ЛитМир - Электронная Библиотека

— Должно быть, они еще утром нашли убежище, — сказал Уэбб. — Но молчали, пока не поняли, что Деверс не вернется домой.

Вскоре в кухню вошел Деверс. Он обнаружил бар с напитками и держал в руке рюмку теплого виски.

— Вы должны посмотреть телевизор, — сказал он. — Там показывают мою фотографию.

Уэбб посмотрел на него. — Правда? Тогда вы знаменитость.

— Я знаменитость! — Деверс уже захмелел, и к нему вернулась храбрость.

— Знаменитости нужен лед, — сказал Уэбб. — Пойду-ка принесу.

Деверс застыл посреди кухни, Уэбб нашел ведерко для льда и опорожнил в него два поддона с кубиками льда. Пьяно хмурясь. Деверс выглядел как человек, который смутно подозревает, что над ним подшучивают, но не может понять, в чем же это заключается.

Уэбб, взяв ведерко со льдом, сказал:

— Пошли, Стен, покажу, как надо пить.

Ближе к вечеру Паркер выпустил Элен из комнаты, чтобы она приготовила обед. Все ее реакции были притуплены, она выглядела покорной, но угрюмой. Пема, очевидно понимая, что произошло что-то неладное, жалась к ее коленям, глядя на всех большими круглыми глазами.

Они пообедали все вместе, если не считать Годдена, которому отнесли поднос с едой в комнату. Паркер, понимавший, что за столом слишком много людей, ненавидящих Годдена, решил не нарываться на лишние неприятности.

Назвать Деверса трезвым было бы сильным преувеличением. После обеда, когда Элен вернулась в свою комнату, а Паркер пошел в гостиную, чтобы посмотреть новости по телевизору. Деверс и Уэбб остались на кухне. Деверс начал рассказывать о своих сексуальных похождениях, Уэбб — о криминальных. Оба громко смеялись. Трезвый как стеклышко, Паркер сидел у телевизора; в одиннадцать часов показали сторожку и санитарную машину, из которой вытаскивали трупы. Потом на экране появилась мать Элен Фуско, она просила дочь вернуться домой или по крайней мере позволить Памеле жить с бабушкой и дедушкой. Показали фотографии Деверса и Элен.

Деверс к двум часам ночи был уже мертвецки пьян, и Уэбб, подойдя нетвердой походкой к Паркеру, сказал:

— С ним все будет в порядке. Ему надо только привыкнуть.

— Я думал, он сломается.

Пятница тянулась медленно и уныло. Несколько раз звонили в дверь, но, не дождавшись ответа, уходили. Деверс провел весь день на кухне, пытаясь найти лекарство от похмелья. Уэбб отыскал колоду карт и раскладывал пасьянс. Элен выглядела более спокойной и собранной; поняв, что ей некуда идти, она вместе с дочкой занялась уборкой. Связанный Годден сидел взаперти в своей комнате. Паркер ходил по дому, наблюдал и ждал.

Вечером Деверс и Уэбб, снова напившись, играли в карты и рассказывали друг другу те же истории, что и в прошлую ночь.

Элен, уложив дочь, подошла к Паркеру.

— Стен не хочет меня брать с собой. Я не обвиняю его. Но у меня нет денег, и мне некуда уехать.

Паркер посмотрел на нее.

— Что же вы хотите?

— Немного денег. Совсем немного.

— Может быть. Деверс даст вам что-то из своей доли. Попросите его.

— Мне некуда деться, — сказала она, и выражение панического страха опять появилось в ее глазах.

Меньше всего Паркеру хотелось, чтобы она снова впала в невменяемое состояние.

— Я поговорю со Стеном. Завтра мы что-нибудь придумаем, — успокаивающе сказал он.

— Спасибо, — ответила она бесцветным голосом и ушла.

В эту ночь Деверс свалился с ног уже около часу, и Уэбб пришел в гостиную допивать виски вместе с Паркером.

— Парень что надо, — сказал он. — Он будет работать и дальше, как вы думаете?

— Возможно, — ответил Паркер.

Уэбб выпил стакан до конца и поставил его на пол рядом со стулом.

— Когда, по-вашему, мы уйдем?

— Может быть, завтра вечером. Нас уже здесь почти не ищут.

— Наверное, считают, что мы уже на Аляске.

Паркер ничего не ответил, и, когда спустя минуту повернулся к Уэббу, тот спал.

