ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Он вернулся на козлы, чтобы остановить лошадей, и увидел, что впереди – крутой поворот, вписаться в который на таком огромном фургоне было невозможно.

Гарет вложил меч в ножны и прыгнул на потрепанное ветром дерево, на ветках которого еще оставалось несколько листочков.

Фургон врезался в каменную стену на повороте. Лошади заржали. Гарет сполз по стволу дерева на землю, ломая ветки и раздирая плащ, упал, и, тяжело дыша, встал на непослушные ноги.

Он не стал ждать, пока соберется толпа, нырнул в узкий переулок и убежал.

“Я уже сыт по горло играми Квиндольфина, – подумал Гарет. – Настало время возмездия”.

– Мне это совсем не нравится, – сказала Косира.

Гарет ждал. Он уже начинал привыкать к тому, что она часто подбиралась к главному окольными путями.

– Уже два дня рядом с моим домом крутится какой-то мужчина, – сказала она. – Он ждет, когда слуги выйдут из дома по делам, и предлагает им за серебряную монету удовлетворить его любопытство.

– По поводу чего?

– По поводу наших с тобой отношений.

– Гм-м, – задумчиво произнес Гарет. – Я сам не люблю слишком любопытных людей. Как ты думаешь, для кого он шпионит? Для Квиндольфина?

– Я тоже так подумала сначала. Спряталась у ворот, чтобы кто-нибудь из слуг указал мне на него. Потом я хотела проследить за ним до его логова, захватить, при помощи твоих людей, и выяснить намерения его хозяина. Впрочем, все получилось не так романтично – я узнала его. Вернее, вспомнила, где видела. При дворе, как одного из агентов камергера короля.

Гарет заморгал.

– Зачем королю знать о наших отношениях?

– Не знаю,—мрачно ответила Косира.—Знаю только, что чем меньше обращает на тебя внимание король Алфиери, тем легче жить.

Загрохотали тележки, “Стойкий” скользнул со стапеля и, подняв кормой тучу брызг, закачался на волнах реки.

– И я надеюсь, – закончил заклинание Лабала, – что демоны воздушные и морские защитят тебя, а боги корсаров, если такие есть, позаботятся о нас.

– Неправильный это спуск на воду, – заметил Том Техиди. – И я благодарю богов за это. Мы не стали разбивать о нос бутылку хорошего бренди, а использовали ее как подобает, по назначению.

– Что мне больше всего нравится в вас, мужчинах, – сказала Косира, – вы такие романтичные.

По команде стоявшего на юте Н'б'ри лодки перекинули тросы на берег. Корабль предстояло перетащить на другой берег для переоснастки, а потом он должен был присоединиться к остальным двадцати кораблям, стоявшим на якоре в бухте ниже Тикао.

– А ему, – сказал Гарет, глядя на Н'б'ри, —придется на этот раз стать капитаном, хочет он этого или нет. Не следует губить талант из-за чрезмерной скромности.

День был ясным, в воздухе пахло весной, и он был почти готов к походу.

– Меня зовут…

– Кулдья, – опередил моряка Гарет. – Ты был матросом на “Мстителе”, хорошим матросом, насколько я помню.

Он сидел на главной палубе “Стойкого” за сколоченным наспех столом, вернее доской, приколоченной к двум бочонкам из-под солонины.

Очередь матросов тянулась по всей палубе и спускалась по трапу на причал. За спиной Гарета стояли Фролн и Галф, которые уже нанялись на корабль.

Коренастый мускулистый матрос на кривых ногах удивленно посмотрел на Гарета, потом хлопнул себя ладонью по лбу.

– Так точно, сэр. Услышал, что вы набираете команду. Условия договора такие же, как прежде?

– Почти, – ответил Гарет. – Договор стал чуть сложнее, потому что у нас появились спонсоры. На одном из кораблей будем перевозить солдат, но они работают по найму. Тебе причитается полная доля, как и раньше.

– Но на севере и добыча будет побогаче, да?

– Я бы не стал выходить в море, если бы считал иначе, – сказал Гарет и передал матросу перо. Матрос нацарапал крест, и Гарет рядом аккуратно вписал его имя.

– Рад выйти в море с вами, капитан. Надеюсь, удача не оставила вас.

– Мешок с вещами можешь перенести на полубак, когда захочешь. Служить будешь на “Стойком” .

