ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Детектив о лучших мужчинах
Жажда
Медвежий угол
Доктор аннамама, у меня вопрос: как кормить ребенка?
Мираж золотых рудников
Шесть невозможных невозможностей
Подземные корабли
Магия утра. Как первый час дня определяет ваш успех
Не буди короля мертвых
Содержание  
A
A

– Совершенно верно, – сказал Гэмелен. – Он стал моим учителем, и, пока я поднимался вверх в познании и обретении силы, он поднимался со мной. Он умер не так давно. Он был счастливым человеком.

– А как же Райана? – спросила я.

– Она была потеряна для меня, – ответил он. – Наш брак был запрещен. Кроме всего прочего, как может воскреситель жениться на рыбачке?

– Вы даже не спорили? – воскликнула я. – Не боролись?

Гэмелен вздохнул.

– Но это было безнадежно. Мне было ясно сказано, что произойдет с ней, если я буду продолжать проявлять неповиновение. Я думаю, что эта потеря – одна из причин того, что я смог достичь столь многого. Я больше никогда никого не любил. Поэтому меня ничто не отвлекало от занятий, пока они не поглотили меня целиком и во мне ничего не осталось от рыбака. Только колдун…

Я сказала:

– И вот такую жизнь вы хотите предложить мне? Я счастлива быть тем, кем являюсь.

– Так ли это, Рали? – спросил он.

Я вспомнила сон об измене Трис. Поэтому я не смогла ответить «да».

– В любом случае счастье рядом, – сказал Гэмелен. – Ты должна следовать своей судьбе, или будешь страдать от последствий.

– Последствий? – взвилась я. – Это то, о чем говорил ваш лживый друг Юлоор?

Гэмелен вздохнул:

– Эта часть его слов совсем не была ложью.

– Я – солдат, – сказала я тихо. – Ничего более. – Мои слова прозвучали невнятно. Я была пьяна. И вовсе не от алкоголя.

– Ты подумаешь об этом? – спросил Гэмелен.

– Это все, что я сделаю, – сказала я. Я была полна злости и ненависти.

– Завтра мы продолжим наш разговор, – сказал Гэмелен.

Я ничего не ответила. Но я думала, что если у меня действительно есть волшебная сила, то завтра никогда не наступит.

На самом деле оно наступило, писец, но день прошел совсем не так, как представлял себе каждый из нас.

Каждый день, после полуденного наблюдения, Гэмелен отправлялся на лодке к галере адмирала, чтобы уточнить курс флота архонта. Навигационные приборы сверялись с магическими действиями Гэмелена, и таким образом устанавливались точные координаты. Сигнальные флаги объявляли курс, и каждый корабль делал необходимые поправки.

В тот день, однако, обычный порядок был нарушен. Мы с Корайс обсуждали успехи новобранцев, как вдруг с наблюдательного поста раздался крик. Я оглянулась и несколько удивилась, увидев, что визит Гэмелена к Холле Ий неожиданно сокращен и его маленькая лодка направляется к нашему кораблю. Мы с Корайс лениво подошли к перилам, чтобы посмотреть на происходящее. Казалось, что стряслось нечто необыкновенное – Гэмелен нетерпеливо показывал на наш корабль и торопил своих гребцов.

– Колдун спешит, – задумчиво произнесла Корайс. – Это редко сулит что-нибудь хорошее.

Я услышала крик Полилло и увидела в пятидесяти ярдах от носа лодки Гэмелена огромную птицу с жесткими крыльями, борющуюся с морским ящером за огромную рыбу. Гэмелен был вне опасности, поэтому я сразу заинтересовалась битвой между двумя столь невероятными противниками. Вся команда была поглощена этим зрелищем.

Ящер был в два раза больше меня, но птицу это не смущало. Она держала рыбу в тяжелом загнутом клюве и была близка к тому, чтобы взвиться вверх со своей добычей. Животные крепко держали рыбу с обоих концов и тащили ее в разные стороны.

– Ставлю на птицу один серебряный, – закричала Полилло.

Но никто не откликнулся, положение крылатого существа всем казалось более благоприятным, каждый кричал и подбадривал его. Мы с сожалением вздохнули, увидев, как птица неожиданно отпустила рыбу.

– Два серебряных против одного. – Полилло подняла ставки, а ящер, крепко зажав рыбу в пасти, отплыл назад. Меня оглушили крики желавших сыграть. Я видела по широкой усмешке Полилло, что она уверена в уме и смелости птицы. Действительно, пока ящер лежал, ошеломленный неожиданной победой, птица снова взвилась над ним и вспорола его белый живот своими крючковатыми когтями. Ящер завизжал, свернувшись в клубок, и забился в агонии. Птица тут же схватила рыбу и унеслась в небо под радостные крики одних и тяжелые вздохи поставивших против нее.

