ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Октавиан Стампас

Рыцарь Христа

Исторические хроники рыцарей Ордена Храма Соломонова

От издательства

Уважаемые читатели!

Издательство «OCTO PRINT» представляет Вам исторические хроники Октавиана Стампаса. Впервые в России на страницы романов во всем блеске выходят Тамплиеры — Рыцари Ордена Храма Соломонова. Вы держите в руках первую книгу единственной в своем роде серии, не имеющей аналогов в мировой исторической литературе.

Итак, «ТАМПЛИЕРЫ». В хроники вошли 5 романов Октавиана Стампаса, связанных последовательностью событий: «Рыцарь Христа», «Великий магистр», «Цитадель», «Древо Жизора», «Проклятие» и «Семь свитков из Рас Альхага»рукопись из личного архива автора, представляющая собой настоящую энциклопедию заговоров и тайн, мистики и реальных фактов из истории Европы и Ближнего Востока IX—XIV веков.

Так кто же они — тамплиеры? Современные справочники и энциклопедии скупым языком историографии расскажут Вам, что Орден бедных рыцарей Храма Соломонова был основан в 1118 году в Иерусалиме и изначально в его задачи входила охрана паломников на пути в Святую Землю, что все вступавшие в Орден рыцари давали обет бедности и аскетизма, что Устав Ордена был написан Бернардом Клервоским, что в 1314 году королем Франции Филиппом Красивым Орден был официально упразднен, а его Великий магистр Жак де Моле был сожжен в Париже. Но двести лет тайн, заговоров, фантастического могущества Ордена, уникальные знания, привезенные тамплиерами с Востока, несметные богатства бедных рыцарей Храма, тайна их «разгрома» остаются в тени истории и по сей день. Наш современник практически ничего не знает о том, что именно тамплиеры были первыми банкирами Европы и даже восточные султаны и эмиры, враги христианской Европы, предпочитали хранить свои богатства в замках тамплиеров. Слава первых тамплиеров привела под знамена Ордена весь цвет европейского дворянства. Ордену передавались земли, замки, ленные владении по всей Европе. Именно тогда была заложена основа финансового могущества Ордена. Но не только победы рыцарей на бранном поле и финансовое могущество предоставили им реальную власть в Европе. Тамплиеры воплотили в себе парадоксальный синтез двух великих культур — христианской Европы и мусульманского Востока. Мы только можем догадываться о всей глубине взаимного проникновения двух культур, но деяния и тайны тамплиеров, не разгаданные до настоящего времени, загадочное исчезновение сокровищ тамплиеров, вывезенных на галерах в неизвестном направлении, нераскрытая Истина их мистерий, тайная и непознанная связь со Старцем Горы, позволяют предположить, что на самом деле этот Орден оказал на судьбы Европы гораздо большее влияние, чем сами крестовые походы. На страницах романов О. Стампаса вы встретитесь с императорами и папами, с русской княжной Евпраксией, первыми крестоносцами, основателями Ордена, со Старцем Горы и его беспощадными воинами-ассасинами и вождем мусульман Саладином, с сектой левитов и рыцарями-госпитальерами. Вас ждут тайны католической церкви, православной Византии и христианских государств Иерусалима. Каждый роман является самостоятельным, законченным произведением, хотя публикация имеет свою хронологию, рекомендованную автором. Именно в таком порядке, перечисленном выше, следует читать эти книги.

Необходимо сказать несколько слов и об авторе хроник. Октавиан Стампас не известен как беллетрист. Его романы впервые печатаются в России. На наш взгляд, автор интересен не только как талантливый писатель, но и как независимый исследователь интереснейшей эпохи. Мы не всегда можем согласиться с мнением автора, но сохранили все тексты в авторской редакции, особенно «Семь свитков из Рас Альхага», несмотря на то, что именно эта рукопись вызывает наибольшие споры.

Искренне надеемся, что книги О. Стампаса по праву займут достойное место на книжных полках любителей исторической литературы.

С уважением

Компания «OCTO GROUP INC»

Издательство «OCTO PRINT»

КНИГА ПЕРВАЯ. РЫЦАРИ АДЕЛЬГЕЙДЫ

Amorem canat aetas prima.

