ЛитМир - Электронная Библиотека

– А почему мисс Мак–Картри не сказала мне, что собирается в Мэрипорт?

– Да просто–напросто она вам не доверяет… и потом, ей так хочется натянуть нос полиции! Понимаете, на кон поставлена ее репутация!

– Моя – тоже, – кротко возразил инспектор.

– Ну, позвольте заметить, уж на это мисс Мак–Картри совершенно чихать!

Даже леди Годива, узнав от своего мужа Леофрика, графа Честерского, при каком условии он согласен выполнить ее просьбу и облегчить бремя налогов в Ковентри[29], вряд ли испытала больший стыд, нежели Элизабет Мак–Грю, когда супруг передал ей требование мисс Мак–Картри. Сначала она отказалась, но миссис Шарп, миссис Фрейзер и миссис Плери умолили подругу принесли себя в жертву и спасти таким образом их честь и свободу. Да и Уильям ясно дал понять, что не потерпит никаких уверток. Несчастная попыталась выторговать последнюю милость:

– Мо…жет быть, я пойду туда сегодня ночью?

Но Мак–Грю стоял на смерть.

– Нет, Элизабет, вы пойдете немедленно!

Само собой разумеется, весь Каллендер был уже в курсе и, когда Элизабет в большом фартуке вышла из своей бакалеи с горшочком краски и кисточкой в руках, десятки любопытных глаз следили за ней сквозь занавески. Миссис Шарп, миссис Плери и миссис Фрейзер решили не покидать подругу, и печальное шествие четырех женщин с низко опущенными головами через весь город принесло Иможен Мак–Картри больше славы, чем все ее прежние подвиги. Земляки восхищались великодушием амазонки и изяществом отмщения. В «Гордом Горце» сияющий Тед Булит произносит тост за тостом в честь несравненной мисс Мак–Картри. А жене, старавшейся проскочить на кухню понезаметнее, он во всеуслышание объявил:

– Ну, Маргарет, теперь ты убедилась, что мисс Мак–Картри – не из тех, кто молча глотает обиды?

Хэмиш Мак–Рей не сразу сообразил, какова связь между четырьмя женщинами, которых он обогнал по дороге к Иможен, и надписью на садовой ограде. Узнав от мисс Мак–Картри, как обстоит дело, репортер не мог сдержать восторга. Теперь он сможет добавить к своей «саге» новый и, пожалуй, лучший, эпизод. Мак–Рею не терпелось поскорее сесть за машинку.

– Вы очень любезны, Хэмиш, но сейчас важнее всего покончить с нашей проблемой.

Миссис Элрой попыталась переманить журналиста на свою сторону.

– Прошу вас, сэр, уговорите ее не вмешиваться во все эти жуткие истории! В конце концов ее–таки убьют! Ну, и на что я буду похожа, когда мне придется вместо девушки показывать своему родичу Ангусу бездыханное тело?

Но Мак–Рей не только не хотел перечить воле Иможен, а еще и очень удивился, вдруг услышав незнакомое имя.

– А кто этот Ангус, миссис Элрой?

– Троюродный брат милейшей Розмэри, – отозвалась Иможен. – Ей, видите ли, взбрело в голову выдать меня замуж!

– Но это же замечательно! Лучшего конца для моей «саги» и желать нечего!

– И не надейтесь, Хэмиш! Я так и умру незамужней…

И, указав широким жестом на украшавшие комод фотографии, она добавила:

– Но я никогда не буду одинокой – ведь они–то всегда со мной! Впрочем хватит говорить обо мне, давайте–ка вернемся к нашей загадке… Я много думала, Хэмиш. Несмотря на неудачу в Мэрипорте, я убеждена, что все началось именно там. Мортона, как и Ислу Денс, убили, чтобы помешать им сообщить что–то крайне важное. А хотим мы того или нет, единственная связь между этими двумя – «Рыба и Лошадь», гостиница в Мэрипорте. Согласны?

– Честно говоря… я совсем не представляю, что…

– Да подумайте же хорошенько, Хэмиш! Тут не так уж много вариантов. Мортон увидел Сайрета, которого считал покойником, и тот его убил. Не забывайте, что труп Сайрета сгорел… Вполне вероятно, что в машине сидел вовсе не он!

– Но зачем кому–то понадобилась такая сложная игра?

– Может, чтобы получить страховку?

– А вы не думаете, мисс, что в таком случае страховая компания самым дотошным образом все проверила и расследовала? Нельзя забывать и о миссис Сайрет. Она ведь сидела в той же машине и лишь чудом спаслась от смерти!

