальца. Она стиснула челюсти. Раздался визг, и Джоди была свободна.

Она развернулась к нападавшему молнией, готовая к бою. Откушенные пальцы не выплюнула.

Перед ней стоял вампир, прижимая к груди окровавленную руку.

— Сука, — произнес он. И осклабился.

Джоди проглотила пальцы и зашипела.

— И тебе туда же, хуила. Ну, давай же. — Она пригнулась и поманила его.

Ухмылка у вампира не стерлась.

— Вкус вампирской крови придал тебе храбрости, птенчик. Не злоупотребляй.

Из руки перестала бить фонтаном кровь, раны затягивались у Джоди на глазах.

— Чего ты хочешь?

Вампир посмотрел на небо — оно уже розовело, грозя рассветом.

— В данный момент — найти ночлег, — чересчур уж спокойно произнес он. Рукой он сорвал корку с обрубка пальца и брызнул на Джоди кровью. — До новой встречи, любовь моя. — Он развернулся и побежал по улице прочь, в переулок.

Джоди смотрела ему вслед, и ее трясло боевым задором. Потом повернулась и оглядела бродягу. Приманка. Здесь его оставлять нельзя — заинтересуется полиция. Слишком близко к студии.

Джоди глянула на светлеющее небо, затем взвалила дохлого бродягу на плечо и пошла домой.

Томми взбежал по лестнице и ворвался в студию — ему не терпелось поделиться открытием: Саймон неграмотный! Но едва он распахнул дверь, его чуть не сшибла с ног жгучая вонь гнили. Щипало в глазах, как от уже раздувшейся дорожной убоины.

«Что еще она отчудила?» — подумал он.

Он открыл окна все проветрить и зашел в спальню — дверь при этом приоткрыл чуть-чуть, лишь самому проскользнуть, чтоб свет на попал на постель. Здесь воняло сильнее, и его чуть не стошнило. Томми зажег свет.

Джоди лежала, по шею укрытая электрическим одеялом. Все лицо у нее было в запекшейся крови. По хребту Томми проелозила волна мурашек — гораздо сильнее той, что у него случилась, когда папа поделился с ним секретом хотдогов на стадионах. («Рыла и жопки», — сообщил папа под конец седьмого иннинга. «У меня в животе мурашки», — ответил ему Томми на это.)

На подушке у головы Джоди лежала записка. Томми подкрался и схватил ее, после чего быстро открутил педали к двери и прочел.

Томми,

прости, что я в таком раздрае. Почти рассвет, а я не хочу застревать в душе. Объясню вечером.

Позвони в «Сиэрз», пусть доставят самый большой морозильный ларь, что у них есть. Деньги у меня в рюкзаке.

Ночью скучала по тебе.

Люблю,
Джоди

Томми вывалился из спальни.

ГЛАВА 18

Жукоед с Варварского берега

Томми проснулся на футоне с ощущением, что два дня до этого бился не на живот, а на смерть. В студии было темно, лишь в окна лился свет фонарей с улицы, и он слышал, как в ванной Джоди принимает душ. В кухонном углу гудел морозильник. Томми скатился с футона и застонал. Все мышцы скрипели, как ржавые петли, а в голову будто набили ваты. Бодун нижайшего разбора — но не от пива же, что они пили с Животными после работы. Так ему было от вербального побоища, учиненного ему торговцем бытовыми приборами из «Сиэрза».

Торговец этот, округлый гипертоник по имени Ллойд в последнем из выживших на этой планете «досуговых костюмов» (цвета морской волны с военно-морским кантом), начал атаку пятиминутной ламентацией на пропажу двойного трикотажа (как будто двойную вязку с грани исчезновения способны вернуть объединенные усилия команды Гринписа в белых виниловых тапочках и золотых цепочках), затем плавно перешел к получасовой лекции о трагедиях, постигавших те бедные души, что не покупали продленных гарантий на свои «Хладомастеры Кенмор».

25
{"b":"256218","o":1}