ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Пуришкевич после убийства Распутина, воспользовавшись перерывом в думских заседаниях, благополучно уехал в действующую армию с медицинским поездом. Потом грянул Февраль, затем и Октябрь. Ярый монархист, антисемит, один из создателей «Чёрной сотни» скрывался от большевиков под фамилией Евреинов (! ), но был арестован. Вот тут и происходит развилочка:

— Монархист Маклаков предлагал навести жёсткий порядок, пытался спасти страну и монархию, а значит, англичанам мешал — и его под конвоем везут в Москву. Там в первый же день «красного террора» его казнят.

— Монархист Пуришкевич убивал Распутина и англичанам помогал — его отпускают на свободу.

Допрашивался Владимир Митрофанович Пуришкевич лично Дзержинским, а приговор получил от Советской власти смешной — всего четыре года принудительных работ! Хотя не много, ни мало, а участвовал в реальном антибольшевистском заговоре сразу после октябрьского переворота. И поставить бы на этом точку, но, увы, не получается. Чудеса постоянно происходят в судьбе людей, вольно или невольно, помогавших английской разведке губить Российскую империю! Даже маленький срок Пуришкевич не отсидел: справедливый пролетарский суд отпускает его на свободу через четыре месяца! Формулировка просто удивительная: «освобождён, в связи с болезнью сына»! Кто говорит о зверствах большевиков? Вот вам пример их истинного гуманизма! Разве можно расстрелять ярого монархиста, если у него дома болеет сын! Стыдитесь. Такого человека даже в тюрьме держать нельзя — вот Пуришкевича и отпускают не через четыре года, а через четыре месяца. Позднее он умрёт от тифа в Новороссийске.

Великий князь Дмитрий Павлович отделался лёгким испугом. Сначала его по приказу императрицы посадили под домашний арест. Сам Николай II, как бы вновь отвечая своим неугомонным родственникам, написал: «Отменить домашний арест Дмитрию не могу до окончания следствия. Молю Бога, чтобы Дмитрий вышел из этой истории, куда завлекла его горячность, чист». Тогда же в декабре семнадцатого Великий князь был отправлен «в ссылку» в отряд генерала Баратова, действовавший в Персии совместно с британскими войсками. Снова линия судьбы молодого Романова пересекается с английской линией! После Октября, Великий князь Романов (случай небывалый для Династии), перейдёт на британскую службу! Потом он оставил её, жил в Лондоне и Париже.В 1926-м году Дмитрий Павлович женился на перешедшей в православие богатой американке Эмери. После чего он и его сестра Мария Павловна уехали в США, где Великий князь занимался торговлей вином, а Великая княгиня служила консультантом в фирме модной одежды «Бергдорф и Гудман».

Феликс Феликсович Юсупов тоже не пострадал от вызванной им революции. Николай II до окончания следствия сослал его в родовое имение. Наступает Февраль — Юсупов становится героем. В Октябре ему приходится значительно хуже. Забрав из своего дома несколько полотен Рембрандта и ряд фамильных драгоценностей, он спешно выезжает в своё поместье. До 1919 года Феликс с семьёй прожил в Крыму, а в апреле 1919 года вместе с оставшимися в живых членами династии уплыл на английском корабле за границу. Так и выходит, что все убийцы Распутина от новой большевистской власти не пострадали. Совершенно случайно, разумеется…

Эта книга не об убийстве Распутина. Она о виртуозной операции «союзников», разрушивших Российскую империю. Большевикам, стремительно взлетевшим на Олимп русской власти при помощи британской и французской разведки, пришло время отдавать долги. Заключать Брестский мир.

Глава 2. Кому был выгоден Брестский мир.

Некоторые определённо, как дети, думают: подписал договор, значит, продался сатане, пошёл в ад. Это просто смешно, когда военная история говорит яснее ясного, что подписание договора при поражении есть средство собирания сил.

