ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Харви и Сефтон, сидя рядом, тихо переговаривались.

— Как ты могла написать мне такое письмо! Мы же только что нашли друг друга!

— Где Алеф, ты не знаешь?

— Разумеется, я ничего не знаю! Ты что, с ума сошла?

— Харви, я же серьезно говорила, что мне надо остаться одной, я должна побыть в одиночестве. А сейчас еще эта ужасная неизвестность с Алеф.

— Алеф тебя волнует больше, чем я!

— Харви, я хочу, чтобы ты подумал об Алеф, серьезно подумал о том, что она значит для тебя… и для меня. Мы не можем просто так…

— Ты хочешь разыграть меня с Алеф, ищешь предлог, чтобы порвать со мной, ты думаешь, что все это было миражом… Сефтон, ты причиняешь мне ужасную боль.

— Мне тоже очень больно, но я хочу, чтобы ты продолжал общаться с Алеф, как раньше…

— Но теперь же все изменилось!

— Я хочу, чтобы ты объяснился с ней. Возможно, она просто ждала и надеялась. В любом случае, мы еще слишком молоды, мы слишком поторопились, и я не хочу увязнуть в этом с головой. Господи, ну неужели ты не понимаешь?

— Ничего я не понимаю. Неужели ты хочешь предложить меня Алеф, а если она откажется, то тогда ты примешь меня?

— Какой ужасный разговор, прости, это все моя вина, мне не следовало… Ну прошу тебя, только держись от меня подальше, постарайся простить меня и не сердись, это невыносимо…

— Сефтон, ты убиваешь меня.

— Разве тебя не волнует, что могло случиться с Алеф?

— Послушай, я люблю тебя! Может быть, она отправилась к Питеру Миру? Порой люди ведут себя как безумные.

— Беллами и Эмиль тоже ничего не знают, — сообщила Луиза, вернувшись в кухню.

— Харви думает, что она могла поехать к Питеру Миру, — обратилась к ней Сефтон. — Питер, кажется, влюбился в нее.

— Возможно, они договорились, что она приедет в условленное место, — добавил Харви, — и он присоединится там к ней. Безусловно, он слегка не в себе.

— Он подарил ей бриллиантовое колье, — сказала Сефтон.

— Правда? — удивился Харви.

— Как вы думаете, не позвонить ли мне в эту клинику? — спросила Луиза.

— Нет, — ответила Сефтон, — Харви несет чушь.

— Не думаю, что это такая уж чушь, надо позвонить им.

Луиза вернулась в прихожую. Мой уже спустилась и сидела на ступеньках.

Сефтон отодвинулась от Харви, они сидели совсем рядом, и она с трудом сопротивлялась его влиянию. Потом она решительно встала.

— Какое-то безумие. Мы все уже сходим с ума. Должно быть, так оно и есть. Алеф поехала к каким-то друзьям, как и предположила Конни. Ей просто надоело жить тут у всех на виду, под нашим пристальным наблюдением.

На пороге кухне появилась Луиза.

— Они отказались дать мне хоть какую-то информацию. Заявили, что не обсуждают дела их пациентов по телефону. О боже, что же нам делать, мы должны что-то предпринять!

— Может быть, она у Клемента? — предположил Харви. — Это кажется вероятным, учитывая все, что…

— Что учитывая? — перебила Сефтон.

— Клемента нет дома, — сказала Луиза, — Я собираюсь звонить в полицию.

— О нет, Луи!

Сефтон вышла вслед за Луизой в прихожую и опустилась рядом с Мой на ступеньки. Мой вся дрожала. Сефтон обняла ее.

Луиза позвонила в полицию, ее выслушали и ответили, что к ним не поступало никаких сообщений о серьезных несчастных случаях или нападениях. Они записали ее номер телефона и обещали позвонить, если что-то выяснят.

Харви вышел из кухни. Мой уже начала подниматься по лестнице.

— Я ухожу, — прошептал Харви Сефтон, — Проводи меня немного. Пожалуйста, — Он повернулся к Луизе: — Мне уже пора домой.

— О Харви, ты не хочешь остаться на ужин? Сейчас ведь почти время ужина, даже не знаю, я в полной растерянности…

— Извините, я должен идти.

— Как ты доберешься до дома? Давай я вызову такси.

— Нет, спасибо. Я пройдусь. А потом поймаю такси.

— Я пройдусь с тобой, — заявила Луиза, — прогуляюсь немного. А Сефтон подежурит на телефоне. Давай, где тут у нас твоя куртка, где мое пальто? На улице ужасно похолодало, да еще и туман сгустился.