– Знаю… Но, возможно, страховка предназначалась не ей?

– Уверяю вас, что полиция давно добралась бы до этого человека.

– Разумеется. Все ваши возражения резонны, Хэмиш, и я сама себе их уже приводила… По правде говоря, на первый взгляд, никакие махинации тут вроде бы невозможны, но это наш единственный след – по нему мы и пойдем. А ничего не выйдет, придется мне проглотить унижение и рассказать о своих сомнениях полиции.

– Полиции? Но не вы ли уверяли меня, что Гастингс…

– Не беспокойтесь, я как–нибудь найду, с кем поговорить, кроме него. Видите ли, меня все больше смущает появление инспектора в Мэрипорте одновременно с Сайретами, тем более что он упорно не желает этого признавать. Линия Исла Денс – Гастингс подводит меня к еще одному предположению… но это так серьезно, что я даже не хочу об этом говорить, во всяком случае, пока не повидаюсь с миссис Сайрет. Короче говоря, вот что я решила: сначала я поеду в Лидс и собственными глазами взгляну на могилу Сайрета, оттуда схожу к родителям покойного и, наконец, встречусь с миссис Сайрет – мне не терпится задать ей несколько вопросов. Ну как, хотите отправиться со мной?

– Черт возьми!

– Тогда быстренько собираемся и выезжаем. В Лидс мы доберемся ближе к вечеру, так что заночевать придется там. Согласны?

– Вполне. Я только сбегаю за машиной и позвоню в газету, чтобы они знали, куда я девался, а потом, как обычно, буду ждать вас на дороге.

Выйдя из дома, мисс Мак–Картри убедилась, что Уильям Мак–Грю сдержал слово. Оскорбительная надпись исчезла под новым слоем краски. Теперь остается подождать маляров, которые заново выкрасят всю ограду за счет Элизабет. Иможен улыбнулась от удовольствия: возмездие за коварный выпад настигло врага почти мгновенно. Но как человек глубоко порядочный мисс Мак–Картри всегда скрупулезно выполняла обещания, поэтому попросила Мак–Рея отвезти ее в полицейский участок и подождать, пока она заберет жалобу.

Иможен застала Мак–Клостоу за разговором с инспектором Гастингсом.

– Прошу прощение за беспокойство, джентльмены, но я уезжаю и не могу ждать…

Сержант хмыкнул.

– Мне очень жаль, мисс, но вам придется либо подождать, либо зайти попозже.

Инспектор поспешил уладить дело, прежде чем Иможен вышла из себя.

– Наш разговор можно отложить на потом, сержант. Почему бы вам не выслушать мисс Мак–Картри?

Арчибальд покорно вздохнул.

– Ладно, раз вы настаиваете… Ну, что еще стряслось, мисс?

– Я забираю жалобу, которую подала вам сегодня утром.

– Ну, это уж слишком! Да за кого ж вы меня принимаете, хотел бы я знать?

– Если я вам скажу, Мак–Клостоу, вы наверняка обидитесь!

Сержант призвал в свидетели Гастингса:

– Она прискакала сюда чуть свет, едва я успел продрать глаза, и вместе с Тайлером заставила записать в протокол жалобу против одного или нескольких неизвестных, которые, видите ли, испачкали ей ограду! А теперь хочет забрать заявление обратно! Ну как, по–вашему, можно ли так издеваться над людьми?

– Я получила компенсацию и обещала простить виновного.

– Вы не имели права подменять собой Закон! Жалоба будет рассмотрена в обычном порядке. И в следующий раз вы сто раз подумаете, прежде чем беспокоить полицию!

– Боюсь, вы не имеете права действовать таким образом, сержант… – снова вмешался Гастингс.

– Не имею, так добьюсь!

– Осторожнее, сержант… Как бы это не обернулось для вас крупными неприятностями… Если мне придется выступать в суде…

– Ладно!

Вне себя от злости, Мак–Клостоу покопался среди бумаг и, вытащив несколько листков, разорвал в клочья.

– Теперь вы довольны, мисс? И раз все встают на вашу сторону всякий раз, как вам вздумается меня помучить, возвращайтесь сюда, пишите жалобы и забирайте их обратно, как только я составлю протокол!

– Возможно, я и в самом деле очень скоро буду жаловаться…

Сержант повернулся к инспектору.

– Видали?

72
{"b":"257749","o":1}