ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Колдун Его Величества
Рейд
Как в СССР принимали высоких гостей
Рыцарь Смерти
Роботер
Управление полярностями. Как решать нерешаемые проблемы
Его кровавый проект
Инстаграм: хочу likes и followers
В игре. Партизан
Содержание  
A
A
Песнь о Нибелунгах - i_002.png

Авентюра XVIII

О том, как Зигмунд возвратился домой

Пришёл к невестке Зигмунд и грустно молвил ей?
«Не жалуют на Рейне таких, как мы, гостей,
И я предпочитаю вернуться в край родной.
Угодно ли, Кримхильда, вам отправиться с мной?
Нельзя измену брата вменять сестре в вину,
И в гибели супруга я вас не упрекну,
Но буду в память сына, столь дорогого мне,
Отцовскую привязанность питать к его жене.
И после смерти мужа вы сохранить должны
Ту власть, какою были при нём облечены.
Венец его носите на зависть всем врагам.
А люди Зигфрида служить охотно будут вам».
Кримхильда согласилась, и сборы начались.
Седлать коней ретивых вассалы принялись,
А дамы и девицы — одежду доставать.
В стране врагов невмоготу им стало пребывать.
Узнав, что хочет Зигмунд Кримхильду взять с собою,
Родня к ней обратилась со слёзною мольбою
Остаться там, где братья и мать её живут.
Вдова сказала с горечью: «Не выдержу я тут.
Легко ль мне будет видеть вседневно и всечасно
Того, кем Зигфрид отнят был у меня, злосчастной?»
Млад Гизельхер ответил: «Но у тебя есть мать,
И твой прямой дочерний долг — её не покидать.
Зависеть ты не будешь от недругов своих:
Всем нужным обеспечу сестру я и без них».
Кримхильда возразила ему на эти речи:
«Нет, смерть от горя ждёт меня, коль Хагена я встречу».
«Да я к тебе и близко не подпущу его.
Живи у Гизельхера, у брата своего, —
Он в горести утешит тебя, сестра моя». —
«Да, — молвила несчастная, — нуждаюсь в этом я».
Упрашивал Кримхильду не только младший брат.
Мать, Гернот и родные — твердили все подряд,
Что здесь о ней сумеют заботиться они,
А во владеньях Зигфрида нет у неё родни.
«Мы все, — прибавил Гернот, — умрём в свой срок и час.
Смерть побеждает даже сильнейшего из нас.
Не забывай об этом и покорись судьбе.
А жить всего разумнее здесь, у своих, тебе».
Кримхильда уступила в конце концов им всем,
А Зигмунд собирался на родину меж тем.
Он погрузить доспехи велел на лошадей
И приготовился домой вести своих людей.
Старик-король к невестке пришёл и объявил:
«Здесь, в Вормсе, оставаться у нас нет больше сил.
В дорогу нибелунги уже снаряжены.
Мы ждём лишь вас, чтобы уйти из вражеской страны».
Ответила Кримхильда: «Не стоит ждать меня.
Мне жить в земле бургундской советует родня —
Ведь в крае нибелунгов я буду всем чужой».[174]
Унынье в сердце Зигмунда вселил ответ такой.
Он возражать ей начал: «А я скажу иное.
Поедемте со мною, и власть над всей страною
Я, как при жизни сына, вам передам опять.
Никто вас в гибели его не станет обвинять.[175]
Ваш долг — со мною ехать: у вас ребёнок есть.[176]
Его осиротите вы, оставаясь здесь,
А там опорой станет он вам, когда взрастёт.
Пока ж он мал, вас с ним не даст в обиду мой народ».
Она в ответ: «Мой свёкор, не еду с вами я.
Разумней мне остаться там, где родня моя,
Которая мне в скорби послужит утешеньем»,
На что ей люди Зигфрида сказали с раздраженьем:
«Ещё, наверно, мало стряслось несчастий с нами,
Коль наша королева пренебрегла друзьями
И жить предпочитает там, где враги живут.
Не дай нам бог ещё раз так попировать, как тут!»
«В седло, мои вассалы, и с богом по домам.
Не бойтесь нападенья — я вам охрану дам.
Когда ж вернётесь в земли супруга моего,
Служите так же, как ему, наследнику его».
Услышав, что Кримхильда такое говорит, —
Все Зигмундовы люди заплакали навзрыд.
С тоской внимал невестке и сам старик-король:
При мысли о разлуке с ней испытывал он боль.
В сердцах воскликнул Зигмунд: «Будь проклят этот пир!
Ручаюсь я, не видел и не увидит мир,
Чтоб гость был принят хуже, чем сын мой горемычный,
Вовек меня в Бургундию не зазовут вторично».
А Зигфридовы люди сказали вслух: «Как знать!
Быть может, и придётся здесь побывать опять.
Коль станет нам известно, кто Зигфрида сгубил,[177]
Враги увидят, как любим покойник нами был».
Затем простился Зигмунд с невесткою своей.
Её он крепко обнял и грустно молвил ей:
«Без радости мы едем в родимые края.
Впервые в полной мере здесь изведал горе я».
Повёл из Вормса к Рейну король своих бойцов,
Не требуя охраны и не боясь врагов:
Ведь если б нибелунгам и навязали бой,
То постоять бы за себя сумел из них любой.
Сам Зигмунд слов прощальных не молвил никому,
Но Гизельхер и Гернот приблизились к нему
И дали гостю клятву, что вместе с ним скорбят
И что никто из них пред ним ни в чём не виноват.
Сказал с прискорбьем Гернот: «Пусть бог меня сразит,
Коль ведал я, что будет ваш смелый сын убит.
Нет, я не слышал даже, чтоб говорили худо
Здесь про того, кого всю жизнь оплакивать я буду».
Млад Гизельхер охраной снабдил гостей своих.
До самых Нидерландов сопровождал он их.
Домой с недоброй вестью приехали они,
И старый Зигмунд встречен был рыданьями родни.
Сказать вам не могу я, что дальше с ними стало.
Я знаю лишь, как в Вормсе Кримхильда горевала.
Она превозмогала отчаянье своё
Лишь потому, что Гизельхер был около неё.
Настала для Брюнхильды минута торжества.
Ей было горя мало, что слёзы льёт вдова.
Она к своей золовке питала лишь вражду,
Чем в свой черёд и на себя накликала беду.[178]
вернуться

