ЛитМир - Электронная Библиотека

Он вывел своих шестерых зевающих кошек через звериный отсек к главному шлюзу. При этом Тиа, проходя мимо клетки, увернулась от игривого выпада Малдуна. У выхода одна из подопечных Эмтона встала, как он учил, на задние лапы и подняла переднюю, салютуя часовому. Легионер, ухмыляясь, так же отдал честь. Группа спустилась по трапу на росистую траву, когда над горизонтом только показался краешек солнца.

Зверей вывели «в песочек» — еще один из чудесных архаизмов Эмтона. Тиа закончила свои дела, попыталась затеять возню с подругой, дважды получила когтями по морде. Тогда она стала носиться по траве, видимо ища приключений, не нашла и побрела к одной из циклопических опор корабля.

Как она делала это уже три дня, кошка принюхалась к металлу и нашла место, где он не только пах неправильно, но и имел достаточную упругость. Громко урча, она принялась точить когти, сначала слабо, а затем, когда они вошли глубже, сильнее.

Тут-то Эмтон ее и обнаружил.

— Господитыбожемой… господитыбожемой… Тиа, отойди оттуда! Ты портишь наш корабль!

Кошка очередной раз дерзнула лапой по обшивке, просто чтобы напомнить Эмтону, кто тут главный. Потом она позволила взять себя на руки, в наказание извернувшись так, что он должен был коснуться рукой опоры.

— О, боже! — прошептал дрессировщик, уставившись на голый пластик и узкую щель, сквозь которую виднелись штучки, неизвестные штучки, странного вида неизвестные электронные штучки. — Я лучше кому-нибудь скажу. О, господи!

— Поцелуйте меня в задницу и зовите Салли! — Гарвин пребывал в некотором изумлении. Вокруг опоры «Большой Берты» собралась толпа.

— Прошу прощения, сэр. Тиа не собиралась…

Гарвин осознал присутствие Эмтона и толпы.

— Мистер Эмтон, — официально произнес он. — Смею думать, из всех артистов вы оказали нам величайшую услугу и можете, если техники правы, рассчитывать на очень, очень большую премию, когда мы доберемся домой.

Эмтон оторопело моргнул. Гарвин махнул Ньянгу.

— Будь добр, убери их.

— Бу сде, бригадир. — Ньянгу вызвал службу безопасности и приказал им избавиться от зевак.

— Это то, что я думаю, верно? — спросил Гарвин у офицера-электронщика.

— Кошки не способны продрать обшивку звездолета, сэр.

— Полегче, мистер. Рано или поздно вы снова наденете форму, и я вам припомню вашу язвительность.

— Извините, сэр. — Офицер опустился на колени, провел пальцем вокруг разрыва. — Смотрите, он еле заметно выступает над бортом. Полагаю, для крепления использовался либо магнит, либо какая-нибудь разновидность суперклея.

— Итак, кто-то над нами пошутил, — задумчиво произнес Гарвин. — Привязал нам к хвосту банку, и с тех пор мы громыхаем при каждом движении. — Он отвел в сторонку Фрауде и Ристори. — Как вы думаете, это то, что мы искали?

— Вполне может быть, — ответил Ристори.

— Тогда как оно подает сигнал?

— Возможно, эта разновидность устройства сродни моим эхо-буйкам, — предположил Фрауде. — Или еще — оно может работать за счет своего рода ракеты, связанной с передатчиком. Допустим, прибор родом с Тиборга, что логично. Когда мы прыгнули оттуда, была запущена первая ракета. Она ушла за нами в нуль-пространство, наведенная на сигнал, который испускает на редкость сложное произведение электроники вон там, затем выпрыгнула обратно, в какое бы нормальное пространство мы ни вышли. Возможно, следующая ракета была выпущена, чтобы присоединиться к ней. Эта вторая перешагнула бы первую и прыгнула вместе с нами, когда мы покидали следующую систему. Или вторая ракета заменила первую. Но это угрожало бы постоянным истощением топливных и двигательных ресурсов. Каждая ракета, зонд, как бы они их ни называли, посылала сигнал назад своей товарке. Затем та в свою очередь передавала сигнал, пока он, в конечном итоге, не дойдет до Бертла.

