ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A
Песнь о Нибелунгах - i_002.png

Авентюра XXI

О том, как Кримхильда ехала к гуннам

Но мы гонцов оставим — теперь рассказ пошёл
О том, как в землю гуннов невесту вёз посол,
А Гизельхер и Гернот в теченье многих дней
Служили провожатыми бехларенцу и ей.
Лишь Пферринга достигнув, у берега Дуная,
Просить решились братья, чтоб им сестра родная
Дозволила вернуться в бургундские края,
И с ней, пролив немало слёз, расстались как друзья.
Млад Гизельхер промолвил: «Сестрица, не забудь,
Что если кто обидит тебя когда-нибудь
Иль по иной причине ты попадёшь в беду,
Тебе по зову первому на помощь я приду».
С бургундами простились дружинники посла.
Вдова родных и ближних сердечно обняла
И поспешила дальше приречною тропой.
С ней сто четыре девушки в одежде дорогой
Из тонких, разноцветных, слепящих взор шелков.
Вокруг скакало много бехларенских бойцов.
При каждом щит надёжный, копьё и меч булатный.
Бургунды же поехали к себе на Рейн обратно.
Держала путь Кримхильда через баварский край
На Пассау, где с Инном сливается Дунай
И монастырь старинный стоит, поныне цел.
Епископ Пильгрим, муж святой, тем городом владел.[214]
Когда о том, кто едет, известно стало там,
Помчался князь-епископ навстречу пришлецам —
Кримхильде приходился он дядею родным.
Весь Пассау последовал немедленно за ним.
Не зря рвались баварцы встречать гостей своих:
Девицы королевы пленили взоры их.
Свести знакомство с ними был каждый витязь рад.
Сумел удобно разместить всех прибывших прелат.
Пока епископ Пильгрим с Кримхильдой был в пути,
Уже успело в город известие прийти
О том, что он прибудет с племянницей вдвоём,
И ей купцы устроили торжественный приём.
Просил её хозяин подольше погостить,
Но Эккеварт промолвил: «Вы нас должны простить
За то, что не удастся нам задержаться тут.
Давно уже в Бехларене приезда гостьи ждут».
А Готелинда с дочкой и свитою своей
Готовилась к прибытью супруга и гостей.
Была жена маркграфа им предупреждена,
Что выказать внимание вдове она должна —
Пусть выедет с дружиной на Эннс её встречать.
Велела Готелинда своих бойцов собрать
И двинулась в дорогу, и повалил валом
Вослед за ней простой народ, кто пеший, кто верхом,
Меж тем до Эффердинга Кримхильда доскакала.
Живёт в стране баварской лихих людей немало,[215]
И воры на дорогах шалят там искони.
Ограбить поезд свадебный вполне могли б они.
Но Рюдегер к отпору был день и ночь готов.
С собою вёл он больше чем тысячу бойцов.
К тому ж его вассалов несметное число
За маркграфинею на Эннс встречать невесту шло.
На лодках переправив за Траун поезжан,
Сват их доставил к Эннсу, где в чистом поле став
Раченьем Готелинды разбит заране был.
Имелось там всё нужное для подкрепленья сил.
Навстречу королеве, покинув свой шатёр,
Со свитою помчалась она во весь опор.
Звон бубенцов на сбруе разнёсся далеко.
Столь тёплой встречей был маркграф взволнован глубоко
Потешный бой затеяв в честь новой королевы,
По сторонам дороги, как справа, так и слева,
Вассалы Готелинды неслись за госпожой.
Была Кримхильда тронута учтивостью такой.
Чем ближе подъезжали к бургундкам смельчаки,
Тем больше крепких копий ломалось на куски.
Самих себя в отваге бойцы превосходили —
Ведь девушки пригожие за схваткою следили.
Но вот она утихла, два поезда сошлись,
И возгласы приветствий повсюду раздались,
И Рюдегер навстречу супруге полетел.
У всех, кто дамам рад служить, в тот день хватило дел.
Когда живым и целым предстал жене посол,
Она печаль забыла и страх её прошёл.
О муже Готелинда тревожилась напрасно —
Вернулся он, и не один, а со вдовой прекрасной.
Приветом обменявшись с супругою своей,
Маркграф велел вассалам снять женщин с лошадей,
И по сердцу пришёлся его приказ бойцам:
Был, как всегда, любой из них к услугам милых дам.
Узрев, что маркграфиня сошла с коня на луг
И к венценосной гостье спешит с толпой подруг,
Остановила разом Кримхильда скакуна,
И приближёнными с седла была снята она.
Епископ с Эккевартом к ней тотчас подошли.
Они её навстречу хозяйке повели.
Толпа пред королевой с почтеньем раздалась,
