ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Глава 8. Почему генерал Деникина не взял Москву.

Добровольческая армия… интеллигентская, офицерская… рядом со знаменем «единой и неделимой» воздвигла алтарь непоколебимой верности союзникам, во что бы то ни стало. Эта верность союзникам погубила императора Николая II, она же погубила и Деникина с его Добровольческой армией.

П.Н. Краснов

Отходит Дроздовская дивизия. Казалось до Москвы рукой подать, ещё одно усилие и падёт красная столица, и снова станет златоглавым русским городом. Встретит она своих избавителей колокольным звоном, хлебом солью. И слезами! Горькими, солёными слезами тех, кто потерял в чекистских застенках близких и друзей, кто ежечасно рисковал попасть в заложники, кто жил в беспробудном ужасе долгие месяцы. И всё это уже было. Был Харьков, был Курск, когда обезумевшие от счастья горожане забросали дроздовцев цветами, а девушки и женщины целовали и обнимали измученных бойцов. И усталость уходила. Что стоили все их лишения, по сравнению с этим счастьем видеть простые русские лица, озарённые надеждой и радостью.

Полковник Туркул слегка пришпорил коня. В Харькове к его пыльному сапогу губами припала какая-то пожилая дама и целовала, целовала его в исступлении, пока солдаты буквально силой не оторвали её. Где теперь она? Сдан Харьков, оставлен Курск, Севск, Дмитриев, Льгов. Оставлено все. Отходящая дивизия взрывает за собой мосты, водокачки, бронепоезда. Надо хоть немного оторваться от наседающих красных, иначе грозит полное окружение.

Но не страшно на душе, а больно. Никак не понять полковнику, его офицерам и стрелкам-дроздам в малиновых фуражках, почему начался такой откат. Почему они пошли назад?

— Слушай мою команду — звучит голос командира — Егерский марш!

Посреди полка выстроился полковой оркестр. Грянул марш. Его слышат все, сняли фуражки, перекрестились. Лица сосредоточенные, бледные. А музыканты стараются вовсю, поднимают дух и настроение. Так под музыку и отходят дроздовцы на станицу Славянскую по большаку, у самой железной дороги.

А смерть, вот она, рядышком. Справа, чернея и колыхаясь в мокром поле, туда же идёт конница Будённого. Гражданская война борьба необычная. Все говорят на одном языке, одеты в одну и ту же форму, оружие тоже одинаковое. Отличить своих от чужих порой очень непросто. Вот и идут час за часом параллельными курсами красная кавалерия и белая пехота.

От конной массы отделился разъезд, на полном скаку встали, шапками машут. Обычная перекличка Гражданской войны.

— То варищи, какого полка, товарищи?

Молча идут дроздовцы, не отвечают. Кричат красные, а ближе подскакать страшно. Странная часть идёт в утреннем морозе. Молчаливая, с музыкой.

Не выдержали красные. Несколько эскадронов развернулись в лаву, скачут. И вновь:

— Почему молчите, товарищи? Что за часть?

Молчат дроздовцы. Остановилась красная кавалерия, открыла огонь. Ответили им залпами. Развернулись, ускакали, оставив пару лошадей и всадников на темнеющем поле. И понеслось!

Конные атаки. Одна за другой. Артиллерия Будённого бьёт почём зря, дроздовская не отстаёт. Кавалерия налетает волна за волной, также волнами отбиваются белые. Не прекращая свой отход, идут перекатами. Один батальон отбивает атаку, другой идёт. Когда р азворачиваются будёновцы назад, то отбившие их бойцы идут в голову колонны. Передохнут минут двадцать, и вновь з алп следует за залпом…

В поле громоздятся трупы красных кавалеристов.

Не пройти им, не рубануть шашкой по малиновой фуражке. Как страшные цунами, летят новые волны кавалерии. Уже ск оро кончатся снаряды и патроны…

Сквозь грохот и пальбу слух улавливает знакомые звуки. Оркестр играет Егерский марш...

Большевистская революция произошла в Октябре 1917 года. Весь 1918 год слабые и практически невооружённые силы белогвардейцев боролись за свою страну. Помощи от «союзников» не было никакой. В середине ноября 1918 года в Чёрное море вошла армада кораблей Антанты. Ничто так не характеризует истинные цели англичан и французов, как их реальные поступки. То, что произошло сразу за этим, историки нам объяснить не могут. Поэтому, стараются обходить молчанием.

