ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но всё по порядку. Контроль над процессом распада России и грабёж её ресурсов — это и есть цель пребывания и американских интервентов в России. Борьба с большевиками в их планы не входит. Всего за 1 год и 8 месяцев «интервенции» американцы из примерно 12 тыс. своих солдат потеряли 353 человека, из них в боях — лишь 180 (! ) человек. Остальные умерли от болезней, несчастных случаев и самоубийств. Кстати, потери такого смехотворного порядка очень часто встречаются в статистике интервенции. О какой же реальной борьбе с большевиками можно говорить!

Колчак старался добиться признания Запада. Ему приехавшему в Россию с подачи англичан и французов, казалось невероятным отсутствие их официальной поддержки. А она всё время откладывалась. Постоянно обещалась и так никогда и не случилась. Надо было быть ещё более «демократичным», и менее «реакционным». Хотя Колчак и так согласился на:

— Созыв Учредительного Собрания, как только возьмёт Москву;

— отказ от восстановления режима, уничтоженного революцией;

— признание независимости Польши;

— признание всех внешних долгов России.

Но Ленин и большевики всегда были ещё более уступчивыми и более сговорчивыми. В марте 1919 года Колчак отверг предложение начать с большевиками мирные переговоры. Он вновь и вновь демонстрировал эмиссарам Запада, что интересы России для него превыше всего. Отказался от попытки поделить Россию и Деникин. И тогда англичане, французы и американцы решают сделать ставку на большевиков. Они уже для себя все решили…

Весной 1919 года, казалось, что белая победа уже близка. Красный фронт вот-вот рухнет окончательно. Великий князь Александр Михайлович Романов в своих мемуарах пишет: «Таким образом, большевики находились под угрозой с северо-запада, юга и с востока. Красная армия была, ещё в зародыше, и сам Троцкий сомневался в её боеспособности. Можно смело признать, что появление тысячи тяжёлых орудий и двух сотен танков на одном из трёх фронтов спасло бы весь мир от постоянной угрозы».

Надо только немного помочь белым армиям, совсем чуть-чуть и кровавый кошмар закончится! Боевые действия идут масштабные, потому требуют большого количества боеприпасов. Война это прорва, сжирающая в огромных количествах ресурсы, людей и деньги. Это как огромная топка паровоза, куда надо кидать, кидать, кидать! Иначе — никуда не поедешь.

Вот вам ещё одна загадка. Оказали ли «союзники» помощь Колчаку в этот решительный момент? Подкинули ли «уголька» в его военную топку? Не мучайтесь в раздумьях — вот вам ответ из мемуаров все того же Александр Михайловича Романова: «Но затем произошло что-то странное. Вместо того чтобы следовать советам, своих экспертов, главы союзных государств повели политику, которая заставила русских офицеров и солдат испытать величайшие разочарования в наших бывших союзниках и даже признать, что красная армия защищает целость России от поползновений иностранцев».

«По-видимому „союзники“ собираются превратить Россию в британскую колонию», — писал Троцкий в одной из своих прокламаций к Красной армии. Прав Лев Давыдович, потому, что знает об их планах не понаслышке! Так помогли эти неоколонизаторы Колчаку или нет? Вот телеграмма из Лондона генерал-майору Ноксу, главе британской военной миссии в Сибири: «Из-за географической отдалённости, недостатка транспортных судов и растущего хаоса на Транссибирской магистрали, британские усилия в России будут сконцентрированы на оказании помощи генералу Деникину».

И все. Встали колчаковские войска, а потом не получив оружия, побежали.

Отвлечёмся на минуту и вновь вспомним, что азарт наступления в 1919-м году поразил и Деникина, и Юденича, и Колчака. У всех у них армии не сформированы до конца, не обучены и не вооружены. И все белые упрямо идут вперёд навстречу своей гибели. Удивительно. Словно затмение какое-то нашло на них всех. Белые собираются брать первопрестольную, но только наступают на неё не одновременно, а в разные сроки, по очереди! Это и позволит Троцкому разбить их по частям.

