ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Книга звука. Научная одиссея в страну акустических чудес
Взлом маркетинга. Наука о том, почему мы покупаем
ПП для ТП 2.0. Правильное питание для твоего преображения
Аутентичность: Как быть собой
Дыхание по методу Бутейко. Уникальная дыхательная гимнастика от 118 болезней!
Мечтать не вредно. Как получить то, чего действительно хочешь
Альдов выбор
За гранью слов. О чем думают и что чувствуют животные
Величие мастера
A
A

Услышав чьи-то шаги, я положил руку на рукоять меча. Из темноты выступили две фигуры – старик и девушка из группы беженцев, которых мы недавно встретили на дороге.

Внезапно рядом со мной оказались Биканер и Тенедос, державшие свое оружие наготове.

– Добрый вечер, – поздоровался старик. – Хотя я сомневаюсь, что боги будут добры к нам. Мы видели, как вы свернули в сторону. Можем ли мы, во имя милосердных Ирису и Джакини, попросить вас о небольшой услуге?

Девушка вышла вперед.

– Мы единственные из деревни Обех, кому удалось выжить, – сказала она. – Все наши мужчины либо убиты, либо угнаны в рабство этим псом, Шамиссо Ферганой. Наша деревня сожжена дотла, все ценное разграблено. Многие из нас подверглись пыткам, а наш скот перебит ради развлечения.

Нам сказали, что нам дарована жизнь лишь благодаря милости Шамиссо Ферганы, но это временный дар. Лучше не испытывать его терпение и бежать куда глаза глядят.

Теперь у нас нет ничего, кроме дороги и страха.

Мы просим вас сжалиться над нами. Можем ли мы идти вместе с вашим отрядом? Я вижу, что вы добрые люди, и с вами мы будем в безопасности, пока не доберемся до какого-нибудь поселения.

– Мне очень жаль, – сказал я. – Но мы дали обет, и должны ехать быстро и налегке.

Видно было, что девушка расстроилась.

– Но можем ли мы хотя бы остаться с вами на эту ночь? – спросила она после небольшой паузы. – Одна спокойная ночь, хотя бы для детей, – это будет для нас словно дыхание новой жизни.

Я собрался было снова ответить отказом, но задумался, а потом повернулся к Тенедосу. Он жестом отозвал меня в сторону.

– Кажется, ты думаешь о том же, что и я, – сказал он. – Эти несчастные могут обеспечить нам превосходное прикрытие на одну ночь. Если Иршад вышлет своих магических соглядатаев, то мы покажемся им обычной группой деревенских беженцев, с женщинами, стариками и детьми.

Именно такая мысль посетила и меня минуту назад. Я кивнул, ощущая невольное облегчение. У меня было скверно на душе после того, как нам пришлось проехать мимо этих несчастных людей, швырнув им под ноги пару медяков; ведь одна из обязанностей солдата – защищать беззащитных.

Биканер тоже кивнул.

– Да, сэр, – сказал он. – Это хорошая идея. Да и не по душе мне думать о том, что бедняки будут скитаться по дорогам, не имея возможности отбиться от любого бандита.

Мы приняли решение. Девушка, которую звали Паликао, со слезами на глазах поблагодарила нас.

– Вы необычайно великодушны, – сказал старик, которого звали Джайсом. – Мы получили от вас два великих дара. Во-первых, эту ночь, когда все смогут спокойно уснуть, а во-вторых, вы напомнили нам о том, что в мире существует милосердие, и не каждый желает причинить зло беспомощным людям.

Он что-то крикнул, и из темноты показались беженцы. Мы все же были не совсем безрассудны в своем доверии к ним: я позвал своих людей, и мы обыскали каждого из новоприбывших на наличие оружия. За исключением нескольких маленьких ножей, используемых для хозяйственных нужд и приготовления пищи, ничего обнаружено не было.

Говорят, никто не может превзойти солдата в жестокости, но тот же солдат может быть самым щедрым человеком на свете. Так было и с моими людьми. Они позаботились о несчастных: устроили им лежанки из соломы, успокаивали плачущих младенцев и пытались вызвать улыбки на лицах детей. Но те уже успели повидать слишком много ужасов, и даже самая лучшая шутка или смешная гримаса удостаивались лишь серьезного взгляда исподлобья. Поскольку еды у нас было более чем достаточно, мы с радостью поделились тем, что имели.

В нашей хижине, кроме меня, расположились Тенедос, Йонг, Карьян и двое других разведчиков. Мы приютили у себя шестерых беженцев, включая Джайса и Паликао.

Разразилась гроза, но в наших хижинах было почти уютно, если не обращать внимания на блох, вонь от застарелого навоза и запах немытых тел. Впрочем, все это не беспокоило тех, кто привык к походной жизни.

