ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Роберт Лоуренс Стайн

Фантом в зрительном зале

1

Нашу школу стал посещать загадочный призрак. Его никто не видел. Никто не знал, где он живет.

Но вот уже больше семидесяти лет он появляется в нашей школе.

Первыми его обнаружили мы с моим другом Зиком, когда готовили школьную постановку о призраке.

Наша учительница сказала, что на этой пьесе лежит проклятие, но мы ей не поверили. Тогда мы думали, что она просто шутит.

Но когда я увидела призрака своими глазами, я поняла, что никакие это не шутки. Все оказалось правдой. Честное слово.

Ночь, когда мы встретились с призраком, стала самой страшной ночью в нашей жизни!

Но все по порядку.

Меня зовут Брук Роджерс, я учусь в шестом классе средней школы городка Вудс-Милл.

Зик Мэтьюс – мой лучший друг. Многие девочки считают странным, что мой лучший друг – мальчик, но мне все равно. Зик лучше и прикольнее, чем любая из девочек, которых я знаю. Так же, как и мне, ему очень нравятся ужастики.

Вот уже девять лет, как мы с Зиком дружим.

Нам известно друг о друге почти все. Например, я знаю, что Зик все еще спит в пижаме, на которой изображен лягушонок Кермит!

Ему очень не нравится, когда я кому-нибудь рассказываю об этом. Всякий раз его лицо становится пунцовым, а веснушки проступают еще больше.

Зик ненавидит свои веснушки почти так же, как я свои очки. Не понимаю, почему он так расстраивается из-за пары веснушек. В конце концов, они едва заметны. А летом, когда его кожа темнеет от загара, то их вообще не видно.

Хотела бы я, чтобы вот так же не было видно моих очков. Они делают меня такой уродиной. Но если я не буду их надевать, то буду натыкаться на стены.

Некоторые девочки в школе говорят, что Зик симпатичный. Никогда не думала об этом. Наверно, потому, что знаю его чуть ли не всю жизнь. С тех пор, как наши мамы встретились в зале для игры в боулинг и выяснили, что живут на одной улице.

Слухи о призраке поползли по школе неделю назад. В тот день после уроков я, как обычно, пыталась открыть свой шкафчик в раздевалке. Я убрала волосы с лица и повернула диск на кодовом замке. Дурацкий замок всегда заедает, и это меня бесит.

С четвертой попытки он наконец открылся. Я сунула книги в шкаф и собралась запереть дверцу. Ни за что не поташу учебники домой на выходные. С этой минуты я на каникулах! Целых два дня отдыхаю от школы.

Отлично.

Но прежде чем я успела закрыть дверцу, возле моего уха просвистел кулак, и шкаф с громким стуком захлопнулся.

– В чем дело, Бруки? – раздался голос из-за моей спины. – Ничего не задали на выходные?

Мне не нужно было оборачиваться, чтобы узнать, кто это. Только один человек в целом мире мог позволить себе безнаказанно называть меня Бруки. Я повернулась и увидела ироническую ухмылку Зика. Его светлые волосы, очень длинные спереди и очень короткие на затылке, закрывали один глаз.

Я улыбнулась и показала ему язык.

– Неплохо, Бруки, – промямлил он.

Я быстро сморгнула и что есть силы выпучила глаза. Надо же было как-то отомстить Зику.

Но Зика это не проняло. Он видел мой фокус с глазами уже тысячу раз.

– Нет, ничего не задали, – буркнула я. – В выходные я совершенно свободна. – И тут у меня возникла блестящая идея. – Как ты думаешь, Рич возьмет нас завтра на фестиваль ужастиков в «Синеплекс»?

Мне до смерти хотелось посмотреть три ужастика, которые шли в «Синеплексе». Говорят, один из фильмов – панорамный! Мы с Зиком обожаем смотреть ужастики, просто чтобы посмеяться в страшных местах. У нас нервы из стали. Мы ничего не боимся.

– Может быть, – ответил Зик, отбрасывая упавшую налицо челку. – Но Рич наказан. Ему нельзя брать машину целую неделю.

Рич – старший брат Зика. Большую часть своей жизни он отбывает наказание.

Зик перекинул свой рюкзак на другое плечо.

– Похоже, фестиваль пройдет без нас. Бруки, а ты ничего не забыла? – Он лукаво подмигнул. – Что-то важное?

