ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Вечером, источая благоухающие ароматы, гости сидели за богато сервированным столом в главном зале, своды которого подпирали каменные колонны, а на стенах висели охотничьи трофеи и разнообразное оружие. Ярко светили свечи, а в громадном камине, величиной с добрый шатер, жарко горел целый дуб. Слуги, стоящие за спиной, заботливо подливали в бокалы чудесное рейнское вино, подавали на стол разнообразные блюда: здесь были жареные фазаны и павлины, украшенные красивыми перьями на золотых подносах, фаршированные зайцы, зеркальные карпы в сметане, запеченные особым способом, тающие во рту, нанизанные на вертел куропатки с тончайшей, хрустящей кожицей, восточные лакомства и многое другое. Текла легкая, непринужденная беседа, прерываемая шутками и взрывами смеха. За столом сидело также несколько сеньоров из соседних окрестностей; этой же чести удостоился и Раймонд, как оруженосец самого почетного гостя — Гуго де Пейна.

— Расскажите же кто-нибудь о ваших рыцарских приключениях! — попросила Жанетта, хлопая в ладоши. Она была моложе своей сестры и выглядела более легкомысленно. Роже де Мондидье, сидевший с ней рядом, ловил каждый ее жест и взгляд.

— Я расскажу! — выкрикнул он, опережая других.

— Любезный мой рыцарь, — повернулась к нему Жанетта, — будут ли в вашем повествовании чудеса и любовь?

— Будут, будут, — уверил ее Роже. — С чего же начать?

— Начните, как обычно, но не давайте повод жареным фазанам последовать примеру тех цыплят в разрушенном замке, — промолвил Гуго де Пейн, и смысл его слов был понятен только Роже и Раймонду.

— Хорошо! — сверкнул глазом Роже. — Хотя это замечание неуместно. История моя началась, когда я скитался по Аравийской пустыне вместе со своим другом графом Людвигом фон Зегенгеймом…

— О! Я знаком с этим славным рыцарем! — перебил Бизоль. — Он сейчас находится в Труа, неподалеку отсюда. Граф Зегенгейм — живая легенда, подвиги его неисчислимы. Кстати, он еще прославился и тем, что сумел увести у самого императора Генриха IV его жену Адельгейду.

— В самом деле? — заинтересовалась Жанетта. — Как бы с ним познакомиться?

— Ну вы будете слушать или нет? — обиженно воскликнул Роже. — О Людвиге ходит много легенд, но моя история касается меня, а не его. Тем более, что вскоре он уехал в Дамаск, и я продолжил свой путь один.

— Мы внимаем вам, шлемоблещущий воин, — смиренно произнесла Жанетта, прикладываясь к его плечу рукой, отчего Роже сразу же успокоился и заулыбался.

— Итак, — продолжил он, — ветер странствий занес меня на край земли. Три дня я скитался по пустыне без еды и питья. Конь мой сдох, и я брел пешком, падая от усталости, пока не увидел перед собой спасительный оазис. Не дойдя до журчащей воды и спасительной тени несколько метров, я упал и лишился, чувств.

— О, Боже! — испуганно воскликнула Жанетта.

— Очнулся я в прохладном шатре, на мягкой кровати из лепестков роз, — Роже с удовольствием покосился на свою соседку. — Мне показалось, что кто-то наблюдает за мной. Так и есть: откинув полупрозрачное покрывало под балдахином, ко мне приблизилась прекрасная аравийка. Тот кто был на Востоке знает, какой чарующей красотой обладают тамошние женщины. Как потом выяснилось, это была дочь местного правителя — султана Кабуса. Бедняжка была заколдована приезжим магом и чародеем, который держал в страхе весь народ и ежедневно требовал человеческих жертв. Меня он предназначил на заклание на вечер, а на следующий день должен был взять в жены эту прекрасную Гюзель.

— Какой ужас! — воскликнули сидящие за столом дамы.

— Да, ужас, — горделиво подтвердил Роже, посверкивая своим глазом. Несмотря на этот физический недостаток, выглядел он весьма обаятельно: была в его лице та мужественная красота, свойственная людям, которые покою и неге предпочитают свежий ветер, воздух и солнце. — Этот чародей, надо сказать, был отвратительный карлик. Но у него имелся слуга-великан, ростом, наверное, с башню. Он и совершал казни, разрывая людей пополам. А Гюзель все время находилась в состоянии полусна, не узнавая ни родных, ни друзей. Кабус же попросту постоянно дрожал от страха. Вот в такую веселенькую страну я попал.

