ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Капитан, я понимаю, что торжественные церемонии для вас ничего не значат. Но вы хотя бы знаете, что до Дня Империи осталось всего семьдесят два часа?

Стэн это знал. Празднование Дня Империи установил лично Вечный Император. Каждый стандартный год все имперские вооруженные силы, не принимающие участия в боевых действиях, устраивали нечто вроде дня открытых дверей, и общественность могла наглядно убедиться в остроте имперского штыка, обычно скрытого в ножнах.

– Так точно, сэр.

– Даже удивительно, что вы об этом не забыли. Так вот, капитан, я хотел отдать вам указания о размещении ваших судов и экипажей для осмотра.

– Для осмотра, сэр?

– Ну, разумеется, – с легким раздражением сказал Ван Дурман. – Как и всегда, в День Империи весь 23-й Флот будет открыт для посетителей.

– Мне очень жаль, сэр, но этого мы сделать не можем.

Ван Дурман нахмурился. Потом улыбнулся. Наконец-то! Вот он предлог, чтобы взять нахального капитана за жабры.

– Это не просьба, капитан. Это приказ.

– Сэр, я не могу его выполнить. – Хотя Стэну и хотелось посмотреть, насколько багровым может стать адмирал, он решил не тянуть и объяснил: – Сэр, согласно распоряжению R-278-XN, мои корабли считаются совершенно секретными. Это приказ Императора, сэр. В ваших файлах наверняка есть копия.

Номер Стэн придумал, но сам приказ действительно существовал.

Судорожно глотая ртом воздух, Ван Дурман откинулся на спинку кресла. Он несколько раз открывал рот, намереваясь что-то сказать, и столько же раз его закрывал.

– Значит, вы и ваши бандиты в День Империи будете прохлаждаться? Весьма патриотично, нечего сказать.

И тут Стэну в голову пришла совершенно шикарная идея. Он подумал о Дне Империи, вспомнил Вечного Императора и как тот любил обходные маневры...

– Никак нет, сэр! Мы бы этого не хотели, разве что вы так прикажете.

И прежде чем Ван Дурман успел отреагировать, Стэн уже начал излагать свое предложение:

– Честно говоря, сэр, я как раз хотел записаться на прием у вашего секретаря.

Ван Дурман ждал, что последует дальше.

– Сэр, мы не имеем права никого пустить на борт наших кораблей, но это еще не означает, что никто не должен их видеть.

– Допустим, – поднял брови Ван Дурман. – Каковы ваши соображения?

– Почему бы нам не совершить торжественного парадного полета, сэр? Например, после того, как вы произнесете речь.

– Гм-м-м... – Адмирал глубоко задумался. – Я видел вас в полете. Весьма впечатляюще... хотя, как я вам уже говорил, на мой взгляд, в бою от ваших корабликов толку не будет. Впрочем, смотрятся они весьма и весьма неплохо.

– Так точно, сэр. И мои офицеры весьма искусны в атмосферной акробатике.

Ван Дурман даже улыбнулся.

– Возможно, капитан, я относился к вам слишком сурово. Мне казалось, вас не слишком заботит репутация нашего флота. Наверное, я все-таки ошибался.

– Спасибо, сэр. У меня есть и еще одна идея.

– Продолжайте.

– Если бы вы выписали нам разрешение, мы бы могли устроить в полете небольшой салют.

– Насколько мне известно, пиротехника не состоит на вооружении такшипов.

– Так точно, сэр. Однако мы могли бы разрядить некоторые из устаревших ракет, хранящихся на складе.

– Отлично, капитан! Это будет очень интересно. К тому же мы одним ударом избавимся от этих старых монстров, и никакая инспекция к нам не придерется.

Стэн догадался, что адмирал так шутит. Он послушно засмеялся.

– Очень хорошо. Просто замечательно. Я сегодня же подпишу разрешение. Знаете, капитан, мне кажется, мы начинаем думать в одном направлении.

«Боже упаси»,– промелькнуло в голове Стэна.

– И еще одно, сэр.

– Еще идея?

– Никак нет, сэр. Вопрос. Вы сказали, что весь флот будет открыт для посетителей?

– Да. Не считая двух патрульных шлюпок. Таков у меня обычай.

Стэн отдал честь, четко повернулся и вышел.

* * *

Военный совет состоял из Стэна, Алекса, Ш'аарл'т, Эстила, Стикки и Саттона. Проходил он в одной из выделенных отряду мастерских.

