ЛитМир - Электронная Библиотека

Эми села на кровати. Как неловко! – Но у меня больше ничего нет.

– Не страшно. – Анжелика присела рядом с ней. – Во время войны всем тяжело.

– Мы и до войны были не особенно богаты. – Эми машинально разглаживала складочку на юбке. – Но всегда сводили концы с концами.

– Конечно, – сказала Анжелика. – Я и не говорю, что у тебя плохие платья. Просто нужно разнообразить гардероб. Я заказала новые платья для себя и девочек и закажу что-нибудь для тебя.

– Я не могу…

– Эми, ты хочешь сказать, что не поедешь на бал? Неужели тебе не хочется надеть красивое платье, украсить волосы цветами и чтобы все молодые люди города умоляли тебя потанцевать с ними?

Да, подумала Эми. Ей хотелось.

– Не забывай, дорогая, что мы одна семья, – продолжала Анжелика. – Мы должны помогать друг другу. Я уверена, что на моем месте твоя мама сделала бы то же самое для моих дочерей.

– Что ж… – протянула Эми.

– Я настаиваю, – сказала Анжелика. – И больше об этом ни слова. – Потрепав Эми по руке, она встала – шуршание шелка. – Ты совершенно особенная молодая леди. Я хочу, чтобы мы подружились.

– Я тоже, – ответила Эми. Но рядом с Анжеликой она всегда чувствовала себя стесненно.

Анжелика шагнула было к двери, но вернулась. – И вот еще что, Эми. Нелли слишком много говорит. Я не одобряю сплетни. Но мне кажется, тебе нужно узнать правду о Дэвиде Хэтэвее.

– О Дэвиде? – Эми подняла глаза на Анжелику.

– Вполне естественно, что привлекательная молодая девушка выказывает интерес к достойному молодому человеку. Особенно если он живет по соседству. Но тебе не стоит привязываться к Дэвиду. Просто нельзя.

– Почему? – спросила Эми, Анжелика снова говорила с ней, как с маленькой девочкой.

– Я знаю, Дэвид красив. И эта повязка на глазу, как бы это сказать… придает ему особый шарм, ты не согласна со мной?

Эми молчала.

– Дэвид когда-то был очень милым молодым человеком, – продолжала Анжелика, не дождавшись ответа. – Но война изменила его. Даже больше внутренне, чем внешне. Откровенно говоря, он стал немножко… неуравновешенным. Некоторые даже думают, что он опасен.

– Опасен? – изумилась Эми. – Почему?

– Война – ужасная вещь. Мужчины сражаются за свои принципы. Они убивают и умирают. Не буду пересказывать слухи о том, как Дэвид бежал из союзной тюрьмы. Это растревожит тебя.

Чем Дэвид опасен для нее? Почему Анжелика хочет, чтобы она держалась от него подальше?

– Для Дэвида же, – продолжала Анжелика, – война стала чем-то другим. Видишь ли, ему нравится насилие. Он убивал только ради удовольствия. А когда человек ступает на этот путь, ему с него не сойти.

– Не может быть, – прошептала Эми. Какому человеку может доставлять наслаждение убийство?

– Мне очень жаль, Эми, – тихо поговорила Анжелика. – Но от правды никуда не денешься. Дэвид может убить.

Глава 6

Эми отказывалась в это поверить. Не может быть, чтобы Дэвиду нравилось убивать.

Она сидела на нагретой солнцем каменной ограде вокруг пруда и пыталась читать. Но взгляд ее то и дело устремлялся к дому Хэтэвеев. А ее мысли к Дэвиду.

В ушах у нее звучал его голос. Как сердечно, как искренне он благодарил ее за спасение матери.

– Дэвид, – пробормотала Эми. – Какой же ты на самом деле, Дэвид Хэтэвей?

Она вздохнула. Вот ей бы стать такой же умной и рассудительной, как Анжелика! Тогда она наверняка смогла бы отделить ложь от истины.

Она не могла слепо довериться Анжелике. Конечно, она говорила с Дэвидом всего пару минут. И видела мрачное выражение его лица.

Но ведь Дэвид воевал. Его тяжело ранили. Может быть, этим объясняется произошедшая в нем перемена, подмеченная Анжеликой?

– Эй, Эми!

Эми обернулась и увидела стоявшую по другую сторону железной садовой калитки миссис Хэтэвей.

– Здравствуйте, миссис Хэтэвей, – сказала она.

– Я увидела, что вы здесь сидите и подумала, а не пригласить ли вас на чашечку чая. Вчера я и поблагодарить-то вас толком не успела.