«Положение большевиков весной 1919 года было таково, что только чудо могло спасти их. Оно и случилось в виде принятия в Сибири самого абсурдного плана действий» — пишет в своих мемуарах «Катастрофа Белого движения в Сибири», профессор академии Генштаба Д.В. Филатьев, бывший у Колчака помощником главнокомандующего по части снабжения. Вновь повеяло на нас чудесами. В нашей истории они неизменно они связаны с деятельностью британской разведки. Если посмотреть под чьим давлением принимались военные планы Колчака, то нам станет совершенно ясно, кто и на этот раз стоял за кулисами русской смуты.

Весной 1919-го года у Верховного правителя России было два варианта действий. Их замечательно описал Д.В. Филатьев.

Стоять на месте и, пользуясь полной пассивностью противника, закончить формирование, сколачивание и снабжение своей армии, а также непременно связаться с Деникиным, чтобы условиться о совместных действиях.

Немедленно действовать активно, чтобы не давать красным передышки.

«Осторожность и военная наука требовали принять первый план, чтобы идти к цели хотя и медленно, но верно» — пишет генерал Филатьев. Адмирал Колчак выбирает наступление. Наступать тоже можно в двух направлениях.

Выставив заслон в сторону Вятки и Казани, главные силы направить на Самару и Царицын, чтобы там соединиться с армией Деникина, и уж потом совместно с ним двинуться на Москву. (На такое же решение безуспешно пытался получить санкцию Деникина барон Врангель).

Двинуться в направлении Казань — Вятка с дальнейшим выходом через Котлас к Архангельску и Мурманску к огромным запасам снаряжения, там сосредоточенным. Кроме того, этим значительно сокращался срок подвоза из Англии, ведь путь к Архангельску несравненно короче, чем путь к Владивостоку.

Военное дело — это наука не менее сложная, чем ядерная физика или палеонтология. Есть у неё свои правила и догматы. Не нужно идти без особой необходимости на большой риск; нельзя давать противнику бить себя по частям, свободно передвигая силы по внутренним операционным линиям; самому следует бить врага всеми силами. Выбери Колчак наступление на Самару — Царицын, и будут соблюдены все правила военного искусства.

«Ни одного из этих преимуществ не давало направление всех сил на Вятку, потому, что в этом направлении можно было рассчитывать на полный успех лишь в одном предположении, что большевики не догадаются сосредоточить силы против Сибирской армии, ослабив на время нажим на Деникина. Но базировать свой план на бессмысленных или безграмотных действиях противника не было никаких оснований, кроме собственного легкомыслия».

Не прав генерал Филатьев, вовсе не легкомыслие увлекло Колчака в сторону гибельного пути. Ведь к ужасу своих военных, Колчак выбрал ещё более неудачную стратегию! 15-го февраля 1919-го года была обнародована секретная директива Верховного правителя России предписывавшая наступление на всех (! ) направлениях! Это приводило к расхождению армий в пространстве, действиям вразнобой и к оголению фронта в разрывах между ними. Такую же ошибку совершат гитлеровские стратеги в 1942 году, наступая одновременно на Сталинград и на Кавказ. Колчаковское наступление тоже закончится полным крахом. Почему же адмирал выбрал столь ошибочную стратегию? Его убедили его принять. Между прочим, именно такой гибельный план наступления был рассмотрен и одобрен французским генеральным штабом. Англичане тоже горячо на нём настаивали. Их аргументация была неотразимой. О ней мы можем прочитать в «Белой Сибири» генерала Сахарова:

«Они („союзники“ — Н.С.) привозили все это во Владивосток и складывали в пакгаузы. Затем начиналась выдача не только под контролем, но и при самом тягостном давлении на вопросы во всех отраслях. Одним иностранцам не нравилось, что нет достаточной близости с эсерами, другие считали курс внутренней политики недостаточно либеральным, третьи говорили о необходимости таких-то именно формирований, наконец, доходили даже до вмешательства в оперативную часть. Указывая и настаивая на выборе операционного направления… Под таким именно давлением было выбрано направление для главного удара на Пермь-Вятку-Котлас…».

88
{"b":"25744","o":1}