Дверь открылась, и в дом хлынул поток морозных и мглистых частиц тумана. Сефтон жалобно, как птица, что-то тихо вскрикнула. Харви спустился с крыльца вслед за Луизой. Съежившись в своих зимних одеждах, они задохнулись от резкого морозного воздуха и осторожно пошли по скользкому тротуару. Луиза взяла Харви под руку.

— Харви, ты же понимаешь, что давно стал членом нашей семьи. Мы все очень любим тебя. Мне хотелось бы, чтобы ты считал наш дом своим родным. Не расстраивайся, Харви, дорогой мой мальчик. Я уверена, что завтра Алеф вернется и все объяснится.

— Я надеюсь, что вы сами не станете понапрасну расстраиваться, — сказал Харви, — С ней все будет в порядке, она вполне может постоять за себя.

— Да, безусловно, вы уже выросли и поумнели, и ты так хорошо понимаешь ее, вероятно, гораздо лучше, чем я, вы стали очень близки друг другу. Почему ты вдруг решил, что она могла поехать к Клементу?

— Ох, да я просто высказал очередное предположение. Он ведь тоже нам как родной.

— Пожалуй, да, конечно. Смотри, вон едет такси, помню, ты говорил, что у тебя с ними что-то вроде телепатической связи! Спокойной ночи, мой славный мальчик, будем поддерживать связь, не переживай. У тебя хватит денег расплатиться? — Луиза обняла Харви и дважды поцеловала в холодную щеку.

Она побрела обратно к дому, следуя по их же следам, которые еще четко выделялись на густо припорошенном снегом тротуаре. Луиза вышла без ключей, но Сефтон лишь прикрыла дверь, поставив замок на предохранитель, и она легко открылась при повороте ручки. Луиза закрыла дверь, сняв замок с предохранителя, и задвинула засов. Кухня опустела. Она вновь безуспешно попыталась дозвониться Клементу. В прихожей появилась Сефтон.

— Сефтон, пойдем перекусим что-нибудь.

— Спасибо, не хочу, я уже съела сэндвич. И Мой тоже отнесла перекусить. По-моему, она легла спать. Кстати, чайник только что вскипел.

— Ну хоть ты-то не уходи спать! Пойдем, посидишь со мной на кухне.

— Извини, Луи, я ужасно вымоталась, просто падаю от усталости.

Луиза залила кипятком свежую порцию листового чая и вдохнула его успокаивающий, знакомый аромат. Сделав сэндвичи, Сефтон не убрала со стола хлеб, масло и сыр, а от дневного чаепития осталась еще вазочка с печеньем. Сефтон уже закрылась у себя в комнате. Луиза вышла из кухни и начала подниматься по лестнице. Дойдя до третьего этажа, она обнаружила плачущую Мой, которая сжимала в руке несъеденный сэндвич.

— Мой, малышка, не надо плакать. Пойдем, посиди со мной. Я приготовлю тебе ужин. Ничего ведь не случилось, все будет хорошо.

— Да… я надеюсь… ох, мне ужасно плохо. И я отчаянно скучаю по Анаксу.

— Пойдем вниз, поедим что-нибудь.

— Я не могу ничего есть. Просто пойду и лягу спать. Ох, прости… мне почему-то очень грустно…

Мой встала и, поднявшись на последние несколько ступенек, исчезла в темноте верхнего этажа.

Луиза вернулась на кухню и налила чаю в кружку. Она подумала: «Случилось нечто ужасное, и дети знают об этом». Убрав масло в холодильник, она взяла кружку и поднялась по лестнице. Дверь в комнату Алеф была открыта. «Мне следует обыскать ее комнату», — решила Луиза, но вместо этого прошла в свою спальню и выглянула в незашторенное окно, безотчетно надеясь увидеть Питера Мира на том самом месте, где он когда-то стоял. Дверь своей спальни Луиза оставила открытой, боясь и надеясь услышать телефонный звонок. Сев на кровать в своей затемненной комнате, она сделала глоток чая, но он был еще слишком горячим.

«Вот и кончилось счастье, — подумала Луиза, — и будущее окутано пеленой тумана».

— Где же Кора? — спросил Клемент.

— Кажется, пошла спать.

— Так рано? Ах, все понятно… Она решила оставить нас наедине.

— По-видимому, так, милый Арлекин. Какой же ты простодушный!

— Она пригласила меня на «званый ужин». И я полагал, что нас будет по крайней мере трое!

120
{"b":"257730","o":1}