– Прошу рассматривать эту информацию как закрытую, – начал Стэн.

Он пересказал все, что произошло в кабинете адмирала. Его офицерам потребовалась добрая минута, чтобы переварить услышанное.

– Может, я излишне подозрителен, – между тем продолжал Стэн, – но, будь я на месте таанцев и желай я захватить Империю врасплох, мне трудно было бы выбрать для начала войны более удачный момент, чем День Империи. Каждый чертов корабль нашего мудрого адмирала будет сидеть в строю на потеху публике. Охрана сводится к двум шлюпкам и нескольким пешим патрулям.

– Неплохо придумано, – сказал Алекс. – Таанцы никогда не заботились о таких мелочах, как объявление войны.

– И если они ударят по Кавите, – заметила Ш'аарл'т, – я предпочла бы в это время находиться где угодно, только не на этом проклятом параде"

– Может, я чего-то не понимаю, капитан, – подал голос Эстил. – Но, допустим, вы правы, и мы находимся в воздухе, когда... если... на нас нападут. Что нам толку от чертового фейерверка?

Алекс с восхищением посмотрел на лейтенанта. С тех пор как Эстил поступил на военную службу, он выругался, наверное, в первый раз. Такшипы явно пошли ему на пользу.

– Тонко подмечено, лейтенант, – кивнул Стэн. – У нас будет расчудесный фейерверк – из "Гоблинов", "Фоксов" и "Кали". Ван Дурман разрешил нам ограбить арсенал. И мы воспользуемся его любезностью.

– А что, если вы ошибаетесь, – рассмеялась Тапия. – Что вы будете делать, когда Ван Дурман потребует свой салют?

– Это будет всем салютам салют, и всем нам придется менять специальность. Голосуем?

Узнай Ван Дурман о разведенной Стэном демократии, он разжаловал бы его на месте.

Килгур, естественно, был "за" руками и ногами. Как и Тапия. Стикка и Ш'аарл'т, немного подумав, тоже высказались в поддержку плана Стэна.

Эстил улыбнулся.

– Паранойя, похоже, заразна, – сказал он, поднимая руку.

– Отлично. Мистер Саттон, собирайте рабочую бригаду и прихватите с собой побольше гравитолетов.

– Есть, сэр. Между прочим, вы не будете возражать, если мои ребятишки, кстати, совсем ничего не смыслящие в арифметике, прихватят кое-какую лишнюю амуницию?

– Мистер Саттон. Я и сам не смог бы сосчитать до одиннадцати, не снимая ботинок. А теперь за работу.

Глава 42

Сэр Эку завис над самым песком, совершенно белым и кристально чистым. Чуть качнув крыльями, он приземлился возле ведущей в этот мертвый сад двери. Ему было противно.

Лорд Ферле заставил Эку ждать вот уже больше двух часов. Но нетерпение уважаемого сэра не имело ничего общего с длительностью ожидания. Сэр Эку принадлежал к расе, которая высоко ценила умение тянуть время. Только не сейчас. И не в этих условиях.

Эку полагал, что лорд Ферле бросил его в песчаном саду, чтобы продемонстрировать свое тонкое понимание искусства. Кроме терпения, манаби славились еще и своей чувствительностью к зрительным образам.

Песчаный сад представлял собой идеально круглую чашу радиусом порядка полукилометра. В нем находились десять камней, от тридцати сантиметров до пяти метров в поперечнике. Все они были разного цвета – от густо-черного до оранжеватого. Камни располагались через правильные, математически точные интервалы.

Это было самое унылое произведение искусства, с каким сэру Эку довелось столкнуться за свои сто с хвостиком лет. За два часа ожидания он так и не пришел к окончательному выводу, о чем думал лорд Ферле, создавая сей шедевр.

Размышления эти почему-то не успокаивали. Будь хоть один из камней хоть ненамного сдвинут или песок где-то не так идеально чист, сэр Эку чувствовал бы себя гораздо лучше. Сейчас же ему не оставалось ничего другого, как пытаться изменить безукоризненное совершенство сада своим собственным присутствием.

Тело сэра Эку было черным, с проблесками красного под кончиками крыльев. Его протянувшийся на три метра хвост сужался на конце, в незапамятные времена у предков сэра Эку там находилось смертоносное жало.

35
{"b":"2569","o":1}