– Я сразу знала, кто победит! – радовалась Полилло, ныряя в толпу своих новых должников. – Посмотрим, что за цвет у ваших монет, друзья. Только белый металл. В моем сердце нет места для меди.

Битва внесла оживление в наши ряды, как будто мы сами в ней участвовали.

– Ну что ж, это хороший знак, если я что-нибудь в этом понимаю, – сказала Корайс.

Я хотела согласиться. Но свойственная мне осмотрительность – в некотором роде цинизм – останавливала меня. Возможно, это был действительно хороший знак. С другой стороны, если посмотреть с точки зрения морского ящера, это могло быть предостережением.

Шелест широкой мантии вернул меня обратно, и я повернулась навстречу Гэмелену, ковыляющему в нашу сторону настолько быстро, насколько позволяли его старые ноги. Он причалил к нашей галере в середине битвы и поднялся на борт с минимальной помощью или даже вовсе без нее.

– Прости… – начала я, но колдун остановил мои извинения нетерпеливым жестом.

– Флот архонта встал, – сказал он.

Я вытаращила глаза и издала обычный для привыкшего к рутине и забывшего о своей профессии офицера глупый; звук, выражавший изумление.

– Я не знаю, как долго они будут стоять и в чем причина, – сказал Гэмелен, – но все говорит о том, что он затаился или попал в штиль.

– Может быть, он где-то запасается водой и провиантом, – рискнула предположить я. – У них было мало времени для подготовки к бегству.

Гэмелен кивнул, его борода ощетинилась, а желтые глаза вращались, как два солнца.

– То же предполагаем и мы с адмиралом, – сказал он. Он развернул небольшую грубую морскую карту, никогда не виденную мной прежде.

– Капитан Фокас нашел ее среди других карт. Она показывает, что лежит за пределами обычной карты, хотя капитан сказал, что сомневается в ее правдивости, так как он приобрел ее в винном погребке, а не в специальной лавке.

Мы с Корайс склонились над картой. Гэмелен ткнул пальцем в маленькую группу островов у самой западной точки карты.

– Вот здесь его флот должен находиться сейчас. Есть там провизия или нет, никто не знает. Холла Ий говорит, что еще неизвестно, существуют ли сами острова.

Я увидела маленький символ рядом с островами, предупреждающий, что составлявший карту полагался на слухи, а не на факты. Тем не менее у меня застучало в висках.

– Если острова не существуют, что же еще смогло заставить флот остановиться посреди океана?

Колдун радостно покручивал бороду.

– В самом деле, что же еще? – спросил он.

Корайс рассмеялась.

– Если опять увижу спешащего колдуна, больше не буду предрекать беду.

– Не дразни богов, – предупредила я, шутя лишь отчасти. – Прежде всего мы должны настичь его, а затем сразиться с ним.

Полилло, подошедшая сзади, вмешалась в разговор.

– Я слышала, кто-то сказал «сразиться»? Или мне показалось?

– Нет, мой друг, – ответила я. – Тебе не показалось. И в конце концов тебе придется сражаться.

– Хорошо, – ответила она. – А то мне уже стало казаться, что я попала в компанию трусов. Мой топор уже жаждет крови.

Сражение произошло не так уж скоро. Как я и предупреждала Корайс, сначала нам нужно было настичь архонта. Гребцы работали изо всех сил, вокруг нашего флота звучала постоянная барабанная дробь, весла мелькали так часто, что были едва видны. Флотилия скользила по морю с огромной скоростью, казалось, вода сама несла нас. Мы плыли так в течение двух дней, затем, после нескольких часов отдыха, еще два дня.

Напряжение было столь высоким, что никто не заметил, как мы вошли в не обозначенные на картах моря.

На пятый день мы увидели противника.

Глава седьмая

МОРЕ В ОГНЕ

Как мы ни выкладывались до этого, теперь мы работали еще сильнее, и через два часа убегающий флот ликантианцев появился на горизонте. Мне даже казалось, что я могу различить паруса отдельных кораблей. Люди столпились на палубе – я, Корайс, Полилло, а также капитан Страйкер и Гэмелен. Вскоре прибыл и Холла Ий на совещание. Воздух наполнился волнением и напряженностью.

26
{"b":"2570","o":1}