— Как же вы избежали столь горькой участи? — взволнованно спросила Жанетта, прикладывая ладони к груди. Взглянув на нее, Роже воодушевленно продолжил:

— Когда меня привели на площадь, где томился народ в ожидании моей казни, а карлик злорадно потирал руки, я вдруг заметил одну странность в его поведении. Проклятый маг почти постоянно сосал указательный палец своей левой руки. Я догадался, что это как-то связано с его волшебством. Наверное, именно в пальце таилась его чудодейственная сила. Мне не составило большого труда выхватить спрятанный кинжал, подскочить к карлику и отрубить его зловещий палец. В один момент маг испустил дух и сморщился до размеров банановой кожуры. Народ на площади возликовал!

— Но ведь оставался еще великан, — произнес изумленный Бизоль де Сент-Омер.

— Да. Но великан сам был околдован и зловещие чары над ним кончились со смертью чародея. Он упал на колени и признал меня своим господином. Очнулась и Гюзель, а султан Кабуса тотчас же предложил мне ее в жены. Но… — тут Роже взглянул на Жанетту, — я уехал из этой страны, осыпанный богатством, поскольку знал, что мое сердце займет когда-нибудь другая дама. И я уже догадываюсь — кто это.

Жанетта слегка покраснела и спросила:

— Не там ли, благородный рыцарь, вы потеряли свое зоркое око?

— Нет, не там, — ответил Роже. — Это уже другая история. Когда я выиграл большой рыцарский турнир в Орлеане, одна из восторженных поклонниц бросила в меня огромный букет роз, и один из шипов вонзился мне прямо в глаз. Бедняжка после умерла от огорчения.

Гуго де Пейн больше не мог сдерживаться и рассмеялся.

— Не обращайте внимания, — сказал он удивленным гостям. — Так, что-то пришло на ум.

— В Труа, кстати, через неделю открывается королевский турнир. Ожидают прибытия Людовика IV. Съедутся рыцари со всей Европы. Не мешало бы и нам побывать там, — произнес Бизоль. — Тем более, что нам все равно предстоит уведомить графа Шампанского о нашем путешествии в… — тут хозяин прикусил язык и посмотрел на свою супругу. Луиза тревожно взглянула на него, потом — на Гуго.

— Какое путешествие? — спросила она.

— Недавно, мне пришла странная охота сочинять стихи, — отвлек ее внимание де Пейн. — Вот послушайте что я набросал по дороге сюда:

Не для того, чтоб прочим быть под стать,

Не для игры отнюдь или забавы,

Но чтобы Господу хвалу воздать

И чая верным — почести и славы…

— Мне нравится! — воскликнул Бизоль. — Эй, слуги, еще вина!

Ужин кончился, когда звезды уже вовсю сияли на небосклоне. В последующие дни рыцари занимались охотой, преследуя по близлежащим полям зайцев и лисиц. Роже де Мондидье большую часть времени проводил с Жанеттой, гуляя с ней в окрестном парке. Однажды Луиза отвела Гуго де Пейна в сторонку и напрямик спросила:

— Я знаю, вы желаете забрать моего мужа с собой в какие-то странствия. Я не права?

— Это так, но выбор остается за ним, — промолвил Гуго.

— Его ничто не удержит! Ни я, ни наши дочери, — с горечью произнесла Луиза. — Зачем вы появились? Без вас было так хорошо! Я чувствую, вы погубите его.

Красные лучи заката легли на ее искаженное болью лицо, а глаза умоляюще смотрели на рыцаря.

— Уезжайте, — попросила она. — Оставьте Бизоля радоваться жизни и такому простому счастью, которое я дарю ему.

Гуго размышлял над ее словами, глядя на виднеющиеся вдали верхушки сосен.

— Возможно, случится так, — произнес наконец он, — что оставшись здесь, Бизоль никогда не простит себе этого. Ни себе, ни вам. И тогда ваше счастье превратится в ад.

Луиза огорченно вздохнула, а Гуго прикоснулся к ней рукой и мягко добавил:

— Не переживайте столь сильно, мы едем не умирать, а побеждать. Мы обязательно вернемся.

Медленно качая головой, Луиза обреченно проговорила:

15
{"b":"25680","o":1}