ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Очевидно, Сарзана заметил мое удивление и с улыбкой сказал:

– Когда человек владеет всем миром, а потом теряет его, он начинает понимать, что имеет цену, а что – нет. Путешествовать надо налегке.

В ночь перед отплытием Гэмелен спросил Сарзану, собирается ли тот выполнить свое обещание и освободить слуг. Мне показалось, что я увидела тень гнева на лице Сарзаны, но тут же поняла, что ошиблась. Сарзана улыбнулся и сказал:

– Завтра. С корабля.

Так и случилось. Стоящие на якоре корабли качались от легкой зыби. Сарзана попросил, чтобы фордек нашей галеры предоставили ему, что и было сделано. Он поставил восемь факелов в форме восьмиугольника. Встав в центре фигуры, он сложил руки лодочкой, словно нес тяжелый шар в ладонях, однако там ничего не было. Он начал читать заклинание, но я не понимала слов. Позже я спросила всех, включая Гэмелена, но никто не смог понять, что говорил Сарзана.

У меня перехватило дыхание, когда я увидела поток, захлестнувший улицы деревни. Они спускались с плато. Сначала я подумала, что это – убитые жители, но потом поняла, что вижу полулюдей. Никто из нас не задумывался, сколько их было создано, хотя знали, что много – они были повсюду, где требовалась рабочая сила. Я до сих пор не знаю, сколько их было. Корайс говорит, что около пятисот, Полилло думает – больше, Исмет – меньше. Большинство из них все еще были одеты в странные наряды, которые дал им Сарзана.

Сарзана продолжал читать заклинание, его руки раздвигались, словно то, что было в его ладонях, росло. Он закричал, факелы вспыхнули разноцветными огнями. Над нами кружились ястребы, орлы и другие птицы, спокойное до того море забурлило, из воды выпрыгивали дельфины и рыбы. Сарзана бросил свой невидимый предмет – дар свободы – вперед и вверх, и факелы погасли без единой струйки дыма. Стаи птиц рассеялись, море успокоилось.

А в деревне полулюди с яростью срывали с себя одежду, пока не остались голыми, если так можно сказать про животных.

Подняло, стоявшая рядом со мной, прошептала:

– Кажется, слуги Сарзаны не были такими счастливыми добровольцами, какими мы их считали. Или они чересчур неблагодарны.

Корайс усмехнулась:

– Похоже на демобилизацию после войны.

Мне надо было бы сделать им замечание, но я промолчала. Я вспомнила, что Сарзана использовал магию, чтобы «немного повлиять» на них, и говорил нам, что эти создания были ему очень благодарны.

Но ни зверь, ни человек не могут быть благодарны за цепи, какими бы золотыми они ни были.

Ветер был попутный, поэтому мы шли только под парусами. Наши корабли закачались на крутых океанских волнах, отвешивая поклоны морским богам. Я вдохнула соленый морской воздух. Скоро случилось нечто удивительное – поперек нашего курса проплыла стая лебедей.

– Это добрый знак, – услышала я слова матроса. – Путешествие должно закончиться хорошо, и все мы вернемся домой.

Я машинально скрестила пальцы на счастье, и темные подозрения, появившиеся за последние дни, исчезли.

Мы плыли с попутным ветром при отличной погоде две недели, держа курс зюйд-зюйд-вест. Путешествие было приятным, все, отдохнув на твердой земле, были бодры и рвались работать – и матросы и стражницы.

На пятнадцатый день после отплытия с Тристана мы заметили первые признаки земли. Крик впередсмотрящего раздался, когда я закончила обед и обучала наших молодых солдат, как натягивать тетиву на арбалеты. Мы все бросились к борту, чтобы увидеть землю. Я еще раньше предупредила всех стражниц о том, что Сарзана говорил Гэмелену: мы плыли мимо враждебных островов и должны быть готовы ко всему.

Остров приближался. Из-за тумана мы заметили его довольно поздно. Сарзана уже стоял на капитанском мостике со Страйкером. Я присоединилась к ним.

– Это один из тех трех островов, – сказал он мне. – Не скажу, какой именно из них, но это не имеет значения. На каждом находятся силы врагов, а жители там злобны от природы. Наш курс остается без изменений.

