ЛитМир - Электронная Библиотека

Ева Весельницкая

Сильная – уязвимая я. Особенности женского интеллекта

Введение. Возлюби себя

Вам никогда не случалось проснуться утром в своей постели, в своей давно знакомой квартире и вдруг почувствовать, что все, что было таким привычным и удобным еще вчера, когда вы ложились спать, как-то изменилось? И цвет штор в спальне какой-то несимпатичный. Выгорели что ли? И ковер нелепого рисунка. Как я могла его купить? И муж давно не улыбается по утрам. А сама-то на кого похожа? Может волосы перекрасить? А уж шкаф лучше не открывать: как я вообще ношу эти тряпки?

Но проходит минута-другая, время торопит. Надо вставать, надо собираться на работу, надо, надо, надо. А там понесло, закружило по привычным рельсам и маршрутам. И если промелькнет в суете и привычном ритме дня воспоминание об утренних тревожащих мыслях, отмахнешься – что за чушь в голову пришла? Оглянешься вокруг. Да вроде нормально все, привычно, как всегда. И забудешь о них. Здравый смысл поможет. А то, что на душе как-то неуютно, так это погода, да и давление скачет. В самый раз у нас шторы, и ковер отличный. А муж? Да нормальный муж, тоже, наверное, с утра еще не очень проснулся, вот только что эсэмэску прислал, настроением интересуется. Все нормально. Все привычно.

Никому доподлинно не известно, кто и когда первым произнес расхожую фразу «Не дай вам бог жить во времена перемен», но оказалась она очень удачной и полезной. Приписали ее человеку непростому, авторитетному, одному из первых специалистов в создании управляющих систем, Конфуцию.

И большинство из нас время от времени вытаскивает ее из закромов памяти, гордясь тем, что в оправдании своей лени и нежелания внести в свою жизнь хоть какие-то изменения мы можем опереться на освященную тысячелетиями мудрость. Универсальный текст, действует как дорожный знак «кирпич», категорически запрещая проезд неожиданным желаниям, мечтам и порывам. Только размечталась ремонт затеять, передвинуть, переехать, а тут как тут тихий шепот: «Не дай вам бог жить во времена перемен», – только представь, что начнется, сколько хлопот, нервов, а еще непонятно, что получится и будет ли оно лучше того, что есть.

Вот только мучает меня один вопрос: почему песня одного совсем не древнего, но очень талантливого человека по имени Виктор Цой, звучит и звучит, и не кажется старой и неактуальной.

Перемен
Требуют наши сердца,
Перемен
Требуют наши глаза,
В нашем смехе,
и в наших слезах,
И в пульсации вен
Перемен!
Мы ждем перемен.

Может, потому что и у нас ум с сердцем не в ладу? И не соглашается душа с боязливым здравомыслием.

Я прекрасно слышу возмущенные голоса и разумные аргументы, которые напоминают о важности стабильности, о необходимости уверенности в завтрашнем дне, которые так нужны для процветания государства и психологического здоровья его граждан. Слышу и даже не возражаю, хотя очень хочется напомнить, что стабильность без перемен ведет к стагнации, консерватизму и вырождению, и как чрезмерная адаптированность ведет к ущемлению потребности в эмоциональном контакте, потере смыслов и возможности творческой реализации.

Однако эта книга пишется не для рассмотрения и исследования социальных проблем, она пишется для отдельных людей, а еще точнее – для каждой женщины, у которой хоть раз в жизни мелькнула мысль или возник вопрос: есть ли у моей жизни хозяин и кто он?

Вот она, мысль, вот он, вопрос, вот он, первый шаг по дороге к бесстрашию. Как это связанно с изречением Конфуция? Да самым прямым образом: пока нас пугали переменами, которые от нас не зависят, которые случились или организованы кем-то извне, мы смешали их с изменениями внутренними, с переменами, которые могли бы сами организовать в своей жизни. И мы, укрывшись древним изречением, как дети одеялом, решили на всякий случай бояться всего подряд. Бросая на весы, с одной стороны, страх перемен, а с другой, пусть не очень счастливые, но привычные обстоятельства, стыдливо выбираем привычку. На этот случай тоже нам приготовили прекрасную цитату: «Привычка свыше нам дана, замена счастию она». Выдрали слова из контекста: кто, когда, почему сказал – какая разница? Но как успокаивает!