– Буду здесь сегодня же, – сказал матрос и повернулся, чтобы уйти.

– Как провел время на берегу? – спросил Гарет.

– Неплохо, – ответил Кулдья. – Женился, купил старой стерве кондитерскую.

– А теперь собрался в море? Есть проблемы на суше? – спросил Гарет, понимая, что слишком любопытен. Ему очень хотелось знать, как провели его люди время на берегу.

– Не больше, чем у всех, – ответил Кулдья. – Просто надоело спать на кровати, которая не качается. К тому же у старой стервы есть двое детей.

– Добро пожаловать на борт, – сказал Гарет и обернулся, услышав нестройное пение:

На веревке его вздернут,

Его вздернут,

Его вздернут,

Так закончит жизнь пират,

Только так,

Только так…

Четыре очень пьяных матроса поднялись по трапу, таща за собой пятого, который громко храпел.

– Разрешите подняться на борт, – спросил один из них, прикоснулся пальцем ко лбу и чуть не упал. Не дожидаясь ответа, матросы спрыгнули на палубу, сильно ударив пятого головой о борт.

Гарет знал всех пятерых как жуликов и отъявленных мошенников. Все они были одеты в лохмотья и выглядели так, словно их побили.

– Хотели бы записаться в команду, – сказал один из них, – потому что кончились деньги и за нами гонится стража. – Он вздохнул и рухнул на палубу.

– Фролн, тебя заинтересовали эти останки? – спросил с улыбкой Гарет.

Фролн пожал плечами.

– Почему нет? По крайней мере трое из них поднялись на борт самостоятельно. Лучше, чем предыдущая группа.

Пятерку отвели к борту, где они должны были дождаться шлюпки с нового корабля Фролна “Разрушитель”.

– Капитан, – позвал Гарета Галф. – Идет наш костяк.

Гарет подошел к лееру и увидел группу темнокожих моряков, старавшихся шагать в ногу. Во главе колонны шел Дихр. Все были одеты в чистые полосатые рубашки без воротников и синие брюки.

– Разрешите подняться на борт, сэр? – спросил Дихр. – Привел с собой команду, если, конечно, еще остались свободные койки.

– Поднимайся, мой друг, – сказал Гарет.—Я надеялся, твои друзья кашианцы не решили купить какой-нибудь город и повернуться спиной к морю. Тысячу раз приветствую вас.

С набором команд проблем не было. Сначала пришли моряки, которые уже плавали с Гаретом, за ними последовали другие опытные мореплаватели. Приходили юноши и молодые люди, искавшие приключений, приходили и другие, которые хотели убежать от строгого хозяина, закона, сварливой жены, тяжелого труда на земле, главным образом, от самих себя.

Некоторые называли свои настоящие имена, другие торопливо придумывали новые, с которыми намеревались продолжить жизнь.

Гарет отбирал всех крепких и здоровых мужчин, не обращая внимания на то, откуда они пришли, какие законы нарушили, не задавая вопросов о прошлом.

Море простит… или забудет… все, что было раньше.

– Что ты нашел? – спросил Гарет.

– Занятная штуковина, – ответил Лабала, разворачивая блестящую зеленую ткань. – Немного серы, завернутой в ветошь для розжига. Должен быть второй такой же пакет, у колдуна, который придумал эту штуку для легкого поджога. А это, как мне кажется, высушенный червь. Стоит его оживить, а оживить даже червяка может только сильный чародей, и пропадут все продукты, а корпус будет изъеден. А вот это похоже на яд, впрочем, я его не пробовал. Понятия не имею, как он должен был попасть в бочонок и размножиться. Это – порох и чашка с водой. Возможно, их тоже можно оживить при помощи заклинания и заставить соединиться с порохом в погребе боеприпасов. Все эти штуковины могли помочь чародею уничтожить корабль, который уже день или даже месяц находится в море.

– Выброси их за борт, – приказал Гарет.

– Не стоит, – возразил Лабала. – Сейчас они стали безопасными и могут пригодиться в ближайшем будущем.

Гарет неохотно согласился и спросил:

– Где ты это нашел?

– В кладовой парусов. Они были укутаны, как ребенок, и лежали в таком месте, где никто не мог их заметить, пока не стало бы слишком поздно.

49
{"b":"2576","o":1}