И гостья с Готелиндою сердечно обнялась.
Сказала маркграфиня с учтивостью большой:
«Вам, госпожа Кримхильда, я рада всей душой
И счастлива поздравить с приездом в земли наши
Ту, кто — как вижу я теперь — всех женщин в мире краше».
«Воздай вам бог за ласку, — ответила вдова, —
А я — должница ваша, пока сама жива
И жив жених мой Этцель, сын Ботлунга могучий».
Ах, им ещё неведом был их жребий неминучий!
Бургундки устремились к бехларенкам бегом,
И на траве расселись красавицы рядком —
Знакомство за беседой удобнее сводить.
А витязи им всячески старались угодить.
Вина велели гостьям хозяева подать,
А в полдень дамы сели на лошадей опять
И отбыли на отдых в просторные шатры,
Где до вечерних сумерек спасались от жары.
Потом они с удобством всю ночь проспали в них.
Тем временем покинул маркграф гостей своих
И полетел в Бехларен, неутомим и рьян,
Чтоб глянуть, всё ль готово там к прибытью поезжан.
Пришельцев принял город с радушием большим.
Все окна распахнулись с зарёй навстречу им.
Для всех них помещенье в Бехларене нашлось.
Признателен хозяевам остался каждый гость.
Увидев, что Кримхильду к ним в замок мать везёт,
Дочь Рюдегера вышла со свитой из ворот
И новой королеве отвесила поклон.
Немало знатных девушек сошлось там с двух сторон.
Взяв за руки друг дружку, они вступили в зал.
Размером и убранством он взоры поражал.
Шумел Дунай привольный под окнами его.
Там отдыхали путницы всё утро дня того.
Не знаю я, как время девицы коротали,
Однако мне известно, что витязи роптали:
Бургундам надоело подолгу женщин ждать,
Бехларенцы ж мечтали их в пути сопровождать.
Так тронула Кримхильду заботливость посла,
Что юной маркграфине она преподнесла
Запястья золотые, двенадцать штук числом,
И платье лучшее своё с узорчатым шитьём.
Хоть клада нибелунгов пришлось лишиться ей,
Она, как встарь, умела привлечь к себе людей
И, в скудости оставшись по-прежнему щедра,
Нашла подарки для всего маркграфова двора.
На это Готелинда ответила ей тем,
Что воинам бургундским, без исключенья всем,
Вручила на дорогу и праздничный наряд,
И много дорогих камней, слепивших блеском взгляд.
Когда, откушав, гостья садилась вновь в седло,
Хозяйка так любезно, сердечно и тепло
Ей выказать сумела почтение своё,
Что в благодарность обняла Кримхильда дочь её.
А девушка сказала: «Я знаю наперёд,
Что к вам меня родитель с охотою пошлёт,
Коль быть придворной вашей вы разрешите мне»,
Чем гостье и дала понять, что ей верна вполне.
Простившись с Готелиндой и юной маркграфиней,
Кримхильда сесть велела на скакунов дружине
И двинулась со свитой к ограде городской,
И долго им бехларенки махали вслед рукой.
Бургундки с ними больше ни разу не встречались.
Без остановок гости до замка Мёльк[216] домчались.
Его владелец Астольд ждал на дороге их.
Велел он им подать вина в сосудах золотых.
От Астольда Кримхильда узнала, что должна
Спускаться вдоль Дуная на Маутерн[217] она,
А там уж не собьются с дороги поезжане:
Везде австрийцы их встречать сбегаются заране.
Простился там епископ с племянницей своей
И пожелал, чтоб с мужем жилось счастливо ей
И чтоб она, как Хельха, о подданных пеклась.
Да, высоко теперь опять Кримхильда вознеслась!
На Трайзен[218] прибыл поезд, когда зардел закат.
Бехларенцев оттуда отправили назад —
Уже спешили гунны к реке навстречу им.
Они невесту встретили с почтением большим.
Владел там Этцель замком на берегу речном,
И королева Хельха живала часто в нём.
Богат, просторен, крепок, к тому ж красив на вид,
Тот замок Трайзенмауэр весьма был знаменит.
Кримхильда стала Хельхе преемницей достойной —
По щедрости бургундка была ровня покойной,
За что её и чтила вся гуннская страна,
Где после долгих бед душой воспряла вновь она.
Себя прославил Этцель так, что из всех краёв
К его двору стекалось немало удальцов.
Был с каждым он приветлив, учтив и щедр без меры,
Будь то боец языческой иль христианской веры.
Такого не увидишь теперь уже вовек.[219]
Любой, владыке гуннов служивший человек,
Какой бы он при этом ни соблюдал закон,
Был Этцелем за преданность сполна вознаграждён.
вернуться

