ЛитМир - Электронная Библиотека

- Я уже в десятый раз спрашиваю: куда мы едим?

- А я в десятый раз отвечаю: скоро узнаешь. - Посмеиваясь надо мной ответил Ник.

Я раздраженно рыкнула и пихнула спинку сиденья Ника. Он лишь негромко рассмеялся и повернулся ко мне лицом.

- Мне нравятся твои выходки, честно, и я ничего не имею против них, но у Генри нет моего ангельского терпения и чувства юмора, так что в следующий раз, когда пнешь ногой в кожаную обивку его машины, ты поедешь в багажнике. - Высказав все это, он мне подмигнул и развернулся обратно.

Я выпучила глаза и перевела взгляд на Генри. Мне не было полностью видно его лицо, но от меня не утаилось, как уголок его рта подрагивал, будто он сдерживался, что бы не улыбнуться.

- Ну да, он не посмеет. - Я посмотрела в зеркало заднего вида одновременно с Генри. В его взгляде было веселье и обещание, что он именно так и поступит.

- Да пошли вы. - Наконец, нашлась, что сказать я. И откинувшись на спинку сиденья, переключила всё своё внимание на мелькающий за окном машины город. Чикаго, прекрасный Чикаго!

" - Энн, ты уже решила в какой колледж будешь подавать документы?

- Нет ещё, Стейси. Но я точно знаю, что это будет большой город. Может Нью-Йорк или Вашингтон, Сан-Франциско, Лос- Анджелес.

- О! Так ты у нас городская девочка а?

- Хватит смеяться, Стейси, я серьезно!

- Ладно, ладно, Городская девочка. Почему большие города?

- Ты шутишь? Я люблю города! Весь их ритм, постоянное движение, энергия, я действительно мечтаю об этом. А такие маленькие городишки, как этот,в котором я выросла, они... скучны. Все одно и то же каждый божий день, тут и шага не ступишь, как наткнешься на знакомого, и здесь всегда все и всё о друг друге знают. Никакой свободы.

- О, а я знаю ещё одно преимущество! Богатые и знаменитые парни! Их ведь пруд пруди в больших городах, так что не мала вероятность зацепить одного из них!

- О, мой бог, Стейси. Кто о чем, а ты всегда о парнях.

- Хм... А, как насчет Чикаго?

- Чикаго?

- Да, Чикаго. Помнишь,два года назад, когда у мамы начался кризис среднего возраста и она начала выносить папе мозг, он решил свозить нас в небольшое дорожное путешествие?

- Да, да, помню. Жаль, что мне не удалось тогда с вами поехать, я была в Виргинии у бабушки Сью.

- Точно. Так вот, одним из городов на нашем пути был Чикаго, и конечно же, мы посетили в нем все его знаменитые места, ну и не только. Миллениум Парк и Линкольн Парк были просто великолепны, а Уиллис Тауэр* (примечание: Самый высокий небоскреб в США.) просто невероятен, нет, правда, в этом здании свыше ста этажей!

- Это, конечно, круто, но я не понимаю.

- Я ещё не закончила. На двадцать седьмой улице, где-то в паре кварталов от Нэви Пиэр* (примечание: Пирс, расположенный в самом центре Чикаго. Одно из главных мест отдыха и развлечений в Чикаго) есть один памятник. Там прямо на улице стоит мраморная девочка с зонтиком. Энн, это была самая классная скульптура, что я когда-либо видела! Та девочка, она как будто просто гуляла в дождливую погоду, а потом раз и застыла, стала твердой, как камень. Я не умею красиво говорить, и не смогу по настоящему тебе передать свои чувства в тот момент, когда я её увидела.

- И это всё? Я должна выбрать Чикаго из-за каменной девочки?

- Там была одна женщина. Пожилая женщина, которая стояла и плакала, глядя на эту девочку. Мне стало интересно, и я подошла к ней ближе. Женщина оказалась очень милой, она сказала, что эту скульптуру создала ее дочь. Она как и многие, приехала в Чикаго в поисках лучшей жизни, что казалось ей легко доступным желанием, так как она была талантлива. Но прошли многие годы перед тем, как ее заметили, многие годы нищеты и несчастий, и вот, когда у нее пошли дела в гору, ее работы начали скупать за огромные деньги, произошел несчастный случай, её сбила машина. Какой-то в стельку пьяный мужчина не справился с управлением в дождливую погоду и заехал прямо на тротуар, где и сбил свою несчастную жертву. Прямо там, на той самой улице, где и стоит сейчас скульптура. Эта женщина, её мать, смогла добиться того, что бы эту скульптуру поставили на место гибели ее дочери, как памятник. Говорят, что, если дотронуться до ручки зонтика этой девочки, то всё к чему ты очень сильно стремишься обязательно сбудется, а все страдания обязательно вознаградятся. И это, что-то вроде памятника всех, кто приезжает в большие города за другой жизнью.