Весьма замысловато. Моим эхо-маякам до этого далеко. Так что я сомневаюсь, что система произведена на Тиборге. Скорее всего, предоставлена Конфедерацией или, может быть, одним из научных миров. В любом случае это то, что я планирую бессовестно присвоить, когда мы вернемся на Камбру.

Подошедший Ньянгу слышал большую часть рассуждений Фрауде.

— Следовательно, в свое время в эту систему вынырнет очередной зонд?

— Именно, — кивнул Фрауде. — Что доставит нам захватывающее занятие — найти металлическую зубочистку в звездной системе. Это может потребовать некоторого времени.

— Например, вечности, — согласился Ристори.

— А может, и не зонд, — протянул Ньянгу. — Может, пара линкоров.

— Почему? — удивился Фрауде.

— Скажем, определенная дата… и определенное событие… на Тиборге миновали.

— Вот дерьмо! — Гарвин вспомнил о бомбе.

— Я бы ожидал худшего… Или вообще ничего, если мы достали тех, кого надо, — сказал Ньянгу. — Но, думаю, не повредит вывести нана-боты на край атмосферы, и чтобы все датчики исправно мигали. Чаке и его экипажам в любом случае не мешает поразмяться.

— Хорошая мысль, — закончил Гарвин. — Теперь давайте раздавим этот прыщ и посмотрим, что мы на самом деле имеем. Смотрите, пусть техники работают осторожно. Ублюдки могли заминировать его, чтобы отбить любопытство.

Сгустились сумерки, близился конец первой полувахты, и Эрик Пенвит уже предвкушал смену. Он был голоден, и болел все еще не заживший бок. Артисты находились внутри, большинство все еще в столовой, и вытоптанная поляна перед «Большой Бертой» пустовала.

Краем глаза Пенвит уловил короткую вспышку. Рефлекторно, на случай, если у этого мира вдруг окажутся клыки, он отступил назад в шлюз. Затем взял бинокль и снова выглянул.

На краю поляны, где росли низкие деревья, появились две фигуры. Темную кожу существ покрывали густые волосы, почти мех. Стояли они полувертикально. Эрик уловил блеск чего-то на шее одного из них — кусочка минерала на ремешке, что ли? Потом пришельцы исчезли.

Пенвит подумал об имени, которое он дал системе, планете, и криво усмехнулся. Может быть. А может, и нет.

Пять дней спустя пилот одного из нана-ботов заметил интересную вещь. Или, точнее, три интересные веши — не зонды, а некогда принадлежавшие Конфедерации боевые крейсеры.

Гарвин приказал ботам притаиться за пределами атмосферы и ждать приказаний.

Через несколько минут ожил передатчик Кекри. Ньянгу, готовый к этому, отправил несколько уже закодированных посланий — не совсем тем шифром, что был встроен в машинку, а похожим на него. Генератор помех еще сильнее запутает передачу. К тому же данные, транслируемые на крейсеры, представляли собой инженерные характеристики первичной тяги «Большой Берты», нарочито подробные.

На некоторое время дешифровщики увязнут в работе.

— Итак, — Гарвин открыл военный совет. — Поскольку это первый раз, когда кому-то потребовались данные с передатчика, а также принимая во внимание некоторые события, произошедшие в последнее время на Альфе Дельты, совершенно ясно, чьи уши торчат и откуда. — Он мрачно ухмыльнулся. — Я дьявольски устал от того, что меня все время обижают и гоняют.

Три «аксая» с лежащими в пилотских кабинах Диллом, Бурсье и Аликханом выплыли за грузового трюма «Большой Берты» и сквозь морось и тяжелые облака медленно ушли вверх.

Свой обычный облет они совершать не стали. Под крылом каждого «аксая» на упорах, поставленных еще на D-Камбре, висело по две ракеты «годдард» из секретных арсеналов «Большой Берты». Снаряды шести метров длиной и шестидесяти сантиметров в диаметре предназначались для сбивания кораблей.

Лискеард надеялся, что дежурные на борту всех трех крейсеров окажутся несколько ленивыми и, коль скоро локатор показывает цирковой корабль, так и не стронувшийся с места, не станут наблюдать за радарами слишком пристально. Это давало мусфийским истребителям еще один повод подниматься не спеша — детекторы приближения на крейсерах могли оказаться настроены так, чтобы визжать, если что-нибудь направляется к ним на слишком высокой скорости.

58
{"b":"2577","o":1}