ЛитМир - Электронная Библиотека

Лори посмотрел на друга без особого энтузиазма:

– Ты шутишь или это правда?

– Правда! Даже доктор Льюис должен вот–вот к нам зайти – с отчетом Уилкоксу.

– А почему они не занимаются этим в полицейском участке?

– Потому что в полицейском участке сейчас работают эти типы из санитарной службы – ну, из–за нашествия тараканов. Черт возьми, Лори, да проснись же ты наконец!

– А у вас тоже тараканы?

– Нет; да и вообще, плевать я хотел на тараканов; ты что, не слышишь, что я тебе говорю? Сибиллу Дженингс убили.

– А у нас на кухне их полно. Мама уехала за продуктами, а так все ругалась и ругалась из–за этого, когда я из школы пришел. Знаешь, то, что случилось с Сибиллой, не слишком–то меня удивляет.

Лори задумчиво почесал в голове. Джереми раздраженно переминался с ноги на ногу. Наконец Лори, решившись, выпалил на едином дыхании:

– Компьютер это предсказывал.

– Что?

– Да, компьютер.

– Врешь.

Лори помотал головой:

– Не стоит говорить так, я никогда никому не лгу. Да, компьютер и в самом деле это предсказал. Что сегодня должна умереть какая–то девушка. Белая. Так показали цифры.

Джереми пожал плечами:

– Ох, прекрати, мне это уже поднадоело. Может, зайдем лучше ко мне под предлогом пожрать? Заодно мы могли бы подслушать все, что будет говорить доктор Льюис.

Лори протер глаза:

– Я немного устал; все–таки целых два часа подряд разговаривал с Джимми.

– С Джимми?

– Так я называю свой компьютер; тебе кажется, что это не слишком подходящее для него имя?

– Да плевать мне на имя этой дурацкой машинки! Что с тобой в конце–то концов, Лори?!

– Похоже, мои родители собираются развестись.

– С чего ты это взял?

– Сегодня утром я слышал, как мама в ванной кричала: «Убирайся, убирайся вон, я не хочу больше тебя видеть, ты мне противен со своей вечной ложью, я ненавижу тебя!»; если бы ты только слышал, каким тоном она это сказала: «Я ненавижу тебя», – у меня мурашки по коже побежали.

– Может, она какую–нибудь театральную пьесу репетировала?

Лори с упреком посмотрел на друга:

– Ох, Джем, слушай, ты хоть бы иногда спускался с небес на землю!

– И это мне говоришь ты, Лори?

На подъездной аллее послышался звук колес; мальчики обернулись. На гравии возле дома остановился зеленый «форд», и миссис Робсон принялась извлекать оттуда целые кучи пакетов. Помада у нее на губах размазалась больше обычного, а парик, похоже, немного съехал набок. Она как–то косо глянула на Джема, и тот поспешил ретироваться:

– Ладно, уже поздно; мне пора… Мэм, может, вы разрешите Лори зайти сегодня ко мне поужинать, ведь теперь каникулы…

Миссис Робсон внимательно рассмотрела огромный баллон аэрозоля для уничтожения тараканов, слегка встряхнула его и лишь затем своим тягучим голосом ответила:

– Ну что ж, почему бы и нет; как ты на это смотришь, Лори; если ты согласен, я могла бы немного отдохнуть…

Джереми на мгновение представил себе отдых миссис Робсон в компании целого ящика виски. Лори вздохнул:

– О'кей, я постараюсь вернуться вовремя.

И они ушли, оставив миссис Робсон в одиночку сражаться с привезенной ею кучей пакетов; ее фигура на высоких каблуках слегка покачивалась в дверном проеме, словно некое мерцающее видение.

Дед приготовил на ужин кукурузное пюре с ветчиной, жареную картошку и кофе. Теперь, устроившись на прохладной веранде, он о чем–то беседовал с Уилкоксом. Джем и Лори, выудив из холодильника по бутылке кока–колы, устроились в кухне поужинать.

– Видишь ли, Леонард, не нравится мне все это. Не люблю я никаких убийств. Есть фараоны, которые чуть ли не наслаждаются ими. Такое не по мне. Лично я могу получить наслаждение, лишь наблюдая за восходом солнца. Меня очень огорчает, что эта девчонка умерла. Даже если она и в самом деле была распоследней из шлюх.

