ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

— Скорее всего, так.

Что я мог еще сказать Чаеву? Споры о нетрадиционных научных методиках, о никак не желающих укладываться в современные научные парадигмы фактах ведутся не первый век. Нельзя сказать, что они не интересуют большую науку. Время от времени создаются мощные лаборатории, целые институты, порой они получают потрясающие результаты, о них ломают зубы теоретики, их никто не может объяснить. Потом «нетрадиционники» вновь попадают в опалу.

— И меньше всего мы знаем о самом большом феномене. Знаете, о каком?

— О человеке.

— Правильно. Мы немного научились лечить человека. Более или менее изучили структуру тела, научились фиксировать и использовать ауру, энергетические и информационные процессы. И все равно главного мы не знаем. Откуда берутся мысли? Откуда снисходят озарения? Рождаются в мозгу на химическом, биополевом уровне? Не получается. А механизм наследования — ДНК, РНК? Еще полторы сотни лет назад было понятно, что при их помощи можно закодировать информацию в миллиард миллиардов раз меньше, чем требуется для создания живого существа. Где тогда хранится эта информация? Последнее слово — теория эфирного клише. Звучит привлекательно, где-то соответствует действительности, но граница незнания лишь немного отодвинута. По большому счету, и тут ничего не понятно. Теперь берем эволюцию Великий Дарвин, теория естественного отбора. И тут тупик. Уже давно было замечено, что развитие жизни вовсе не походит на хаос естественного отбора. Оно больше похоже на действия Конструктора, изобретающего новые устройства.

— Какого Конструктора?

— А кто же это знает? Природа… Дух… Абсолют… Сознание космоса, ментальное поле планеты Земля. Слова слишком неуклюжи, узки. Но ясно одно — все движется в определенном направлении, мир усложняется. Живая клетка, амебы, рыбы, животные, люди… Можно ли сказать, что некий план исполнен до конца? Вряд ли. Зачем все это, есть ли в действиях Конструктора смысл, или это просто игра-загадка. Но мы знаем, что сейчас реализуется очередная блестящая задумка Конструктора.

— Какая? — спросил я с напряжением. Чаев умел овладевать вниманием собеседника.

— Это вы.

— Хм-м… — Я понял, что надо мной просто издеваются.

— Конечно, не вы один. Это и я. И еще кто-то. Мы — новая игрушка Конструктора. И не усмехайтесь снисходительно, не становитесь в один ряд со скучными, недалекими, заурядными обывателями. Скажите, не замечали ли вы в себе каких-нибудь странностей? Не посещали вас темными бессонными ночами мысли, что вы не такой, как остальные люди?

— Если только очень темными ночами.

— У вас потрясающая реакция, потрясающая физическая форма. При вашем далеко не богатырском телосложении немного найдется противников, которые могут противопоставить вам что-то в бою. У вас блестящие математические способности, да и многие другие. Вы прекрасный работник. Вы выбирались целым и невредимым из таких ситуаций, из которых не выбрался бы никто.

— Это еще ни о чем не говорит, — нахмурился я. Он просто чуть ли не слово в слово повторял вопросы, которые одолевали меня всю жизнь.

— Да? А интуиция, ясновидение? Наверняка бывало такое, когда вы угадывали чужие мысли, предчувствовали грядущие неприятности и успешно их избегали. Иначе бы нам с вами сейчас не беседовать. Обычный, даже хорошо подготовленный человек и пяти километров не пройдет по нашей ТЭФ-зоне.

Точно, опять мои мысли. Так оно и есть.

— Ну и что, — возразил я, цепляясь за здравый смысл, как утопающий за соломинку. — Паранормальными способностями никого не удивишь. Сейчас не средние века, когда за это сжигали на кострах, и не двадцатый век, когда лишали научных чинов.

— Не удивишь. Психокинетики — это научный факт. Редко, но такие люди встречаются. Однако есть еще один момент. Все ваши странности, сверхспособности — это только начало. Нечто ждет своего часа, чтобы пробудиться. Вам суждено стать неким «суперхомосапиенсом», как ни напыщенно это звучит.

— Почему вы уверены, что это так? — спросил я, холодея.

— Знаю. О том, откуда я это знаю, я расскажу попозже. Вам это будет интересно.

— И какие возможности еще проснутся во мне?

