ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Еда, меняющая жизнь. Откройте тайную силу овощей, фруктов, трав и специй
Хочешь выжить – стреляй первым
Финская система обучения: Как устроены лучшие школы в мире
Мир вашему дурдому!
Уже взрослый, еще ребенок. Подростковедение для родителей
Город под кожей
Жена поневоле
Мужская книга. Руководство для успешного мужчины
48 причин, чтобы взять тебя на работу
A
A

– Эмили, перестань, – сказал я и погладил пса по голове. – Кто сказал, что это Волк?

– А кто еще стал бы потрошить кролика?! – возразила мне Эмили. – Он убийца.

– Никакой он не убийца, – разозлился я. – Он добрый и ласковый пес. Вот смотри. – Я положил руку в пасть Волку. Он осторожно ее прикусил, так, чтобы не сделать мне больно.

– Но в нем мог проснуться инстинкт охотника, – задумчиво проговорил папа. Он оторвал взгляд от мертвого кролика и посмотрел на олений загон. Я видел, что он не на шутку встревожен.

Олени стояли у самой дальней стены загона, сбившись в тесную кучку, и настороженно поглядывали на Волка. Они следили за каждым его движением.

– Хорошо, что они в загоне за крепкой сеткой, – тихо проговорил папа. – Там им безопасней. И мне спокойней.

– Папа, мы не можем держать у себя этого пса. – В пронзительном голосе Эмили слышались нотки истерики. – Надо избавиться от него. И поскорее.

– Ну нет! – возмутился я, сердито глядя на сестру. – Как ты докажешь, что это Волк?! – Я тоже начал кричать. Но меня можно было понять. Я действительно был возмущен и обижен до глубины души. – Никак не докажешь! Вот и не обвиняй его!

– А ты никак не докажешь, что это не он, – парировала Эмили.

– Я знаю, что это не он! – Я окончательно распсиховался. – Ты разве не слышала вой вчера ночью? Такой ужасный и злобный вой. И это была не собака. Так собаки не воют.

– Тогда кто это был? – спросила Эмили.

– Я тоже слышал, как кто-то выл на болотах. – Папа встал между мной и Эмили. Как будто боялся, что мы подеремся. – Мне показалось, что это был волк. Или койот.

– Вот видишь?! – крикнул я прямо в лицо Эмили.

– Но в этих краях ни койоты, ни волки не водятся, – продолжал папа, повернувшись в сторону болот.

Эмили так и стояла, скрестив руки на груди. Она посмотрела на Волка, и ее аж передернуло.

– Надо избавиться от него, папа. Он опасен.

Папа протянул руку и потрепал Волка по загривку. Потом почесал ему под подбородком. Волк лизнул ему руку.

– Просто надо за ним присматривать повнимательнее, – сказал он. – Он вроде бы добрый и ласковый. Но по большому счету мы про него ничего не знаем. Поэтому будем с ним поосторожнее, ладно?

– Уж я-то точно буду поосторожнее. – Эмили прищурилась, глядя на Волка со страхом и неприязнью. – Я вообще собираюсь держаться подальше от этого чудовища. На двадцать шагов к нему не подойду. – Она резко развернулась и убежала обратно в дом.

Папа пошел в сарай – взять лопату и ящик, чтобы убрать и отнести на помойку мертвого кролика.

Мы остались с Волком вдвоем. Я опустился на колени и обнял пса за шею.

– Никакое ты не чудовище, правда, псина? – прошептал я ему на ухо. – А Эмили просто придурочная. Ты не чудовище. Ты хороший и добрый пес. Это не ты убил кролика. И это не ты вчера ночью бежал на болота. Правда?

Волк поднял голову и внимательно посмотрел на меня своими синими глазами.

У него был такой умный взгляд…

Он как будто пытался мне что-то сказать.

Знать бы только, что именно.

19

В ту ночь я не слышал никакого воя.

Посреди ночи я проснулся и выглянул в окно. Папа соорудил Волку спальный загончик на заднем дворе, но сейчас Волка там не было. Куда-то он убежал. Может быть, на болота. Но я за него не волновался. Я знал, к утру он вернется и встретит меня во дворе с такой бурной радостью, как будто мы с ним не виделись тысячу лет.

Утром, сразу же после завтрака, я взял большой пакет с сухой собачьей едой и направился во двор кормить Волка. И тут подошел Вил. Вчера мы с ним договорились, что встретимся утром. Сегодня он был в синей спортивной майке и черных велосипедных трусах. А на голове у него была желто-зеленая кепка с эмблемой местного лесничества.

– Привет! Как дела? – спросил он.