174

Ведь в крае нибелунгов я буду всем чужой. — Кримхильда не имеет кровных родственников в стране нибелунгов. Но свёкор, свекровь и сын у неё всё же есть. Однако это не её род, а род её покойного мужа. Страна нибелунгов (Норвегия) и Нидерланды автором здесь окончательно перепутаны и смешаны воедино. Ср. строфу 1098.

вернуться

175

Никто вас в гибели его не станет обвинять. — Подобные обвинения могли бы возникнуть, поскольку Кримхильда — представительница рода убийц Зигфрида, и, следовательно, за него можно мстить и ей.

вернуться

176

…у вас ребёнок есть. — Привязанность к роду была сильнее родительских чувств, и Кримхильда остается безучастной к этому призыву.

вернуться

177

Коль станет нам известно, кто Зигфрида сгубил… — Поэт здесь как будто забывает, что виновник уже известен.

вернуться

178

Чем в свой черёд и на себя накликала беду. — Туманный и оставшийся в «Песни о нибелунгах» не разъяснённым намёк на дальнейшую судьбу Брюнхильды. Её роль в развитии сюжета исчерпана. С исчезновением обоих чужаков — Зигфрида и Брюнхильды — в Вормсе нарастает основной конфликт эпопеи — междоусобная борьба. В скандинавской версии Брюнхильд, напротив, активна до конца. Она закалывает себя, не желая пережить Сигурда, которого любила и обрекла на смерть. Тела Сигурда и Брюнхильд были сожжены на одном погребальном костре. В отличие от исландского эпоса, придавшего образу Брюнхильд черты высокого героизма, в первой части «Песни о нибелунгах», по выражению Хойслера, вместо трагедии Брюнхильды дана история первого замужества Кримхильды.

17
{"b":"25775","o":1}