Из речи В.И. Ленина на VII (экстренном) съезде большевистской партии

Теперь задним числом, я могу утверждать, что наше поражение явно началось с русской революции.

Генерал Э. Людендорф

Самым сложным было не торопиться. Делать то, что он давно задумал и решил. Делать это чинно, с расстановкой. Солидно и уверенно войти в историю. Ведь момент без сомнения был исторический, такого её анналы ещё не знали. Никто до него такого не делал, не пытался и даже не додумался столь красиво разрешить множество задач одновременно, не предложив никакого решения вообще!

Троцкий обвёл присутствующих взглядом, набрал побольше воздуха, и начал читать. О чень хотелось произнести все разом, одним махом, не давая никому опомниться. Он начал удачно, быстро поймав нужную тональность и всем своим нутром чувствуя правильность выбранной формы. Сказал о солдате-пахаре, который должен вернуться к своей пашне, о солдате-рабочем, которого ждёт его мастерская. И потом, не переводя дыхание, сразу перешёл к главному:

— Именем СНК Правительство РСФСР настоящим доводит до сведения правительств народов воюющих с нами союзных и нейтральных стран, что, отказываясь от подписания аннексионистского договора, Россия, со своей стороны, объявляет состояние войны с Германией, Австро-Венгрией, Турцией и Болгарией прекращённым.

Вот она бомба! Самообладанию дипломатов учат с самых азов постижения их многотрудной профессии. Потом они оттачивают их в многочисленных словесных баталиях, достигая полнейшего контроля над своей мимикой. Здесь в Бресте были лучшие из лучших.

— Российским войскам одновременно отдаётся приказ о полной демобилизации по всему фронту — выдохнул Троцкий и моментально перевёл взгляд на глав немецкой и австрийской делегации. Рихард фон Кюльман тупо уставился на него, и на его холёном лице, так и читалась просьба ещё раз повторить все сказанное. Министр иностранных дел Австро-Венгрии граф Оттокар фон Чернин вообще на мгновение потерял самообладание и стал нервно теребить воротник.

Все — бомба взорвана. Пусть они теперь разбираются в хитросплетениях сложившейся ситуации, ломают себе головы. Наша задача затягивать все до крайней меры, тянуть резину и никакого договора не подписывать. Устроить настоящую политическую демонстрацию, переложить всю ответственность на немцев.

Войну прекращаем, армию демобилизуем, но мира не подписываем — вот секрет успеха. До сих пор так не делал никто. Так ведь никому и не надо было одновременно успокоить население своей страны, возбудить рабочих Германии и Австрии, оттянуть подписание договора с немцами и показать свою сговорчивость и покладистость перед ДРУГОЙ стороной.

Придумка и вправду была гениальной. Немцы проигрывали при любом раскладе. Именно это Ленин ухватил сразу.

— Было бы так хорошо, что лучше не надо, — сказал он, задумчиво глядя в сторону, — если бы генерал Гофман оказался не в силах двинуть свои войска против нас.

— Тогда мы одержали гигантскую победу с необозримыми последствиями — развивал свою мысль Троцкий — Если же удар против нас ещё окажется для Гогенцоллерна возможным, мы всегда успеем капитулировать достаточно рано.

— Интересно, чертовски интересно — прищурился Ильич, что всегда означало у него мощный мыслительный процесс — Ну, хорошо, допустим, что мы отказались подписать мир, а немцы после этого переходят в наступление, ч то вы тогда делаете?

— Подписываем мир под штыками. Пусть покажутся миру во всей своей красе.

— А вы не поддержите тогда лозунг революционной войны? — снова прищурился Ильич.

— Ни в каком случае.

— При такой постановке опыт может оказаться не столь уж опасным. Мы рискуем потерять Эстонию или Латвию.

Ленин шагнул в сторону, на секунду задумался и прибавил с лукавым смешком:

15
{"b":"25744","o":1}