Я пожала плечами. Забыла? Я не могла припомнить ничего такого.

– Ну, давай, Бруки! Соображай!

Я на самом деле не понимала, что он имеет в виду. Я собрала длинные волосы в хвост и стянула его резинкой, которую носила на запястье.

У меня всегда на каждом запястье по резинке. Мне нравится все иметь под рукой. Кто знает, когда тебе потребуется резинка для волос.

– Правда, Зик, понятия не имею, – призналась я, завязывая тугой хвост. – Почему бы тебе не сказать прямо?

И тут меня осенило.

– Распределение ролей! – завопила я, шлепнув себя по лбу.

Как я могла забыть? Целых две недели мы с Зиком ждали, когда будет известно, получили мы роли в школьном спектакле или нет.

– Пошли проверим! – Я ухватила Зика за рукав фланелевой рубашки и тащила его до самых дверей актового зала.

Мы оба пробовались на роли в пьесе. В прошлом году у нас были небольшие роли в мюзикле «Парни и красавицы». Наша учительница, мисс Уокер, сказала, что в этом году пьеса будет страшная.

Это все, что нам было нужно услышать. Мы просто должны были участвовать в этом спектакле!

У доски объявлений толпилось много ребят. Всем не терпелось прочесть список участников спектакля.

Я так волновалась!

– Мне не видно, Зик! – крикнула я. – Посмотри ты, хорошо?

– Да, сейчас…

– Нет, подожди! Я сама! – завопила я, передумав. Я часто так делаю. Зик говорит, что это сводит его с ума.

Я набрала в легкие побольше воздуха и протиснулась вперед. Грызя ноготь большого пальца на левой руке, я скрестила пальцы на правой и поискала глазами список.

Но когда я увидела, что было написано на доске, я чуть не откусила себе весь палец!

Рядом со списком участников спектакля красовалось уведомление:

Брук Роджерс! Пожалуйста, зайди в кабинет мистера Леей. Ты исключена из школы.

2

Исключена?

От потрясения у меня перехватило дыхание.

Неужели мистер Леви узнал, что это я выпустила тушканчика в учительской?

Исключена.

У меня схватило живот. Родители будут в шоке.

За спиной раздался смех.

Я обернулась: Зик хохотал, запрокинув голову. Другие тоже смеялись.

Я сердито уставилась на Зика.

– Ты повесил эту бумажку?

– Конечно! – Он заходился от смеха. У Зика нездоровое чувство юмора.

– Да меня не так просто провести, – соврала я.

Я снова повернулась к доске, чтобы прочесть список участников. Мне потребовалось трижды пробежать его глазами, прежде чем я поверила тому, что увидела.

– Зик! – закричала я во все горло. – Мы с тобой – звезды!

У Зика отвисла челюсть. И он усмехнулся.

– Можно подумать…

– Нет, правда! Нам дали две главные роли! Посмотри сам. Ты будешь играть Призрака!

– Не может быть! – Зик все еще мне не верил.

– Она правду говорит, Зик, – сказала девочка за моей спиной.

Тина Пауэлл, семиклассница, протискивалась сквозь толпу. Мне всегда казалось, что я не очень-то нравлюсь Тине Пауэлл. Не имею представления почему. Я ее даже плохо знаю. Но при встречах с ней у меня всегда возникает такое чувство, будто она косо на меня смотрит. Словно у меня кусочек шпината застрял между зубами или что-то в этом роде.

– Дайте мне посмотреть! – расталкивая всех, потребовал Зик. – Ура! Мне дали главную роль!

– А я буду играть Эсмеральду, – прочла я. – Интересно, кто такая Эсмеральда? Может быть, это сошедшая с ума старая мачеха Призрака? Или это его жена, которой отрубили голову и которая тоже восстает из мертвых, чтобы…

– Отдохни, Брук, – сказала Тина, окинув меня недружелюбным взглядом. – Эсмеральда – просто дочь того человека, которому принадлежит театр. – Она произнесла это таким тоном, как будто у Эсмеральды была совсем незначительная роль.

– А что досталось тебе, Тина? – спросила я. Тина потупилась. Несколько ребят повернулись, чтобы услышать ее ответ.

1
{"b":"25644","o":1}