ЛитМир - Электронная Библиотека

— Мы уверены, — устало подтвердил Ньянгу. — Я лично дважды прочесал этот гребаный стадион, прежде чем решил, что тебя неплохо бы немножко поспасать.

Гарвин поднял свой ком.

— Ладно. Взлетаем.

— Вижу приближающиеся корабли, — доложил дежурный, когда «Большая Берта» проходила стратосферу. — ЕТА… примерно… четыре-три. Дистанция две световые секунды.

— Можете определить какой-нибудь из них?

— Могу только гадать, сэр. Но я думаю, это три истребителя, сопровождающие очень большой корабль. Вероятно, «Корсику».

Лискеард повернулся к ракетчику.

— Как близко он к малышу, которого мы высадили около консервов?

— Э… один-пять. Быстро приближается.

— На один-ноль запускайте «годдард».

— Понял один-ноль, сэр.

В рубке было очень тихо, не считая рутинного бормотания вестовых. Ракетчик уткнулся в экран радара.

— Один-один… один-ноль… пошел!

За полсистемы оттуда ожил модифицированный «годдард».

«Корсика», впереди которой летели выстроившиеся треугольником корабли сопровождения, на всех парах неслась к Центруму.

Дант Лаэ Ромоло с некоторым недоверием вглядывался в экраны, показывавшие царящий на планете хаос.

— Чертовы гражданские, — пробормотал он себе под нос. — Нельзя было настолько усугублять ситуацию!

Он окинул взглядом огромную рубку. Все делалось как должно — четко и спокойно. Дант увидел на главном экране обозначения законсервированного флота «под» ним и подумал, что скоро появится основание активировать его и укомплектовать экипажами.

— Сэр, — доложил дежурный, — Центрум покидает неизвестное судно.

— Не сомневаюсь, что это вторгшийся цирковой корабль, — сказал Ромоло. — Полагаю, нам не составит труда перехватить его прежде, чем он уйдет в гиперпространство.

Приближающийся «годдард» вряд ли был велик настолько, чтобы отразиться на экране, — ничтожная точка, пока техник не взглянул на монитор ближнего вида.

— Сэр, — спокойно сообщил он дежурному, — вижу неизвестный объект… Движется очень быстро… Приближается к нам.

Дежурный моргнул.

— Что это?

— Не определяется, сэр.

Офицер заколебался, затем спросил:

— ЕСМ, вы можете проследить его радаром?

Женщина попыталась, но покачала головой.

— Нет, сэр. Он маленький… Вероятно, ракета… Похоже, управляется дистанционно, но я не могу поймать частоту.

— Всем отсекам… задраить шлюзы.

— Есть, сэр.

По всей «Корсике» завыли сирены.

— Всем постам, доложить герметичность.

Вестовой начал докладывать.

— Орудия, уничтожить приближающийся объект, — велел Ромоло. Его голос был неизменно спокоен.

— Есть, сэр… Отслеживаем… ведем… Пуск один! Пуск второй!

«Корсика» выплюнула две ракеты, пока офицеры орали на корабли сопровождения, требуя проснуться и сделать что-нибудь.

Усовершенствованный «годдард» увидел контрзапуск, и его оператор на «Большой Берте» выпустил две «тени». Четыре ракеты пересеклись в пустоте и взорвались.

— Есть! Есть!.. Отрицание… Ракета по-прежнему приближается… Столкновение через пять… четыре…

— Контрзапуск, черт подери!

— Контрзапуск… ожидание цели…

«Годдард» вонзился в двигательный отсек «Корсики». Пламя клубилось мгновение, потом его поглотил вакуум.

Ромоло ударился головой о пульт и рухнул плашмя поверх другого. Кругом выли сирены и гудели сигналы тревоги. Дант поднялся, проверил, целы ли кости. Оставалось надеяться, что корабль чужаков, который так легко их всех провел, причинил достаточно вреда и Центруму. Столько, сколько хотелось и требовалось.

— Ладно, — сказал Гарвин. — Дело сделано. Капитан Лискеард, не соблаговолите ли отвезти нас домой?

Глава 33

Камбра / D-Камбра

— И как долго это уже продолжается? — Гарвин Янсма разглядывал холопортрет весьма симпатичного молодого человека. Он прислушался к собственным словам и поморщился — реплика из сериала.

— Пять… может, шесть месяцев, — ответила Язифь Миллазин. Ее голос дрожал от страха перед полным спокойствием Гарвина. — Тебя не было так долго — больше года, знаешь ли.

— Знаю, — откликнулся Гарвин, думая о Дарод Монтагне и Кекри Катун. — Кто он?

— Один из моих вице-президентов, — зачастила Язифь. — Мы играли вместе… когда были детьми. Думаю, это было что-то вроде детской влюбленности. Пожалуйста, не сердись на меня.

— Я ни на кого не сержусь.

Гарвин почувствовал себя очень усталым. Все, чего он хотел, это покинуть усадьбу и отправиться в одиночку — даже без Дарод — на какой-нибудь остров, где бы вообще не было людей. Где бы можно было только жрать и спать.

— Я пришлю кого-нибудь забрать мое барахло, — бросил Янсма, направляясь к двери.

— Гарвин, мы сможем по-прежнему оставаться…

Замок щелкнул прежде, чем Язифь успела произнести последнее слово.

Гарвин сбежал по огромным ступеням, размышляя о том, что не впервые покидает это место. Но на сей раз, почувствовал он, сердце вроде не так уж и разбито.

Офицер забрался во флаер, запустил двигатель и задумался о возвращении экспедиции.

Операция «Обвал» оказалась успешной. Экипаж «Большой Берты» встречали как героев. Все, кто был на борту, получили гражданство Камбры. Некоторые — гораздо больше, чем думал Гарвин — воспользовались этим преимуществом и решили организовать цирк, чтобы работать на Камбре, а когда появится такая возможность, то и в других системах. Среди таких оказался и Флим, который, наконец, нашел свое призвание в возне с канатами и парусиной и использовал неожиданную премию, чтобы выкупиться из Корпуса.

Дант Ангара предложил полную реабилитацию Лискеарду, но тот не был уверен, что хочет этого. Покамест капитан взялся доставить на Гримальди артистов, желающих вернуться домой. Все они изрядно разбогатели на своих контрактах и неожиданных премиях от «Миллазин Майнинг».

Что до Ньянгу… Они с Маев тихо расстались, поскольку Маев выкупилась из Корпуса и объявила о намерении вернуться в школу.

Иоситаро, как ни странно, сообщил Гарвину о своем намерении отправиться в знак печали рыбачить в какую-то крохотную деревушку на побережье. Он приглашал друга присоединиться, уверяя столь же таинственно, что «Дейра, вероятно, поделится подружкой, если сама не замужем, а если и замужем, то, клянусь, никакой разницы».

Гарвин пожал плечами. Может быть… А может, и нет. Уединенный остров манил все больше.

Он осознал, насколько изменился, даже постарел — на редкость мелодраматическая мысль для того, кому не исполнилось еще и тридцати. Он залез в армейскую ловушку, и теперь оказалось, что она за ним захлопнулась. Молодой человек еще не понял, нравится ему эта перемена или нет.

Гарвин уставился вверх сквозь купол флаера на ночное небо и звезды. За ними, притягивая его сильнее всего, что он когда-либо знал, лежала рассыпанная головоломка — Конфедерация.

69
{"b":"2577","o":1}