– Да так, ничего. – Я засыпал корм Волку в миску. Пес тут же уткнулся в нее мордой и принялся громко чавкать. Я завернул верх пакета с собачьей едой и потащил его обратно в кухню. Оставив пакет у дверей, я вернулся к Виду.

– Может, пойдем прогуляемся, – предложил он, наблюдая за тем, как Волк безжалостно расправляется с завтраком. – На болота.

– Пойдем.

Я быстро сбегал на кухню сказать маме с папой, что мы с Видом идем гулять. Когда я вернулся во двор, Вил уже шагал через луг. Я поспешил за ним.

Волк увязался за нами. То есть я так говорю: увязался. На самом деле он убежал далеко вперед, а потом встал, дожидаясь нас. Когда мы его догнали, он опять побежал вперед. Потом снова дождался нас и слегка приотстал. Так он и носился туда-сюда, то вперед, то назад. Временами он отбегал в сторону и валялся в высокой траве, подставляя лохматое пузо теплому солнышку.

– Ты слышал про мистера Уорнера? – вдруг спросил Вил. Он сорвал на ходу травинку и взял ее в рот.

– Про кого?

– Про Эда Уорнера. – Вил держал травинку в зубах, и поэтому его голос звучал еще глуше, чем обычно. – Ты, как я понимаю, еще не успел познакомиться с Уорнерами. Они живут в самом последнем доме. – Вил обернулся и показал пальцем, где именно.

– А что с ним случилось? – спросил я, едва не налетев на Волка, который в очередной раз с радостным лаем бросился мне под ноги.

– Он пропал, – сказал Вил, покусывая травинку. – Вчера вечером он не вернулся домой.

– Откуда не вернулся? – Я невольно оглянулся на дом Уорнеров. Воздух, нагретый солнцем, подрагивал и рябил, и поэтому казалось, что дом расплывается, как картинка на неисправном телевизоре.

– С болот, – угрюмо проговорил Вил. – Утром миссис Уорнер звонила моей маме. Сказала, что вчера вечером мистер Уорнер ушел на охоту. Он любит поохотиться на диких индеек. Пару раз он меня брал с собой. Он классно охотится. Видел бы ты, как он гоняет индеек! А подстреленных птиц он подвешивает вверх ногами на стене у себя в кабинете.

– Правда? – ошарашено переспросил я. Ну и привычки у этого дяденьки… тащить в дом мертвых птиц, да еще на стену их вешать…

– Ну да. Как трофеи, – продолжал Вил. – В общем, вчера вечером мистер Уорнер пошел на болота. И не вернулся.

– Жуть какая, – прошептал я. Волк уже добежал до деревьев у края болот и остановился там, поджидая нас с Вилом. – Может быть, он заблудился.

– Он не мог заблудиться, – с жаром проговорил Вил. – Кто угодно, но только не мистер Уорнер. Он здесь живет уже много лет. Он самым первым сюда приехал. Мистер Уорнер не мог заблудиться на болотах. Он их знает как свои пять пальцев.

– А может, его сожрал волк. Волк-оборотень, – раздался у нас за спиной незнакомый голос.

20

Мы с Вилом испуганно обернулись и увидели девочку примерно нашего возраста. У нее были огненно-рыжие волосы, собранные в длинный хвост на боку, и глаза, как у кошки: зеленые-зеленые. Курносый нос. Лицо все в веснушках. И одета она была ярко: в линялые красные джинсы и желтую футболку с большим и зеленым ухмыляющимся крокодилом.

– Касси, что ты тут делаешь? – насупился Вил.

– Иду за вами. – Она скорчила ему рожу и повернулась ко мне. – А ты тот новый мальчик. Грэди, да? Вил про тебя рассказывал.

– Привет. – Вообще-то я не робею перед девчонками, но тут почему-то смутился. – Вил мне говорил, что здесь есть еще девочка нашего возраста. Но ничего особенного он не сообщил.

– А чего про нее рассказывать? – буркнул Вил. – Девчонка, она девчонка и есть. – Он явно дразнился, но Касси ничуть не обиделась. Наверное, привыкла. Или просто ей было до лампочки.

– Меня зовут Касси О'Рурк. – Она быстро вскинула руку и выхватила травинку изо рта у Вила.

– Эй! – Он хотел в шутку треснуть ее по голове, но промахнулся.

– А что ты там говорила насчет волка-оборотня? – спросил я.

– Только не надо про оборотней. – Вил едва ли не взвыл. Он страдальчески закатил глаза. – Не могу больше выслушивать весь этот бред.

12
{"b":"25650","o":1}