214

И монастырь старинный стоит, поныне цел. // Епископ Пильгрим, муж святой, тем городом владел. — Епископ Пильгрим — брат королевы Уты. У этого персонажа был исторический прототип: в конце X в. Пассау действительно управлял епископ Пильгрим, гробница которого в конце XII в., то есть незадолго до возникновения «Песни о нибелунгах», стала пользоваться большой известностью и служила местом паломничества, так как распространялась молва, что близ неё исцелялись недужные. Исследователи высказывали предположение, что автором песни мог быть клирик из окружения Вольфгера, пассауского епископа в 1191–1204 гг. Этот поэт, желая прославить своего сеньора, ввёл в эпопею эпизод с его отдаленным предшественником. В таком случае подтверждается датировка «Песни о нибелунгах» первыми годами XIII в. Ср. прим. к строфе 10. Вольфгер покровительствовал поэтам, в частности Вальтеру фон дер Фогельвейде; не исключено, что он мог быть покровителем анонимного автора «Песни о нибелунгах». Св. Пильгрим оказался в песни современником Аттилы, будучи в действительной истории отделён от него пятью столетиями, — эпос не считается с исторической хронологией и легко перемещает события и исторических персонажей из одной эпохи в другую.

вернуться

215

Меж тем до Эффердинга Кримхильда доскакала. — В этой части песни, описывающей события, происходившие в придунайских районах, автор, как полагают — австриец, проявляет несравненно лучшее знание географии, нежели при повествовании, местом действия которого были прирейнские области или Северная Европа.

Живёт в стране баварской лихих людей немало… — См. прим. к строфам 1164 и 1174. 1304.

Траун, Эннс — притоки Дуная.

вернуться

216

Мёльк — город в Австрии на берегу Дуная.

вернуться

217

Маутерн — город в Австрии на берегу Дуная.

вернуться

218

Трайзен — река, за которой начинались владения гуннов.

вернуться

219

Будь то боец языческой иль христианской веры. // Такого не увидишь теперь уже вовек. — Мирное совместное пребывание при дворе Этцеля рыцарей разных вероисповеданий изображено здесь как нечто исключительное и небывалое, и справедливо: в современной автору эпопеи Европе царила религиозная нетерпимость.

20
{"b":"25775","o":1}