ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Таким образом, всего в операции было задействовано четыре коричневых пиджака — все одинаковые, — и вот каким манером доставлялась наличка. Героин проделывал путь несколько иным способом, но о нём ни Хенкс, ни Дарении ведать не ведали. Им было не положено знать об этом, а раз так, то они ничего и не знали. Их роль ограничивалась доставке наличных денег.

Четыре года назад у Ларенни было обострение аппендицита, сопровождавшееся пневмонией, поэтому в течение трех месяцев он не мог выполнять обязанности курьера и мафии пришлось на время подыскивать ему замену. Выбор пал на Арти Стренда главным образом потому, что у него тоже был укороченный тридцать шестой размер, и все три месяца он совершал вояжи в Майами. Было просто необходимо, чтобы кто-то взял на себя эту роль, так как вся операция была связана с предоплатой: нет денег — не будет и героина. После того как Ларенни поправился и приступил к работе, мафия обнаружила, что Арти Стренд ненадежен, и его отправили отставку с цветами. Но никому не было ведомо, что сделали это слишком поздно: тот успел-таки проболтаться кое-кому этих темных делишках.

Арти Стренд был женат, и брат его жены Фред Парнелл был гонщиком. Его привлекали как водителя к разного рода операциям, проводимых такими людьми, как Паркер, Жако, Генди Мак-Кей. Он считался одним из лучших в делах подобного рода. Он никогда не паниковал, не терял скорости и не пытался поскорее смотаться с места действия. Поэтому и получал приглашения не менее двух, а то и трех раз в году с разных концов страны для участия в качестве водителя в самых рискованных предприятиях. Из-за того, что Стренд был болтун, Парнелл знал, чем тот зарабатывает себе на жизнь, кто были его подельники, как много имеет он в неделю, и все прочее касательно него. Сам же Парнелл ни о чем не распространялся, кроме своих машин, поэтому Стренд ничего толком о нем не знал. Однако он догадывался, что Парнелл время от времени переступает запретную черту, ибо тратит гораздо больше, чем зарабатывает на гоночных треках. Посему Стренд сделал вывод, что они не только родственники по жене, но и близкие по духу и по сути своей люди, и это дало ему повод развязать язык.

Однажды вечером, когда Парнелл навещал сестру и оба они изрядно нагрузились пивом, Стренд похвастал:

— А знаешь... Знаешь что?.. Если я когда-нибудь буду нуждаться в шальных деньгах... знаешь что? Да то, что я знаю, где смогу раздобыть их наверняка... Ты знаешь об этом? Я-то точно знаю, где их можно хапануть. Семьдесят пять тысяч! — Он щелкнул пальцами. — С легкостью!

Это случилось спустя два месяца после того, как Эрик Ларенни опять приступил к своим обязанностям курьера.

Естественно, Парнелл начал слушать в оба уха, как только Стренд упомянул про семьдесят пять тысяч. Затем Стренд выложил и всю подноготную: о коричневых пиджаках, передаче денег в “Аргус импортс”, полетах на самолете, пересадке и обмене пиджаками. Парнелл слушал-слушал, а потом задал один или два вопроса. Он выяснил, что работа курьера — по меньшей мере, так было в течение трех месяцев, когда ею занимался Стренд, — всегда происходит в первую неделю месяца. Если мафия и имеет в каждом аэропорту людей для слежки за тем, чтобы курьер не смотался, то он, Стренд, никогда не видел таковых. Сумма всегда была одна и та же — семьдесят пять тысяч — и ни центом больше или меньше.

Парнелл был всего лишь водителем и боялся связываться с мафией по-крупному, поэтому просто запомнил информацию. Так, на черный день. Позже, через год, Стренд разбился при падении с подъемной площадки сабвея и умер, поэтому если бы Парнелл теперь решился воспользоваться полученной информацией, то у мафии не было никакой возможности проследить источник ее утечки.

Какое-то время спустя Парнелл получил письмо от Паркера с просьбой пошерстить мафию. Он трижды работал с Паркером, последний раз пять лет назад, и ладил с ним лучше, чем с остальными. Тем не менее, не испытывал к нему особо приязни и не был ничем обязан. Он, скорее всего, проигнорировал бы его просьбу, если бы не покойный муж сестры.

Но Стренд подкинул ему идею, а Паркер — зацепку, чтобы ею воспользоваться. С семьюдесятью пятью тысячами долларов он мог бы сделать себе автомобиль — наконец свой собственный! — и отправиться с ним во Францию и Италию этим же летом для участия в гонках. Все его приработки от участия в делах Паркера, Жако, Генди Мак-Кея и всех остальных уходили на гонки, и он никак не мог скопить достаточно, чтобы отойти от дел. Кроме того, он и сам считал, что рано уходить на покой: ему нравилось принимать участие в рискованных предприятиях.

Семьдесят пять тысяч! Шутка ли?!

Он подумывал было сначала без особых хлопот провернуть всю работу самому. Эта операция вполне по силам одному человеку, но, пораскинув мозгами, Парнелл изменил решение. Он был не профи, а всего лишь водитель. Поэтому вошел в контакт с “тяжеловесом” по этой части, которого хорошо знал, Коблером, и посвятил его во все детали. Коблер согласился принять участие в деле, и они согласовали причитающуюся каждому долю добычи: Парнелл должен был получить двадцать пять процентов за разработку деталей операци, Коблеру причиталось пятьдесят — за проведение операции в жизнь; Парнелл к тому же получал еще двадцать пять процентов как водитель машины. Коблеру поначалу пришлась не по душе идея дележа прибыли. Но, в конце концов, в самый последний день месяца они пришли к полному согласию.

Оба съехали с прежних квартир. Парнелл вообще уехал даже из города, в котором жил, в пункт пересадки с одного самолета на другой, где присмотрел меблированную комнату за три перекрестка от аэропорта на расстоянии от него две с половиной мили. Он отправил адрес Коблеру, перемещения которого на данном этапе свелись к тому, что он перебрался в другую часть города, в квартиру напротив дома, где жил Эрик Ларенни. Коблер выяснил, как выглядит этот Ларенни, и теперь день за днем каждое утро проводил у окна, поджидая, когда тот появится на улице, облаченный в коричневый костюм. Обычно же Ларенни носил серые штаны и фланелевую рубашку, так что не было вопросов, когда настанет решающий день.

27
{"b":"25759","o":1}