ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Из монастыря в Бад Ишл при помощи церкви св. Иеронима он переправился в Швейцарию через Инсбрук, где находился еще один закоренелый усташ, священник, брат Берто Драгичевич, начальник усташской полиции в Герцеговине. В Женеве Артукович находит укрытие в католическом монастыре. Под новой фамилией и именем – Алойзие Анич, располагая соответствующими документами, полученными с помощью клерикальных кругов и с ведома министра юстиции Швейцарии, он вместе с женой Анной-Марией и дочерьми-близнецами Вишней и Зорицей в июле 1947 года выезжает в Ирландию. А. Артукович, будучи военным преступником крупного калибра, проделал, несомненно, необычный для того времени путь. Однако это становится вполне объяснимым, если иметь в виду тех, кто оказывал содействие в организации побега, а также заинтересованность, проявленную к Артуковичу западными разведывательными службами.

Не чувствуя каких-либо угрызений совести по поводу своего прошлого и нисколько не беспокоясь за свое будущее, он предоставил решение всех вопросов своим новым хозяевам. Наступали иные времена – то был канун приближавшейся "холодной войны".

Кроме того, Артукович имел основания испытывать радость: в Ирландии у него родился сын Радослав.

АМЕРИКА

В июле 1948 года истек срок документов, полученных Артуковичем в Швейцарии, но это уже не являлось проблемой, он получил новые документы и въездную визу в США. В результате количество наиболее злостных военных преступников, легально нашедших к тому времени убежище в США, достигает пятидесяти шести.

Артукович с семьей прибывает в Лос-Анджелес. Там его с радостью встречает старший брат Джон Артукович, который поселился в Соединенных Штатах еще перед первой мировой войной и возглавил "П. и Дж. Артукович констракшн компани" в Питтсбурге. Для брата он приобрел дом в Сэрфсайде – тихом месте на побережье. Вскоре Андрие стал работать бухгалтером в компании своего брата, а Анна-Мария – медсестрой в одной из больниц города. Началась новая жизнь вдали от европейского ада, и казалось маловероятным, что наступит день, когда его, теперь Алойзия Анича, привлекут к ответственности. Андрие Артукович настолько почувствовал себя в безопасности, что включил в телефонный справочник Лонг-Бича свою настоящую фамилию. Теперь номер его телефона не составлял тайны.

СУД

Однако произошло все же то, чего он меньше всего, по-видимому, ожидал. Местонахождение Артуковича было обнаружено, и все калифорнийские газеты в 1951 году поместили статьи под заголовками "Красные требуют выдачи человека из Сэрфсайда". Эта во многом симптоматичная манера информирования общественности как бы предвосхищала возможное решение американских органов правосудия. Но Артукович вынужден был предстать перед судом ввиду предъявленного Федеративной Народной Республикой Югославией (ФНРЮ) требования о выдаче его как военного преступника и непосредственного виновника гибели сотен тысяч людей, в том числе женщин и детей.

Заслуга в обнаружении места пребывания Андрия Артуковича принадлежит югославским эмигрантам. Они неоднократно оказывали содействие в поиске военных преступников из Югославии в других частях мира. Без их помощи было бы очень трудно, а порой и невозможно заполучить необходимые сведения. В Лос-Анджелесе в пятидесятые годы, к несчастью для Артуковича, проживало постоянно около семи тысяч выходцев из Югославии.

Начался процесс, который продлился целых восемь лет. Вначале он проходил обнадеживающе для стороны, требовавшей выдачи Артуковича. Однако впоследствии обстановка изменилась, и суд все больше склонялся на сторону Артуковича и его защитников.

Спокойная жизнь бухгалтера, поселившегося в солидном особняке и ежедневно отправлявшегося утром на службу и возвращавшегося вечером домой, оборвалась, и имя Артуковича вновь попало на первые полосы газет. Привыкший к известности – в прошлом он в течение ряда лет занимался охотой на невинных людей и мог делать все, что хотел,– Артукович не очень расстроился из-за нового поворота событий.