Дом погрузился во тьму; гостиная освещалась только светом с экрана телевизора. Паркер смотрел на экран, но мысли его были далеко. Закончилась проповедь, исполнили национальный гимн, на экране появилась белая рябь, но он не стал выключать телевизор. Немного погодя, по-прежнему сидя перед пустым экраном, он заснул.

Глава 8

Паркер проснулся оттого, что Уэбб дотронулся до его руки. На экране телевизора мелькали кадры мультфильма. Серый свет проникал сквозь оконные занавеси. Паркер посмотрел на часы — без двадцати восемь.

У Уэбба было встревоженное лицо. Стараясь говорить тихо, он произнес:

— Лучше взгляните сами.

Паркер пошел за ним в комнату Годдена. Годден, со связанными руками и ногами, лежал на боку с разрезанным горлом; простыня была пропитана кровью.

— Где женщина? — сказал Паркер.

— Ушла. Оставила вот это.

На коричневой промокашке большими неровными буквами карандашом было написано:

«Никому не скажу, где вы. Я должна отвести Пему маме. Простите».

Видно было, что записка писалась второпях.

— Что теперь? — спросил Уэбб. Паркер покачал головой.

— Хотел бы я знать, когда она ушла.

— Я слышал, как закрылась дверь, оттого и проснулся. Прошло меньше пяти минут.

— Надо выбираться, — сказал Паркер. Они пошли на кухню, разбудили Деверса, показали ему записку и рассказали про Годдена.

— Протрезвей, мальчик, — сказал Паркер. — Мы должны поскорее убраться отсюда.

— Почему? Вы думаете, она расскажет?

— Ей не нужно ничего говорить. Полубезумная женщина тащится по маленькому городу в семь тридцать утра, сколько, вы думаете, она уже прошла? Шесть кварталов? Десять? Когда полицейские заберут ее, они подумают: а может, и другие где-нибудь поблизости? Вспомнят, что и доктор с раненой головой живет неподалеку. Кто-нибудь скажет: «Давай-ка, Джо, посмотри, нет ли там кого».

Деверс в мгновение ока протрезвел:

— Сколько у нас осталось времени? — спросил он.

— Пока они не соберутся с мыслями. Пока не вспомнят, что рядом живет Годден. Час, может быть, меньше.

— Черт побери! — Деверс отошел к кухонному крану, ополоснул лицо холодной водой, вытерся посудным полотенцем.

— Куда мы поедем?

— Вначале вы поедете со мной, — сказал Паркер.

Они взяли вещи и вышли к машинам. Паркер и Деверс сели в темно-зеленый «кадиллак» Годдена, погрузив туда чемодан Паркера, в котором лежали его дорожные принадлежности и его доля денег, и небольшую сумку Годдена" в которую Деверс положил свой кусок. За руль сел Паркер.

Они находились в западной части Монеквуа, откуда легче всего было выехать из города, а попав на 11-ю трассу, они направились на запад, в сторону, Потсдама. Некоторое время «бьюик» Уэбба следовал за ними, но у Мориа он свернул на юг. Паркер доехал до Лоренсвилла, резко свернул на безномерную дорогу и, миновав Бактон и Саусвилл, вышел у Колтона на 56-ю трассу, по которой двинулся на юг.

Радио все время работало. Ничего нового — сообщения об ограблении утратили свою сенсационность, ведь сегодня шел третий день, а уже вчера не было никаких новостей. Об Элен Фуско пока не упоминали.

Деверс сказал:

— Вскоре ехать на этой машине будет опасно. Стоит им добраться до дома Годдена и...

— Знаю.

— Что будем делать?

— Нам нужен город, — сказал Паркер. — Чтобы вы в нем растворились. Но здесь пока только горы.

В бардачке лежала дорожная карта штата Нью-Йорк. Деверс стал внимательно изучать ее.

Наконец он сказал:

— Лучше всего было бы Олбани.

— Сколько до него?

— Где мы сейчас?

— Подъезжаем к чему-то под названием Севей, — сказал Паркер.

Деверс снова углубился в карту. — Примерно сто шестьдесят миль. Часть пути проходит по хорошей дороге. — Он горько усмехнулся. — По той, по которой я вас вез.

32
{"b":"25761","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Спецназ князя Святослава
О чем мечтать. Как понять, чего хочешь на самом деле, и как этого добиться
Голос вождя
Книга земли
Беглая принцесса и прочие неприятности. Военно-магическое училище
Иди туда, где страшно. Именно там ты обретешь силу
И все мы будем счастливы
Служу Престолу и Отечеству
Квази