Честное слово, я не люблю революций и социальных катаклизмов и никому не желаю попасть в горнило хаоса, которое они порождают, но я хочу попытаться перевести стрелки внимания с озабоченности внешними обстоятельствами, которые чаще всего от нас не зависят, на интерес к обстоятельствам внутренним, которые могут и должны зависеть прежде всего от нас.

Эта книга для женщин, для нас, которым сама природа вручила дар отличать живое от мертвого, жизнеспособное от того, что никогда живым не станет. Особенности женской природы и женского интеллекта делают нас специалистами в области отношений. И поэтому, когда я говорю о переменах, никоим образом не призываю к революциям и социальной борьбе. Это вообще не моя территория. Я говорю о возможности, порой необходимости и несомненной благотворности работы души в содружестве с интеллектом. Я говорю о работе по смене отношения: к себе, к жизни, к обстоятельствам. Я считаю именно эти перемены живительными и эффективными. Ведь мы прекрасно чувствуем, что привычка мертва и убийственна для отношений, любых отношений: к себе, к близким, к красоте природы, к снежинке на ладони и нежной мелодии, услышанной случайно в грохоте огромного города. Я предлагаю возлюбить перемены и тем самым попытаться избавиться от навязанного неизвестно кем страха.

Это действие не может быть коллективным, это момент частной, внутренней жизни, наедине с собой.

И получается, что предложение тревожит и напрягает по причине того, что реализовывать такие идеи, заниматься собственным внутренним миром, отвоевывать собственную жизнь у внешнего мира можно только в одиночку. Вопрос: «То, что я считала до сих пор „надо“, действительно ли оно мне надо?» – задавать очень страшно.

Конечно, это тоже особенности женской натуры, потому что адаптация-то высока. Большинство женщин испытывают муки нравственные, а иногда и просто физические, оказываясь перед необходимостью выбросить старые, ненужные вещи, сношенную обувь, платье, которое уже никогда не наденут, разбитые, треснутые, склеенные чашки, подгоревшие кастрюльки. Даже это бывает трудно самостоятельно, собственной рукой из своего мира удалить – вдруг пригодятся! Вдруг разрушится что-то, станет же не так, как было. Вдруг что-то такое из-за этого переменится и безвозвратно уйдет, отомрет. А то, что полный шкаф мертвечины, а то, что подгоревшая кастрюлька – это маленький кусок мертвой ткани, что разбитые чашки, отжившие вещи – это то, что уже засохло, отцвело и требует помойки, как мертвое, – мы знаем и чувствуем, конечно. Но боимся трогать, обманывая себя тем, что, может, оно как-нибудь оживет, то есть я похудею и опять начну носить это платье. Я вспомню мечты своей юности и перешью это пальто. Я куплю какое-нибудь новое чудодейственное средство и отмою эту кастрюльку, она будет как новая. Цветы были такие красивые… Правда, они уже засохли, и от воды как-то нехорошо пахнет, но я же выброшу воспоминания, обижу человека, который мне их подарил. Может, мне больше никто никогда цветов не подарит, может, это последние цветы!

Так оборачиваются против женщины особенности ее же интеллекта. Женщина – существо, предназначенное для того, чтобы быть экспертом в живом и неживом. Между прочим, без мучительных трудов, предлагаемых биологической наукой, которая так до сих пор и не может сообщить нам, что же такое жизнь и как отличить живое от неживого. Существо, которое самой данностью, самой природой определено экспертом по этому вопросу – ну должен же кто-то это уметь, пока ученые будут корпеть и создавать свои логические конструкции, – так запугано миром здравомыслия, так заковано в броню правильных «надо» и здравомыслящие соображения по поводу гарантированного будущего, что боится изменить положение вещей в шкафу и выбросить старые туфли. Потому что боится, что это изменит ее гарантированное будущее. Так уже как есть, вроде как хорошо.

1
{"b":"257745","o":1}