ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– О нет, – сказал Гэмелен, – я думаю именно так. Если тебе кажется что-то другое, то ты ошибаешься.

Я промолчала. Наконец он вздохнул:

– Что ж, в минуты слабости, особенно с тех пор, как я потерял свою силу, я ненавижу Яноша Серого Плаща за то, что он сделал для всех. Но это только зависть. Когда я был молод и отказывался от жизни, для которой был рожден, и женщины, которую любил, я думал, что таким образом предназначение будет достигнуто, но этого не произошло. Для меня было определено, что я должен стать самым великим воскресителем в истории Ориссы.

– Ты уже им стал, – сказала я.

– Да, – ответил он. – После Яноша Серого Плаща. Но расстояние между его достижениями и моими такое же огромное, как водная пустыня, в которой мы сейчас пребываем. Я – несмышленое дитя по сравнению с Яношем.

– Перестаньте, – сказала я. – Всем известна ваша сила. Без вас мы никогда бы не победили архонтов.

– Даже если бы это было правдой, – сказал он, – все равно это не имеет значения. Видишь ли, до Серого Плаща мы практиковали магию такой, какой она была с первого дня, когда еще огонь был новостью. Случайно удавшись, заклинания запоминались и передавались из поколения в поколение. Когда была изобретена письменность, они стали записываться в книги, как вот эта. Никто никогда не задавался вопросом «почему это работает?». Мы считали, что результаты получаются из-за вмешательства богов, и это считалось достаточным ответом. Знание не может появиться там, где нет вопросов. Теперь я это знаю. Но прежде не знал. Все, что делалось тогда, было модификациями старых трюков. Сила ограничивалась врожденными способностями, которые у меня были очень большими – по крайней мере, больше, чем у кого-либо другого, кого я знал.

– А что вы скажете о колдунах из Ирайи? – спросила я. – Магия Далеких Королевств, как всем известно, значительно превосходит нашу. Они ушли далеко вперед безо всякого вмешательства Яноша Серого Плаща.

Гэмелен фыркнул от смеха.

– Только потому, что они нашли древние свитки. То, в чем они нас превосходят, – не результат их огромной мудрости. Просто эти трюки были потеряны нами.

– Я бы не стала называть просто трюком превращение дешевого металла в золото, – сказала я. – А они это умеют, в Далеких Королевствах.

Волшебник с силой дернул свою бороду.

– Если следовать Серому Плащу или, по крайней мере, фантазиям твоего брата, с которыми он вернулся, это такой же трюк, как столь трудно тебе дающееся вытягивание нити. Если знать правило, по которому можно сделать что-то одно, ты сможешь так же легко сделать другое. Янош утверждал, что во всем одна и та же естественная сила. И это не боги контролируют магию, а нечто иное, что присутствует в повседневной жизни… тепло от огня, течение воды, то, из чего состоит золото – частицы, как он их называл. То же самое и заговаривание бородавки, и заклинания, вызывающие или прекращающие дождь.

– Я не понимаю, – сказала я.

– Потом поймешь, – ответил Гэмелен. – Чем больше я буду учить тебя, тем больше ты будешь понимать.

– Тогда почему вы завидуете? – спросила я. – Мне кажется, вы говорили, что Серый Плащ научил всех свободно думать, а не просто механически запоминать. И с этой свободой можно очень много сделать даже такого, о чем он и мечтать не мог.

– Все правильно, – сказал Гэмелен. – Но подумай: начинающий маг, юный бунтарь, в какой-то момент мельком уловил то, что Серый Плащ видел отчетливо. Но затем ему показалось, что он дурак, раз может так думать. Как он мог знать больше своих учителей? Или воскресители исчерпали свою мудрость?

– Вы хотите сказать, что узнали те же тайны, что и Серый Плащ? – спросила я.

– Нет. Даже я не столь тщеславен. Гений такой величины, каким был Янош, приходит один раз за столетия. Тем не менее эта мысль преследует меня, и мне часто кажется, что так и было.

– Впереди много других открытий, – сказала я. – Даже самые восторженные поклонники Серого Плаща говорят, что то, что он нам поведал, – это только начало.