Обосновавшись в те дни в номере гостиницы "Беверли Хилтон" в Лос-Анджелесе, Андрие Артукович вместе со своими адвокатами готовил сценарий защиты. Всего несколькими днями раньше им не удалось отклонить требование о выдаче. То было лишь одно из сражений, правда, проигранное, которое в то время так много обещало…

Первым делом адвокаты Артуковича попытались добиться признания того факта, что их подопечный прибыл в США под фамилией Алойзия Анича в качестве перемещенного лица в соответствии с законом, принятым с целью предоставить возможность людям, преследовавшимся нацистами по религиозным или политическим мотивам, поселиться в США.

Заслушав показания свидетелей, иммиграционная служба 14 октября 1951 года все же приняла решение об отклонении просьбы Артуковича. Однако и этот ход был весьма полезным, что было ясно и тогда, а позже нашло свое подтверждение. Так, наблюдатели были уверены, что положение Артуковича не сможет усугубить никакое скоропалительное решение, поскольку все свидетели, давшие показания иммиграционной службе в пользу Артуковича, являлись агентами ФБР.

На некоторых этот факт произвел удручающее впечатление, поскольку за десять лет до этого суда та же самая организация – ФБР – завела досье на Джона Артуковича, предпринимателя из Питтсбурга, проявив интерес к его связям с фашистскими и усташскими агентами в США, а также его членству в многочисленных комитетах борьбы за независимость Хорватии. По убеждению и свидетельству многих авторов, занимавшихся изучением этого дела и написавших многочисленные статьи в газетах, а также книги, братья Артуковичи стали участниками новой, "холодной войны" против коммунизма.

По всей вероятности, сотрудничество началось еще до окончания второй мировой войны, поэтому будет интересно узнать, какие события имели место в лагере Шпиталь-Драу, а также в Ирландии. Не подлежит сомнению тот факт, что американская разведка, проводившая операции в Югославии, руководствовалась в своей деятельности страхом перед коммунизмом, а не перед находившимся накануне краха фашизмом. Поэтому Управление стратегических служб – предшественник ЦРУ – неожиданно отказалось от услуг ранее завербованных югославов, опасаясь их симпатий к Тито и новой власти, а его новыми агентами стали бывшие враги.

Перед адвокатами Артуковича стояла довольно простая задача: надо было продолжать поддерживать созданный Артуковичем образ борца против коммунизма, обреченного на горькое изгнание и скромный образ жизни, что в то время в Южной Калифорнии, да и в значительной части Америки, было лучшим способом защиты. Именно в таком ключе была проведена пресс-конференция в гостинице "Беверли Хилтон", участники которой заранее распределили между собой роли. Присутствовавшие на ней журналисты отмечали, что Артукович выступал на ней в роли бухгалтера, которая устраивала его больше, нежели роль преступника, на совести которого сотни тысяч невинных жертв.

Ничуть не смущаясь, преступник рассказывал о своей деятельности в правительстве "Независимого Государства Хорватии", утверждая, что он никогда никого не убивал, никогда и никому не отдавал распоряжений о совершении хотя бы одного убийства. Он признал тот факт, что был министром внутренних дел, подчеркнув при этом, что не имел никаких полномочий, а затем поведал несколько печальных историй, стремясь угодить вкусам большинства присутствовавших.

Артукович продолжил спектакль, утверждая, что обвинения в его адрес мотивированы политическими соображениями, представляя себя человеком, лишенным покоя и родины, последовательным борцом против коммунизма.

Пресс-конференция, в ходе которой журналистам было запрещено задавать вопросы, закончилась. Артукович и его адвокаты могли торжествовать: поскольку генеральная репетиция прошла с таким успехом, Артукович может и далее придерживаться той же тактики, отвечать на вопросы теми же словами, что и на прессконференции, отвергая все обвинения. Спустя несколько дней он именно так и вел себя на допросе в связи с требованием о выдаче. И этого было достаточно, чтобы об Артуковиче стали говорить не как о главаре усташей и преступнике, а как об антикоммунисте.

9
{"b":"25683","o":1}