ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Сержант Мэйн выкрикнул приказ, и мы все построились в боевой порядок и выдержали первый яростный натиск, отбросив врага назад. Наша боевая цепочка медленно отступала по узкому причалу, заставляя противника атаковать нас малыми группами. В ночном небе кружил Мортациус, призывая своих рабов к решающей атаке. Мы уже имели опыт такого сражения с мертвецами в зале с печью, но против такого их количества выстоять, казалось, будет невозможно.

Трое наших выкатили с одной баржи бочки со смолой и подожгли причалы, когда на нас снова двинулась эта толпа. И их атаку встретил огонь мира живых, а не мертвых. Разожженная не заклинаниями, а кресалом смола обрушилась на них, как бурная река. Она сжигала их тела и оружие в серую золу. Но поскольку они не могли чувствовать боли и понимать, что происходит, то следующая шеренга терпеливо дожидалась, пока сгорит предыдущая, и устремлялась навстречу пожирающему их пламени. Мортациус сверху сыпал проклятиями и призывал других рабов занять место сгоревших.

Ими кишел уже весь берег, а еще больше торопилось по улицам к месту сражения. Мортациус заклинаниями возводил мост из пепла. Вот-вот они по мосту доберутся до нас и вновь возьмут в плен. Впрочем, для этого им надо было поторопиться. Ведь этот огонь был никому не подвластен. С одной стороны, он прикрывал нас, а с другой — являлся нашим врагом, пожирая остатки причала и заставляя нас отступать к воде. Мортациус направил людей в реку вдоль горящих причалов, чтобы они зашли к нам в тыл. Сам чародей спустился ниже, издевательски смеясь над нами и над нашими глупыми надеждами.

Сквозь разломанные доски причала протянулась чья-то рука и вцепилась в ногу Яноша. Я рубанул по руке саблей. Мортациус рассмеялся и сверху устремился на нас. Янош подхватил отрубленную руку, вставил в скрюченные пальцы рукоять своей сабли, и пальцы крепко ухватились за нее. Янош изо всех сил метнул саблю вверх. Вместе со вцепившейся в рукоять рукой лезвие представило из себя жуткого вида оружие, направленное при помощи магии в Мортациуса. Смех его прервался на середине, когда удар пришелся в глаз. Он камнем рухнул с неба, завывая от боли, и врезался в воду. Мы увидели, как он тонет среди волн, но облегчения это нам доставило мало, поскольку оставались еще тысячи живых мертвецов. А те по мосту из отвердевшей золы перебирались через сгоревшие причалы. Собираясь с последними силами, мы понимали, что еще вот-вот — и из волн восстанет их хозяин, полный ненависти к незваным ориссианам.

Я молился всем богам и больше всего — Халабу. Из пламени вырвался клуб дыма, и я поднял саблю, приветствуя брата.

И тут с реки, неся нам спасение, подул ветер. Глубокий, чистый звон гигантского магического колокола разнесся над волнами. Звук был настолько силен, что заглушил все вокруг. Мы ощутили, как нас окатила волна покоя. Огонь угас. Звонкая, мелодичная песнь магического колокола победила этих покойников. Они остановились, прислушиваясь. Когда стихло последнее эхо колокола, рабы Мортациуса побросали оружие, развернулись и побрели прочь.

Из темноты появился удивительный корабль с сияющими парусами и фонарями, развешанными вдоль бортов. Это был самый грациозный из виденных нами кораблей, и он несся к нам на волшебных парусах, поскольку ветер, который мог бы наполнить обычные паруса, стих. Я услыхал, как вскрикнул от восхищения Янош, а может быть, это был и мой крик, когда стал виден герб на парусах: огромная змея, свернувшаяся кольцом на фоне солнечного луча.

И пока приближался корабль, эдакий лебедь на черных волнах, я понял, что все, с чем мы столкнулись, было лишь проверкой. И Мортациус был главной проверкой. Я возблагодарил богов, что мы выдержали эти проверки.

С палубы нас окликнул голос:

— Привет вам, путники.

Голос был столь же мелодичен, как и звон того колокола. На палубе стоял красивый мужчина в сверкающих белых одеждах. Он еще раз обратился к нам:

— Мы привезли вам этот привет из Далеких Королевств.