— Самые разные.

Чаев взял со стола бутылку коньяка и подбросил ее вверх. Она зависла в воздухе, а потом медленно опустилась на пол.

— Балаганный фокус, — улыбнулся Чаев. — Но впечатляет, не правда ли?

— Впечатляет.

— А разве не впечатляет, что я разговариваю с вами, когда меня уже сто лет не должно быть на белом свете?.. Сейчас меня ждут неотложные дела, и я вынужден распрощаться с вами. Но мы продолжим этот разговор. До завтра.

— До завтра. — Я поднялся со стула, на котором сидел, согнувшись под градом обрушившихся на меня откровений.

— У меня к вам одна просьба. Отнеситесь к ней, пожалуйста, серьезно.

— Какая просьба?

— Не пытайтесь бежать, что-то предпринимать. У вас бойцовский характер, вы не боитесь ничего, я понимаю. Но здесь вам никто не хочет зла. Да и сделать что-то в вашем положении просто нереально. Вы лишь будете нервировать моих помощников, а у них и так забот хватает. Договорились?

— Договорились.

Конечно, при первой же возможности об этом договоре я забуду.

Трое уже знакомых мне верзил повели меня по ярко освещенному длинному коридору. На стенах мелькали какие-то знаки, попадались закрытые двери, мигали лампочки. Обстановка больше подходила для космической станции. Неожиданно я спиной почувствовал на себе чей-то взгляд. Оглянулся и увидел скользнувший в боковой коридор силуэт. Он показался мне знакомым.

АСГАРД. 14 ИЮЛЯ 2136 ГОДА

В комфортабельной клетке, в которой меня заперли, имелось все необходимое для жизни, даже пище-синтезатор, СТ-визор с беспорядочным набором фильмов. К моему удивлению, СТ принимал и спутниковые программы. То ли низковибрационный экран действовал в одну сторону, то ли тут какая-то техническая хитрость.

На планете ничего особенного не происходило. «Массовое самоубийство в Апингтоне в Южной Африке — туда на встречу с Абрахамом Перри, провозгласившим себя апостолом Единого Бога Смерти, прибыло полторы тысячи человек». Итог — двести тридцать жертв, принявших мученическую смерть через «купание» в кипящих котлах. Трупы были сожжены, пепел развеян по ветру — произошло очищение огнем и водой, и теперь, по замыслу самоубийц, они должны восседать на небесном престоле по правую руку Единого Бога Смерти. Этот культ достиг пика в Темные Десятилетия, тогда тысячи, десятки тысяч людей через огненные врата шли в иной, наполненный благостностью, мир смерти. Когда на место безысходности пришла сытая скука, культ, хоть и подрастерял своих сторонников, но все равно оставался опасным, его «апостолы» подвергались преследованиям по всему миру. В результате они выработали методы борьбы с полицией не хуже, чем Большие Кланы.

«Вчера в Бонне при попытке сил правопорядка проникнуть на склад, где хранился наркотик „птичий пух“, взорвалась объемная бомба. Погибло шестеро местных полицейских и два агента Европейского бюро по борьбе с наркооборотом». Вот идиоты! Всегда говорил, что немцы и Евробюро работать не умеют. Минирование складов — любимый трюк в последнее время. Сколько людей так погибло, но все равно находятся полицейские-бараны, которые упорно прут напролом, не предпринимая необходимых мер безопасности.

«Князь Грузии Шота Сванидзе казнил еще одного министра…» Да, этот не успокоится. Кровосос и маньяк. Сейчас грузинские летописцы и историки из кожи вон лезут, составляя благородную аристократическую родословную своему хозяину, хотя все знают — прадед его был известный вор, ставший позже работорговцем, а еще позже крупным наркодельцом, и получил он власть подкупом, коварством и неуемной кровожадностью.

"Конгресс США принял решение о финансировании строительства станции «Венера-Твердь». Это крупнейший венерианский проект за всю историю исследований Утренней звезды.

«В Москве Наталья Леонович поставила новые „Метаморфозы“ Такого успеха давно не знал этот вид искусства. Вчера в давке после представления один человек задохнулся Еще один почитатель очаровательной Натальи на глазах у всех вскрыл себе вены. Его удалось спасти»…

24
{"b":"25661","o":1}