Потом он сказал:

– Капитан Страйкер, не просигналите ли вы остальным? кораблям, чтобы они подплыли ближе?

Были подняты флаги, и галеры подошли к нашему судну, чтобы выслушать слова Сарзаны. Его голос, усиленный магией, не давал громоподобного эха, как обычно происходит от чар такого рода. Звук был спокойный, мягкий и… личный, как будто он стоял рядом с каждым из нас. Он приказал поднять все паруса и молиться, чтобы нас не заметили.

Я пошла на корму и смотрела, как гористый остров исчезает за горизонтом. Он действительно выглядел зловеще.

Три последующих дня мы плыли так, словно за нами кто-то гнался. Сарзана наколдовал нам попутный ветер, но побоялся – по словам Страйкера – прикрыть наше бегство сзади бурями и штормовыми ветрами, чтобы волшебники врагов не почувствовали присутствие Сарзаны.

Манеры Сарзаны изменились. Теперь он большую часть времени проводил в каюте, выделенной ему Страйкером, а когда появлялся на палубе, всем своим видом показывал, что компания ему нужна разве что в особых случаях.

Острова, появлялись и исчезали на горизонте. Некоторые были большие и гористые, как первый. Другие состояли только из голых скал, о которые разбивались волны. Некоторые были покрыты изумрудной зеленью, и мы видели ночью огни деревень. Я думала, что нас в любой момент могут обнаружить, но этого так и не произошло.

Я решила развлечься, изучая записи, сделанные со слов Гэмелена, когда он учил меня магии. Но едва я пыталась сконцентрироваться на чем-нибудь волшебном, как мое внимание моментально пропадало, я начинала зевать и мне становилось скучно. Если мы с Гэмеленом пытались продолжать уроки, либо со мной, либо с ним происходило нечто подобное.

Я стала заниматься упражнениями и гоняла своих стражниц, чтобы те не обленились. Я приказала сержантам с других кораблей ввести такой же режим тренировок. Трудно было избавиться от монотонности упражнений, но я придумала, как это сделать. С помощью других стражниц я привязала веревку с узлами к рее фок-мачты, чтобы залезать по ней с палубы. Оказавшись на рее, нужно было спускаться на руках по другой веревке, к которой через каждые два фута были привязаны петли. Стоило пять раз залезть на мачту и спуститься, как руки начинали так болеть, что хандра сразу забывалась.

В тот день я во второй раз вскарабкалась на мачту и, тяжело дыша, смотрела вниз на матросов на палубе. У них был гарпун и бухта каната, они пытались забить рыбу, их косяки часто проплывали у поверхности воды мимо борта нашего корабля.

Сарзана, который в тот момент тоже был на палубе, заинтересовался и подошел к ним ближе.

Между прочим, я заметила, что матросы не очень жалуют сухопутных людей, особенно если те занимают важный пост.

Один из матросов помахал пальцами у виска – это было что-то вроде отдания чести – и сказал:

– Мы тут рыбу ловим, а эти твари почему-то не хотят к нам на обед. Может быть, вы, господин, побормочете что-нибудь, чтоб они лучше ловились?

Сарзана холодно посмотрел на моряка и сказал:

– У меня нет времени на такую ерунду. И у тебя тоже.

Потом он повернулся и зашагал прочь.

Матросы смотрели ему вслед. Тот, который говорил с ним, сплюнул за борт.

– Ну, разве я не говорил вам, ребята? Колдун-то дерьмовый!

Его товарищ поддакнул:

– Небось старикан позабыл все заклинания. Или не знал никогда. Хвастается-то он много.

Они заметили меня и замолчали. Я не сделала им замечания. Каждый, кто говорит, что служит благу народа, должен найти несколько минут для помощи простым людям.

Через два дня случились еще более странные вещи, хотя тогда я не придала им значения. Я стояла у борта и размышляла о том, как наш кок сумел из соленой трески, креветок и сушеных овощей приготовить что-то почти съедобное. Я услышала шаги, повернулась и увидела, что на мостик поднимается Сарзана. Человек за штурвалом не обратил на него внимания, устремив глаза на звезду, на которую он должен был держать курс.

67
{"b":"2570","o":1}