Янош в восторге схватил меня за руку, остальные радостно закричали. И только когда корабль спустил лодки, чтобы перевезти нас, я понял, что выражаю свой восторг громче всех.

Глава двадцать вторая

ДАЛЕКИЕ КОРОЛЕВСТВА

Надежда — богиня с непостоянным характером, но известно и то, что как только она зажигает свои манящие огни, то от ее призывов не спрятаться. Излюбленное ее орудие — обещание; чем дольше оно танцует впереди, тем нетерпеливее ты стремишься за ним. Я знавал скорбь, когда не видел этого танца, но знавал я и великую радость, когда, сжалившись, Надежда раскрывала мне свои объятия. Надежда довела меня до Далеких Королевств, и Надежда же, многократно усиленная, давала яркие обещания тем, кто ждал меня дома. Их мечты я нес с собой, когда корабль, рассекая сияющие воды моря, в которое впадала река, шел к дальним берегам.

Я часто представлял себе, как выглядят Далекие Королевства, когда они мне откроются впервые. Иногда мне казалось, что я увижу город из ослепительного золота, с изящными зданиями и устремленными вверх шпилями. Иногда же мне казалось, что я увижу тучные поля и пышные луга с мирными деревушками и белостенными виллами, утопающими в цветах. Но какой бы облик ни принимала эта картина, мне всегда казалось, что я увижу ее как бы с высоты — например, с перевала Кулака Богов. Но до цели я добирался так, как привычно гражданину Ориссы — на реке начиналось наше путешествие, на реке и заканчивалось.

Когда мы пересекли море, покинув злые земли Гомалалеи, большой колокол корабля возвестил о нашем прибытии. Раздулся грот-парус, демонстрируя герб Далеких Королевств. И когда мы оказались в устье широкой, красивой реки, издалека нам отозвался другой колокол. Мы толпились у борта, держась за леера, нетерпеливо вглядываясь в тот берег, к которому так стремились. Но его скрывала дразнящая вуаль бледно-голубого тумана. Вдруг, словно смилостившись над нами, перед кораблем пробежал легкий бриз, разгоняя туман и открывая перед нашими глазами долгожданное зрелище. Мы были полностью очарованы.

Первое, что я увидел в Далеких Королевствах, — изумрудную башню, встающую над устьем реки. Башня плавно сужалась на конус, и в верхней ее точке находилось волшебное зеркало, осыпающее судно порхающими лучами света. Я почувствовал приятное покалывание, когда такой лучик осветил мое лицо. Мои намерения проходили магический досмотр. Свет заколебался в нерешительности, обнаружив защитное заклинание, наложенное на нас Яношем, когда мы ступали на борт этого корабля, но никаких препятствий не последовало, и лучики упорхнули восвояси.

Первое, что я услышал, оказавшись в Далеких Королевствах, — мелодичное пение тысяч птиц. Они вылетали из леса, с высоких тенистых деревьев, пахнущих мятой, и порхали над нами такие же красочные, как и их мелодия. Когда я присмотрелся внимательнее, то увидел, что у этих птиц, размером с охотничьих орлов, на кончиках когтей имеются металлические острые наконечники, а клювы хищно изогнуты.

Берега реки и острова на ней были покрыты самой разнообразной цветущей растительностью. Когда один из таких цветущих и сладко пахнущих островков проплывал мимо, судно окликнули из густых зарослей лиловых цветов. Наш капитан отозвался, и я увидел, как в растительности прячутся острия копий.

Первой мыслью, посетившей меня в этих землях, была та, что протянутая нам рука в бархатной перчатке скрывает стальную хватку. Я даже вздрогнул, когда вторая подозрительная мысль посетила меня: хорошо, что эти люди называют нас друзьями, а не врагами. Но когда мы обогнули холмистый берег, открывшийся перед нами вид разогнал все дурные мысли. Река, делая плавные изгибы, подобно гигантской змее, струилась посреди туманных полей и зеленых лесов. В глубине этой картины, подобно маяку; вздымалась живописная гора, голубая, как эта слепящая нас река. У подножия этой горы, как нам сказали, и находится цель нашего путешествия — город Ирайя, где великий король Домас правит всеми Далекими Королевствами.

101
{"b":"2568","o":1}