Джем с Лори дружно прыснули со смеху, чуть не подавившись кукурузным пюре. Это же просто гениально, что полицейский участок оккупировали полчища тараканов: им теперь доведется стать свидетелями самого настоящего расследования. И отнюдь не по делу о краже кур. По делу об убийстве!

– Ты виделся с ее родителями? – спросил Дед, теребя бороду.

– Что поделаешь: обязан был… Невелико удовольствие. Бедняга Уэс, похоже, с кулаками на меня готов был наброситься. Да и Эмма тоже оказалась не в лучшем состоянии. По их мнению, Сибилла ни с кем не гуляла, никаких наркотиков не принимала, не курила, не пила – ну разве что жвачку иногда жевала… Ни дать ни взять – нечто вроде Святой Девы. И что я мог им сказать? Что она каждую субботу вечерком трахалась с кем–нибудь на заднем сиденье их собственного «бьюика»?

– А что этот парень – Том, как бишь его там?

– Хуган? Я допросил его. Утверждает, что весь вечер провел с приятелями в кинотеатре для автомобилистов. Приятели это подтверждают, что, впрочем, ничего не доказывает. Два точно таких же засранца, как он, – вечно под кайфом. Их здесь прозвали «Три прыщекера» – из–за вечных прыщей. Мать его закатила мне самый настоящий скандал: она, мол, близкий друг нашего всеми любимого мэра и т. п. Я сказал ей, что мне очень жаль, но в отсутствие Руди единственным представителем власти являюсь именно я; а еще сказал, что не стоит слишком уж волноваться, по–моему, у этого парня вряд ли хватило бы пороху, чтобы выкинуть подобный номер. Он, конечно же, воображает себя очень крутым парнем, стоящим вне закона, – по той простой причине, что иногда курит «травку», но я лично не думаю, что он способен когда–либо зайти дальше этого. На всякий случай запретил ему выезжать из города. На данный момент главное – не нагнетать напряжения. И все же я предпочел бы, чтобы Руди был сейчас здесь – дабы несколько сгладить атмосферу.

Руди Джонсон, всеми любимый мэр Джексонвилля, накануне уехал в Юту – хоронить свою несчастную маму. Этим предлогом он воспользовался еще и для того, чтобы немного отдохнуть – порыбачить где–нибудь в полном одиночестве.

– Не нагнетать напряжения… Это будет не слишком просто, в такой–то дыре. Готов поспорить, что все в городе только об этом теперь и говорят… – покачав головой, заметил Леонард.

– Знаю. К счастью, я вполне могу рассчитывать на то, что Биг Бюргер не станет расписывать свою находку во всех деталях. И один Бог ведает, что…

Раздался автомобильный гудок, и какая–то машина затормозила, въехав во двор. Затем послышался вполне благовоспитанно звучавший голос:

– Добрый вечер, Леонард; добрый вечер, шериф; ну и жара, скорей бы зима наступила, что ли!

– Хотите пива, док?

– Нет, спасибо, спиртного я не пью; может, у вас найдется стакан холодной воды?

– Джем, принеси–ка воды со льдом доктору Льюису.

Джереми налил стакан воды, бухнул туда целую горсть льда и отнес доктору. Льюис был высоким, тощим и рыжим, с типично докторским лицом, всегда серьезным голосом и квадратными очками на носу. Джем подумал, что он, наверное, специально придает себе такой вот типично докторский вид, чтобы произвести неотразимое впечатление на свою клиентуру. Затем вспомнил о том, что доктор Льюис служит в местном морге, а стало быть, у клиентуры его нет другого выбора: ни один из его клиентов никогда его даже не видел. А чтобы не быть заподозренным в желании подслушивать чужие разговоры, Джем сразу же вернулся на кухню, где Лори накладывал себе уже вторую порцию кукурузного пюре.

– Скоро ты станешь таким, же толстым, как твой отец.

– Отцу моему чихать на тебя, сметанная рожа.

Тут через тонкую перегородку послышался хорошо поставленный голос доктора Льюиса:

– Я обследовал тело; не знаю, могу ли я говорить об этом в присутствии Леонарда…

– Продолжайте, док; Леонард у нас глух, как тетерев.

Леонард вежливо улыбнулся, как бы подтверждая справедливость сказанного.

Льюис прочистил горло, а Джем подумал: «Ну и комедиант!»

– По правде говоря, такого за многие годы работы мне видеть еще не доводилось. Я имею в виду такой… звериной жестокости. Все внутренние органы изорваны и частично, я бы сказал… сожраны.

5
{"b":"257746","o":1}