Мы не были похожи на черепах, спрятавшихся в своем панцире. Часовые обходили лагерь парами, постоянно меняя маршрут движения вокруг маленького холма. Я ежечасно проверял охрану и остался доволен ее надежностью, хотя это меня не удивило. Мы углубились на вражескую территорию, и малочисленность нашего отряда служила достаточным основанием для того, чтобы постоянно быть наготове.

Тенедос сидел по другую сторону очага, слушая печальный рассказ Джайса и пытаясь выудить из воспоминаний старика полезную информацию, которая могла бы пригодиться, когда мы встретимся с Шамиссо Ферганой. Я лежал на кошме и рассеянно ловил обрывки разговора. Паликао сидела не более чем в двух футах от меня. К своему немалому удивлению, я обнаружил, что от нее хорошо пахнет, в отличие от остальных. Интересно, чем она пользуется вместо духов? Внезапно Паликао со вздохом отвернулась от очага.

– Я больше не могу слушать, – прошептала она. – Слишком больно вспоминать о нашей деревне. Всего этого больше нет.

Ее плечи поникли, и мне страстно захотелось утешить ее.

– Наверное, таким людям, как вы, у нас было бы скучно, – продолжала она. – Но я была счастлива. Я была обручена, и мы с будущим мужем дважды разделили ложе по нашему обычаю, чтобы скрепить союз. Потом, за неделю до того, как к нам нагрянули бандиты Шамиссо Ферганы, он заявил о своем желании стать солдатом. Я плакала и умоляла, но он все равно бросил меня, обещав вернуться через два месяца с богатой добычей. Но богатство меня не интересовало. Мне нужен был только он сам.

В ее взгляде, устремленном на меня, не было и тени смущения.

– Он не должен был уходить, – ее голос понизился почти до шепота. – Ведь нам было так... хорошо вдвоем.

Я ощутил приятное покалывание в чреслах.

– Очень трудно спать на холоде и в сырости, – продолжала Паликао. Протянув руку, она провела пальцем по скатке моего одеяла. – А здесь у вас очень тепло.

Улыбнувшись, она потянулась всем телом. При этом ее мешковатое платье загадочным образом приподнялось, и я увидел гладкую голую ногу и кусочек сокровенной темноты над внутренней частью бедра.

Ее кожа была чистой, а на правой лодыжке она носила тонкий золотой браслет.

Меня затрясло от похоти. Я чуть было не набросился на Паликао, но усилием воли заставил себя успокоиться и подождать до тех пор, пока не погаснет огонь в очаге. Йонг и Карьян уже храпели; скоро заснут и остальные. Я предвкушал невиданные удовольствия.

Взглянув на Тенедоса, я заметил, что он смотрит куда-то широко открытыми глазами. Это ненадолго отрезвило меня, и я покосился в ту же сторону.

Маленький заплечный мешок Джайса лежал между стариком и Тенедосом. Мешок упал на бок, раскрылся и из него стали видны витки длинного шелкового шнура, тускло отсвечивающего желтизной при пламени очага.

Товиети!

Проклятье! Чары развеялись, и мой «петушок» поник, словно никогда и не поддавался на предательское искушение отведать теплого естества Паликао. В тот же миг я осознал всю глубину нашей глупости, заставившей нас пустить к себе незнакомых людей, какими бы беспомощными и невинными они не казались. Я искоса взглянул на Паликао, опасаясь, что она почувствовала перемену в моем настроении, но она мечтательно смотрела на огонь. Ее босая нога, словно невзначай, вытянулась и погладила мою штанину.

Черт побери! А что, если они уже напали на солдат в других хижинах, и мои люди в эту минуту корчатся в предсмертных судорогах, а наша миссия потерпела крах, даже толком не начавшись? Обман, с помощью которого нас заманили в ловушку, удался на славу: мой пояс с мечом валялся у входа в хижину, рядом с оружием Тенедоса.

Провидец понял, что я тоже заметил шнур-удавку. Он нахмурился, о чем-то размышляя, затем его рука скользнула вбок и прикоснулась к одному из длинных кожаных ремешков, которыми мы связывали свои спальные принадлежности. Он со значением взглянул на меня: «Сделай же что-нибудь!»

Я неожиданно сел и зашелся в припадке сильного кашля. Джайс и Паликао изображали сочувствие, а Тенедос воспользовался моей уловкой – он отклонился в сторону и быстрым движением прикоснулся кончиком кожаного ремешка к шелковой удавке. Его губы зашевелились; он пропустил ремешок через пальцы, сворачивая сложную петлю.

35
{"b":"2574","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Вторая жизнь Уве
Женщины непреклонного возраста и др. беспринцЫпные рассказы
Перстень отравителя
Дневник слабака. Предпраздничная лихорадка
Мужчина мечты. Как массовая культура создавала образ идеального мужчины
Михаил Задорнов. Шеф, гуру, незвезда…
Assassin's Creed. Преисподняя
Ведьмы. Запретная магия
Мой учитель Лис