Propertiusnote 1

Глава I. TO УТРО НА РЕЙНЕ

Мне ли забыть тот день, такой же солнечный, как сегодня? Так же чисто и ясно было в небе, редкие облака гуляли где-то вдалеке, легкие и белоснежные; тихий и теплый ветер дул с юга на север, подталкивая нерасторопные воды Рейна, уже успевшие, прежде чем добрести досюда, повидать Гельвецию и Швабию, обойти по краю Шварцвальд, подняться вверх, пересечь сланцевые горы и прийти сюда, в Вестфалию. Да, Христофор, сей славный и памятный день я считаю отправной пристанью, на которой я расстался с детством и пустился в путешествие по новой жизни, полной счастья и страданий, потерь и обретений, разочарований и восторгов. Доселе жил я, как росток пшеницы, прозябающий хоть и на краю поля, но еще не изведавший ни холодов, ни ливней, ни сладости солнечного тепла после ухода ненастья. Словом…

В то утро, задолго до рассвета мы с моим старым дядькою и оруженосцем Аттилой отправились удить рыбу. Поначалу клевало слабо, и Аттила начал было покряхтывать, потом, на зорьке, рыбы, будто сговорившись, взялись хватать приманку, только поспевай выдергивать. Когда же солнце взошло и стало немного припекать, рыбалка снова заглохла, словно какая-нибудь из пойманных нами рыб ухитрилась улизнуть из садка и сообщить остальным, что двое злоумышленников под видом того, что из любви к обитателям реки решили подкормить их, на самом деле с помощью подачек улавливают карасей, окуней и угрей, дабы затем предать смертной казни и полакомиться. Прошло немало времени, а удочки наши оставались в праздности и унынии, и Аттила начал возмущенно переминаться и пыхтеть, а следовательно нужно было ждать, что он заговорит о неоспоримом преимуществе рыбалки на Дунае по сравнению с Рейном.

— Вы только посмотрите, сударь, что эти распропащие рыбные сарацины с нами выделывают! — промолвил он, нарушая священную тишину рыболовного утра. — Как будто черти позвали их на свадебный пир к самому Люциферу.

— Неужто ты полагаешь, что сатана захочет жениться в тот же самый день, когда венчается наш император с нашей императрицей? — с сомнением опроверг я догадку моего оруженосца.

— Ох не знаю, — пожал плечами Аттила. — Император-то могуч, да только и он не указ врагу рода человеческого. Хотя…

— Что — хотя?

— По всему судя, кабы чортnote 2 удумал жениться, непременно позвал бы на свадебный пир нашего Генриха.

— Опять ты за старое, несносный болтун! — возмутился я, как возмущался всякий раз, когда Аттила, принимался ворчать в адрес императора. — Охота некоторым повторять базарные сплетни! Да и вообще, зачем, скажи на милость, пришла в твою голову мысль о свадьбе чорта?! Разве может чорт жениться, если он прикован к самому центру пекла и не в состоянии даже пойти посвататься? Да и кто, ответь мне, будь любезен, согласится отдать ему свою дочь?

— Не скажите, сударь, — расплылся в улыбке старый плут, — помнится, у нас в Вадьоношхазе у рябого Иштвана было, если помните, пять человек дочек, и одна другой хуже — одна косая, одна щербатая, третья сухоручка, четвертая страшна, как проказа, а пятая — рябая, точь-в-точь свой папаша. Так вот он бы хоть всех их за нечистого отдал и до самого нижнего ада бежал бы да кланялся и спасибо говорил. Нет, сударь, что ни говорите, а много на свете есть баб, которые хоть за чорта лысого, только бы замуж.

— Они-то, может, и готовы, да он согласится ли на таких, которым уж все равно за кого, лишь бы взяли? — улыбнулся и я.

— То-то и оно, — вздохнул Аттила. — Вот и говорят, что молодая императрица чудо как собою хороша. Жаль, что мы не успели приехать, когда ее венчали на царство.

вернуться

Note1

Пусть молодость поет о любви. Проперций

вернуться

Note2

Чорт — написание дается в старой орфографии, (прим. пер. )

1
{"b":"25678","o":1}