ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Принципы. Жизнь и работа
Секретная жизнь коров. Истории о животных, которые не так глупы, как нам кажется
Француженка по соседству
Никогда-нибудь. Как выйти из тупика и найти себя
Правила. Как выйти замуж за Мужчину своей мечты
iPhuck 10
Как сильно ты этого хочешь? Психология превосходства разума над телом
Пока-я-не-Я. Практическое руководство по трансформации судьбы
Проклятый ректор

Глава 4

Паркер поздно проснулся в гостевой спаленке Джо — усталость наслаивалась на усталость, две бессонные ночи дали себя знать, — он проспал почти до двенадцати.

Спаленка была наполнена янтарным светом и блеском — это солнце гуляло по шафрановым шторам; весело вставать в такой день, если б не темные тени, вступающие в сознание одна за другой: одна — легкость, худощавого, словно обточенного жизнью старика, другая — долговязого малого, с лицом, усыпанным веснушками...

Паркер успел приготовить кофе и основательно позавтракать эскалопом, омлетом, паштетом и сыром, когда в дверь позвонили.

Паркер отворил. На пороге стоял Риган в каком-то простецком дешевом дорожном плащике. Паркер вежливо пригласил его:

— Проходите.

Физиономия у Ригана была такая, словно он только что за стойкой по ошибке хватил стаканчик уксусу.

Он вяло кивнул Паркеру, вошел и безрадостно произнес:

— Надо бы переговорить...

— О чем речь, — с бодрой готовностью ответил Паркер, закрывая дверь. — Как будем говорить: без протокола?

Риган состроил презрительную и одновременно высокомерную гримасу:

— Нет уж, увольте, я больше не связан с тем делом...

— Простите, не в курсе... прошу вас, проходите, садитесь.

Риган вошел в гостиную, но садиться не стал. Он одобрительно оглядел обстановку, подошел к акварелькам на стене, пощурился сквозь золотые очки на книжную полку и остался стоять, прислонясь к подлокотнику глубокого кресла.

Не стал садиться и Паркер. Он почтительно, и все же как равный на равного, глядел на коротковолосого, в затрапезном плащике полицейского, чем-то неуловимо напоминающего школьного учителя, видя и волевой четкий рот, и зоркие глаза его за стеклами очков, понимая, что этот человек не свернет с дороги, даже если у него в стволе останется единственный патрон...

— Ну как, вы сыскали убийцу Тифтуса? Риган не без сарказма ответил:

— Да об этом, по-моему, ты знаешь получше меня... — Он продолжал озирать гостиную. — Жаль, я не застал в живых Джозефа Шардина. По-моему, он та загадочная центральная фигура, вокруг которой и вертится все дело...

— А почему вы думаете, что я знаю лучше, чем вы? — спросил Паркер.

— Ты ведь, собственно, его и разрешил, дал нам звено, которого недоставало, ну и вот итог... — Риган был устало-насмешлив, но говорил не обидно.

— Этот самый Джимми Чамберс?

— Да, — почему-то зевнув, ответил Риган.

— И он, как по всему выходит, убийца Тифтуса?

— Вероятно. Эбнер пляшет и поет от восторга.

—А вы?

— А я — нет. Но это теперь не имеет никакого значения, потому что расследование прекращено.

— А ведь вы, мистер Риган, все хотите задать мне какие-то вопросы. Давайте, я попробую ответить...

— Зачем тебе это, тем более — сейчас?

— Я предпочел бы объясняться все-таки в вами, нежели с местными полицейскими.

Риган хмуро поглядел на него и поправил очки.

— Не исключено, что сейчас ты вполне искренен... Непонятно только, отчего ты так поздно вспомнил о Чамберсе. У тебя что, провалы в памяти?

Паркер не удержался и улыбнулся:

— Да я сначала решил, что он ни при чем, потом, когда убийцу все не находили, стал исподволь его подозревать; у него и судимость, по слухам, уже была... Вам говорить не стал, вы бы сразу все следствие, как одеяло, перетянули на этого Чамберса, — а если он не виновен? А виновен — какой мне резон покрывать его? Он арестован хоть?

— Нет. Его нет здесь, — покачал головой Риган.

— Ну, это его коронный номер — убить и скрыться... Он предпочитал самолеты...

— Да, все как-то утряслось, распределилось по ячейкам, жаль только, что слишком поздно... Знаешь, как в калейдоскопе — потрясешь горстку стекляшек, глянешь в картонную трубку — а они выстроились в стройный узор. Все зависит от системы зеркал... Между тобой, Рондой Сэмуэльс и Эбнером тоже ведь имеется пока необъяснимая для меня связь...