Эми бросила взгляд на усадьбу. Она знала, что нужно спросить разрешения у Анжелики, но сегодня у тети было много дел. Да даже если бы и спросила, Анжелика все равно ответила бы «нет».

– С удовольствием, – сказала она, поднимаясь.

Миссис Хэтэвей открыла калитку и провела ее в дом. Всю дорогу она говорила без умолку. Эми обнаружила, что эта пожилая дама нравится ей все больше.

– Сюда, – сказала миссис Хэтэвей, открывая дверь.

Эми сразу же заметила различие между этим домом и домом Фиаров. Обе усадьбы были большие, красивые. Но в этом доме стояла мебель, которая принадлежала, судя по всему, не одному поколению Хэтэвеев.

– Это напоминает мне родной дом, – сказала она. Миссис Хэтэвей улыбнулась.

– Чем?

– Конечно, дом у нас маленький и не может сравниться с вашим красотой, – пояснила Эми. – Но здесь чувствуешь себя так же. Вся обстановка будто манит сюда войти.

Как, наверное, нелепо звучат мои слова, подумала Эми. Вечно я что-нибудь сболтну, не подумав.

Миссис Хэтэвей рассмеялась:

– Но мы здесь живем. И потом, если мебель не нравится, всегда можно отправить ее на дрова.

Она провела Эми в гостиную, где было очень тепло и уютно. Эми села на плоский, потертый стул.

– Я позвоню, чтобы принесли чай, – сказала миссис Хэтэвей, дернув за шнурок колокольчика.

Через минуту в комнату вошла горничная, толкая перед собой серебряный столик. У Эми слюнки потекли от запаха свежей выпечки. Миссис Хэтэвей налила чаю Эми, потом себе.

– Ну а теперь расскажите мне о… – начала было миссис Хэтэвей. Потом она посмотрела куда-то мимо Эми и проговорила громче: – Дэвид! Где ты ходишь? Иди к нам!

Обернувшись, Эми увидела стоявшего на лестнице Дэвида. Он медленно, словно нехотя, повернулся. Уж не избегает ли он ее?

Дэвид подошел к дивану и сел возле матери, все с тем же мрачным выражением лица.

– Я пригласила Эми на чай, – сказала миссис Хэтэвей. – Ида испекла твои любимые лепешки.

– И вовсе не мои любимые, – пробормотал Дэвид. – Здравствуйте, Эми.

Он снова злился. Но на что? Он был так с ней обходителен во время первой встречи – и вдруг такая перемена, Эми не могла понять причины столь резкой смены настроения.

– Здравствуйте, Дэвид, – ответила она. Эми с гордостью отметила про себя, что голос ее не дрожит, хотя внутри у нее все трепетало.

Миссис Хэтэвей подала ей чашку горячего чая. Чашка и блюдечко были тоненькими и хрупкими, словно яичная скорлупа, и расписаны веточками кизила.

Женщина широко улыбнулась:

– У этого фарфора удивительная история, Эми. Мой прадед привез его из Франции для своей невесты, Изабеллы. Он обожал ее. На корабле он держал коробку с фарфором в своей каюте. Что только не приключалось в пути – и штормы, и нападения пиратов, и прочие неприятности. Но ничего не разбилось. Сейчас осталось всего несколько чашек, и я очень дорожу ими.

Эми улыбнулась – какая романтичная история.

Она украдкой взглянула на Дэвида. Он переменил положение. Старается, чтобы я не видела изуродованную часть лица, поняла она.

Так вот в чем дело! Он стесняется своей повязки. Потому-то у него такой сердитый и отрешенный вид. Наверное, во время первой встречи он позабыл об этом, подумала она, ведь он так переживал за свою маму.

И как только люди могут думать, что Дэвид способен на что-либо дурное? На мгновение у нее сердце чуть не выскочило из груди.

– Но мне все равно. – Эми прикрыла рот рукой, испугавшись сорвавшихся с ее губ слов, которые выдавали ее мысли.

Дэвид тоже почувствовал себя неловко.

– Что?

Вряд ли он еще со мной заговорит, подумала Эми, так что лучше уж сразу все ему сказать.

– Повязка. Она вовсе не уродует вас. Напротив, придает вам очень мужественный вид. Миссис Хэтэвей порывисто вздохнула.

– Мужественный, – повторила она ровным голосом. И тут Дэвид расхохотался. Громким, раскатистым, заразительным смехом.

7
{"b":"25641","o":1}