– Да, – сказал Гэмелен. – Но это заставляет меня завидовать еще сильнее. Все открытия будут делаться молодыми, не обремененными старыми взглядами. А я слишком стар, Рали. А теперь еще и слеп. И что хуже всего для такого старика, как я, – когда Янош преподносил свой дар, он отнял у меня богов. Так как это основа его учения. Боги, даже если они существуют, ограничены теми же законами, что и попрошайка у двери какого-либо затрапезного трактира.

Пораженная, я сказала:

– Что вы имеете в виду под этим «если боги существуют»? Вы в этом сомневаетесь?

Маг пожал плечами.

– Они слишком часто являлись в нашей истории, чтобы сомневаться в них, – сказал он. – И не только глупцам и лгунам, но мужчинам и женщинам, в словах которых невозможно усомниться. Однако то, что предполагает Серый Плащ, тоже правда. Они не боги, по крайней мере не то, что мы подразумеваем под этим словом, предполагающим поклонение и культ.

Я дико озиралась вокруг, ища место, чтобы спрятаться от удара молнии, так же, как ты сейчас, писец. Но ничего не случилось. Я взяла себя в руки.

– Если они – не боги, – сказала я, – тогда где же цель? Чьей волей, по какому плану мы живем?

И вот что ответил волшебник:

– Если верить Серому Плащу, то цели нет. Наша воля – это наша воля. И плана тоже нет, только то, что мы составляем сами для своей жизни.

– А что в отношении хорошего и дурного? – пробормотала я.

– Тут нет никакой разницы, – сказал Гэмелен.

– Тогда какая от всего этого польза? Может быть, просто отказаться от этого, и все?

– Ты хотела бы этого? – спросил Гэмелен. – Серый Плащ считал, что не имеет значения, какую дорогу выбрать.

Но для моих стражниц это имеет значение, подумала я. Это имеет значение даже для скользкого Холлы Ий и его пиратов. Что самое важное – это имеет значение для меня.

Я встряхнула головой. Затем, помня о том, что он не мог видеть, я громко сказала:

– Нет. И будь проклят этот Янош Серый Плащ.

Гэмелен зло рассмеялся:

– Вполне возможно, он уже… если был не прав.

Он поднял палку и ударил ею по палубе.

– А теперь быстро за работу, женщина. Если бы ты так же ленилась в фехтовании, как в обычном вытягивании нити, твоя голова давно бы болталась на какой-нибудь пике!

Прошло несколько недель, прежде чем мы были готовы. Конечно, у нас было очень мало времени, но настроения в нашем флоте день ото дня становились все мрачней и безнадежней, и мы не могли больше ждать, так как мог наступить момент, когда было бы уже поздно. Гэмелен заставлял меня ежедневно упражняться в бросании костей. Я описывала их расположение, а он объяснял мне, что оно предвещает. Чаще всего они ложились таким образом, что ничего не обозначали, но намекали нам, что следует продолжать. Вся эта процедура представлялась унизительно неясной.

– Вам-то хорошо, – говорила я Гэмелену. – Вы – воскреситель. Вы даже выглядите как воскреситель. Благообразный, седобородый, просто воплощение мудрости. Никому и в голову не придет, что вы занимаетесь глупостями, когда бросаете горсть каких-то старых, дурно пахнущих костей на палубу, затем встаете на колени перед совершенно недостойным предметом, уставившись на него, бормоча что-то непонятное и тряся бородой. Но ведь я выгляжу как… Черт, будь оно все проклято! Не особенно мудрая, абсолютно не благообразная, и я проверяла, у меня на теле есть только одно место с волосами, но и та борода очень короткая.

– Если ты хочешь сказать, что женщине недостает правильной манеры держаться, чтобы быть воскресителем, – сказал Гэмелен, – тогда, пожалуй, лучше все бросить.

– Я этого не говорила!

– Но я это слышал. А теперь я думаю, что все это и в самом деле глупость. Возможно, женоненавистники и правы. Возможно, справедливо мнение, что у твоего пола нет достаточной силы интеллекта, и я могу добавить… без бороды, ты, вероятно…

– Дайте мне эти чертовы кости, – прошипела я. Я вырвала их из его руки и бросила. – Я продолжаю думать, что это глупо. Следуя тому, что вы наговорили про Серого Плаща и его законы магии, бросание костей не имеет никакого смысла. Как можно предсказать будущее, если нет никакого богом уготованного плана? На самом деле все это упражнение на…

42
{"b":"2570","o":1}