— Что касается Ронды Сэмуэльс, я познакомился с кей уже после убийства Тифтуса...

— Охотно верю... А что вас связывает — не понимаю. — Ригану надоело стоять на одном месте, он принялся разгуливать по комнате, как по музею, время от времени наклоняя голову набок и рассматривая антикварную мебель. — Да, центральная фигура — Шардин. Умирает старик, на похороны съезжаются трое: два уголовника, третий бизнесмен, он летел из Майами... Один уголовник зачем-то именно здесь прикончил другого, а импозантный бизнесмен почему-то стал закадычнейшим дружком начальника полиции и нежным советчиком скорбной загорелой леди... Странно, странно, господа присяжные заседатели...

Да-с. Загорелая леди то признает в нем убийцу, то уверяет, что она, ах, извините, ошиблась; а то вдруг вспоминает о неком призрачном злодее Чамберсе, а о нем-то уже немного раньше вспомнил и бизнесмен. Странно все, не так ли. Виллис? Я до нынешнего утра слыхом не слыхивал ни о каком Чамберсе, а теперь, кажется, даже птицы на ветках четко произносят: “Чамберс, Чамберс...”

Паркер вновь не мог удержаться от улыбки:

— Янгер вчера узнал о Чамберсе... А дама что?

— Ну да, ты ведь не знаешь, тебя не было на погребении... Она именно сегодня утром вдруг вспомнила, как Тифтус называл того, кто его избил. Это был, разумеется, Чамберс...

— Тифтус и мне это говорил, — подтвердил Паркер. Риган поглядел на Паркера и внезапно заскучал. Он вновь заходил по гостиной.

— От чего, интересно, умер Джо Шардин?

— От сердечного приступа.

— Эту версию передо мной уже проиграли, это я слышал... Ну ладно. Все, Виллис. Меня интересовало, отчего ты раньше ни звука не проронил о Чамберсе... Ты дал мне ответ.

— Я сказал вам правду...

Риган, пожав плечами, повернулся к выходу, небрежно бросив:

— Не сомневаюсь... В конце концов у меня об этой истории голова болеть не должна. Легендарного Чамберса арестуют, а что всплывет на суде — кто его знает. Мне любопытна концовка этой истории.

— Мне тоже, — вежливо вставил Паркер. Риган сказал уже в прихожей, стоя лицом к солнечному свету и затылком к Паркеру:

— С тобой было любопытно познакомиться. Виллис... — Ответ на эту стереотипную фразу, произносимую столь часто и по самым разным поводам, — не предусматривался. Паркер отворил дверь. Риган повернул на пороге коротковолосую голову.

— Ты, видимо, скоро покинешь Сагамор?

— Не исключено...

— Ну — тогда до свидания, Чарльз Виллис.

— До свидания.

Глава 5

Ровно в три часа явился Янгер. Паркер не стал дожидаться, пока он вылезет, качая брюхом, из “форда”, пока дойдет до крыльца и позвонит... едва завидя машину, он, взяв чемодан, легко сбежал с крыльца.

У поворота дорожки он через плечо посмотрел на дом старика: на окнах были всюду опущены шторы, словно веками прикрыты глаза.

Он открыл дверцу “форда”, и Янгер с тревогой спросил:

— А зачем взял чемодан?

— Может, придется там ночевать... Пока доедем... А темнеет рано...

— Мог бы мне позвонить, я бы тоже взял, — обидчиво сказал Янгер.

В планах Паркера такое предусмотрено не было.

— Да какая разница? Что будет нужно — позаимствуешь у меня... Он положил на заднее сиденье свой чемодан, устроился рядом с Янгером, захлопнул дверцу и, стараясь не глядеть на осиротевший дом, произнес:

— Ну, поехали отсюда...

— Сей момент, только мотор заведу. Паркер насмешливо указал на “плимут”, будто вросший в землю на изгибе дороги.

— Заодно хоть разбудим твоего часового...

— Что-что?

— В дневное время он, обыкновенно, отсыпается: видно, где-то промышляет ночами... Янгер свирепо спросил:

— И давно ты его просчитал?

— Да как только он встал тут.

— Гад полосатый! — кулаком саданул по рулю Янгер. Он, все так же свирепо, завел “форд”, развернул машину, и они оставили позади и стариковский дом, и злополучный “плимут”.

— Что ж ты не смылся, узнав про слежку, тем паче, что этот сурок без просыпу спит?

32
{"b":"25769","o":1}