«… С приходом в Севастополь союзники подняли на наших судах свои флаги и заняли их своими командами — указывает Деникин в „Очерках русской смуты“.Англичане и французы потребовали спустить русские Андреевские флаги на русских боевых кораблях, после чего просто их захватили! На каком основании это было сделано, никто никогда так и не объяснил. Не будем утомлять читателя перечислением названий захваченных судов. Однако факты таковы: иностранные флаги были подняты на всех исправных кораблях. Сделано это было так оперативно, что заставляет задуматься о том, что команды для русских кораблей были заготовлены и привезены с собой загодя. А значит — захват был отнюдь не случайностью, армада «союзников» плыла в Чёрное море с чётко сформулированной целью: захватить здесь все остатки русского флота, что и сделала, несмотря на протесты белогвардейцев.

Забавно читать исторические исследования, посвящённые белой армии и Гражданской войне. Возьмите практически любую книгу, и Вы увидите интереснейшее явление: историки начинают приписывать белому флоту мощь, не существовавшую у него в реальности. Происходит это потому, что абсолютное большинство исследователей находятся в плену стандартного штампа: «союзники» помогали белым и боролись с красными. Поэтому возможные действия англичан и французов, историки анализируют исходя из этого постулата, а не реальных событий, домысливая то, что «союзники» должны были бы сделать! Обычная логика подсказывает нам, что если они действительно борются с большевиками и хотят помогать белым, должны были отдать всекорабли Деникину. И не просто отдать, а ещё и постараться помочь их побыстрее ввести в строй, чтобы мощь корабельных орудий помогла свести на нет огромное численное превосходство красных. Что же на деле?

«…Вскоре по побережью Чёрного и Азовского морей начались бои, и помощь флота стала необходимой. Снова, как в первые дни добровольчества, в дни деревянных бронепоездов и краденых пушек, офицерская молодёжь снаряжала старые пароходы и баржи с тихим ходом и неправильным механизмом, вооружала их орудиями и ходила вдоль берегов, вступая в бой с большевиками, рискуя ежечасно стать жертвой стихии или попасть в руки врага. А боевые суда наши в это время томились в плену у союзников…»

Это придумал не я, это снова цитата из мемуаров генерала Деникина. А пока наши корабли «томятся в плену» «союзников», русский генерал, глава белогвардейцев, словно лев, бьётся за право владения русскими боевыми кораблями. Первый результат появляется только через два месяца ругани и пререканий! В декабре 1919-го группа из восьми морских офицеров отправилась из Новороссийска в Севастополь, надеясь получить в распоряжение Добровольческой армии хоть один военный корабль. Не тут то было! Не дали! Пришлось, чтобы иметь хоть какое-нибудь судно, вооружить двумя 75-мм орудия ледокольный буксир «Полезный», который и явился первым кораблём Добровольческой армии! Это всё равно, что обложить броней запорожец, и на этом основании объявить его танком. Настоящие боевые корабли, уцелевшие после ленинского затопления, никто белым не отдаёт. Но почему?

Никто не сможет ответить на множество вопросов о странностях английской и французской политики, пока не поймёт простой, но страшной истины — их цель разрушение России. Если смотреть под таким углом, то логика в «союзных» делах прослеживается железная! И нам становится совершенно ясно, почему под предлогом ремонта русский дредноут «Воля» англичане увели в Измир. А как ещё они могли поступить с этим сверхмощным кораблём? Оставить белым нельзя — слишком весомый аргумент в Гражданской войне. Взорвать тоже проблематично — с какой стати? Сделаешь это, и зададут русские множество совсем ненужных вопросов. Поэтому лучший вариант, прикинуться дурачками, просто на время вывести корабль из игры, подняв на нём свой флаг. Потянуть время и только потом вернуть дредноут «Воля» непригодным для боевого использования. Чего только не пишут исследователи нашей смуты, не понимающие истинных мотивов действий английского руководства! А ведь надо просто посмотреть на даты, и станет понятно, что самый мощный корабль, имевшийся у Деникина, благодаря его захвату британцами отсутствовал на фронте почти всю войну!

79
{"b":"25744","o":1}