- Стейси, это...

- Речь не о колледже, ты просто должна там побывать, Энн, и дотронуться до того зонтика. Всего лишь дотронуться, даже не имея стремлений или страданий, просто увидеть её, Анна... Когда-нибудь."

- Неужели тебя так расстроила перспектива ехать в багажнике? - На этот раз Ник не оборачивался назад, он просто посмотрел на меня в зеркало заднего вида.

- Что? Ох, нет. Все в порядке. Почему ты решил, что я расстроена? - Немного поморгав, чтобы скрыть закрадывающиеся слезы, ответила я и посмотрела в ответ на него в то же зеркало. Неудачное я выбрала время, что бы поддаться воспоминаниям.

- Твои глаза. - Чуть помедлив ответил Ник. - Они были голубыми, а сейчас, темно-зеленые, цвета рождественской ели.

- Это ничего не объясняет. Может быть я злилась, откуда тебе знать?

- Ну, ты действительно выглядела печальной и грустной.

- Когда ты злишься или сильно раздражена, твои глаза темно-голубые, как... небо перед грозой. - Неожиданно сказал Генри. Я с удивлением посмотрела на его профиль. Как всегда не единой эмоции, он просто констатировал факт и ничего больше, чем моя физиологическая особенность, под этим не подразумевалось. Ну, я так думаю.

- Что ж, привыкайте к этому цвету, так как это обычное моё состояние. - Забросив попытки разгадать головоломку с названием "Генри", в своей дерзкой манере ответила я.

- А мне не терпится увидеть, в какой цвет изменятся твои глаза, когда ты будешь испытывать другие чувства: радость, веселье, адреналин, азарт... страсть.

- Ха. И ещё раз Ха. Вы у меня любопытства-то не вызываете, какой уж там азарт, а всё остальное и подавно. - Нарочно проигнорировав его намеки, как можно небрежнее ответила я.

- Ты поехала с нами, так что адреналин, может и азарт, тебе обеспечены, будь уверена. В нашей работе без этого никак. - С наигранной гордостью ответил мне Ник.

- Кстати, о вашей работе. Как вы давно этим занимаетесь?

В машине повисла тишина. Ко мне в голову пришла мысль, что я не единственная несчастная на свете, у которой прошлое вызывает лишь боль, и поэтому решила быстро исправиться:

- Ох, если это запретная или малоприятная тема, то извините.

- Ничего. - Ответил Ник. Генри продолжал хранить молчание. - Все в порядке. Я всю жизнь почти этим занимаюсь. Мой отец - после того, как встретил маму. Она ввела его в закулисную жизнь, открыла глаза и показала настоящих хозяев мира. Когда, я подрос достаточно, что бы воспринять эту информацию, отец рассказал мне. Я сразу решил, что не буду оставаться в стороне и позволять этим мерзавцам безнаказанно творить всё, что пожелают. Вот в общем-то и все.

- Вау, похвально. А как насчет тебя, Генри? Какова твоя история? - Не знаю почему, но мне ужасно хотелось услышать его историю. Хотелось получить хоть небольшую подсказку, что бы понять откуда хотя бы начинать разгадывать эту головоломку. Я знаю, что не зря включила Генри в список людей, которые могут находиться в курсе моих способностей, тем самым я включила его в список людей, которым могу доверять. Возможно глупо, но я никогда не ошибаюсь в людях, это тоже одна из моих индивидуальных черт, которая очень часто помогала мне в жизни ещё до случившегося год назад, я привыкла полагаться на эту способность.

- Для меня это одна из малоприятных тем. - Ответил Генри, и все мои надежды узнать о нем хоть что-то развалились. - Но не из запретных. - После недолгого молчания, добавил он.

19
{"b":"257705","o":1}