ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Высоким артистизмом была окрашена и игра Бориса Пайчадзе, достойного продолжателя традиций ранних поколений грузинских футболистов. С грузинским футболом я знаком с середины двадцатых годов, когда впервые приехал в солнечный Тифлис и выступал на стадионе, домашнего, можно сказать, вида – поле без газона, без трибун, выход из раздевалки со стеклянной верандой прямо на поле. Зрители тут же на лавочках, примыкающих к боковым линиям. Размещался этот стадион-площадка на Плехановском проспекте. Но тогда уже грузинский футбол располагал яркими «звездами» – Солонин, Вачнадзе, Аникин, Жордания – и развивался на принципах высокого технического мастерства и творческой инициативы игроков. Игра Пайчадзе и его товарищей по команде (Шота Шавгулидзе, Гайоз Джеджелава, Александр Дорохов, Михаил Бердзеишвили, Григорий Гагуа, Александр Элиава, Сергей Нинуа и ряд их соратников во главе с Борисом Пайчадзе) произвела на басков такое впечатление, что тридцать лет спустя оно не изгладилось из их памяти. Об этом они говорили при личном свидании в Мексике в 1964 году.

Много воды утекло с тех пор: «Динамо» (Тбилиси) побывало в звании чемпиона СССР, а в 1981 году стало обладателем Кубка кубков для команд европейских стран, не изменив своему творческому высокотехничному почерку в ведении игры.

Это были годы становления и самоутверждения отечественного футбола. Воспитание у игроков чувства собственного достоинства на практических примерах поединков с командами европейских стран с высокоразвитым футболом высшего профессионального ранга.

Сборная Украины, созданная на базе киевского «Динамо», добилась сенсационной победы во Франции над известным клубом высшей лиги французского чемпионата «Ред стар», закончив матч с разгромным счетом 6:1! Республиканский футбол, заметно прогрессировавший в то время, всегда стоявший на позициях совершенствования технического мастерства, тоже нуждался в смене тактических схем: баски и в Киеве выиграли матч, правда, киевляне сумели забить один гол – 3:1.

И я не случайно упомянул нескольких прославленных киевских динамовцев, приглашенных в помощь «Спартаку» на игру с басками.

Хотелось в одной команде выйти на поле и сыграть в каком-нибудь высоком официальном турнире: Олимпийских играх, в чемпионате мира, Кубке Европы. Команды, объединившиеся в Красный спортинтернационал, чисто спортивного интереса для нас уже не представляли. Получался этакий заколдованный круг: с рабочими командами играть стало неинтересно, с профессионалами не позволяли организационные рамки. Турецкая футбольная ассоциация в свое время получила взыскание от ФИФА за неоформленные встречи с советскими футболистами. В дальнейшем турецкие спортивные руководители нашли какую-то бюрократическую уловку, позволяющую им продолжать матчи с советскими командами, минуя запреты ФИФА.

Позже и европейские страны стали практиковать камуфлированные названия, скажем, сборная клубов, не желая рисковать авторитетом сборной страны. Со временем и у нас появится подобная практика. Вот мы и варились в собственном соку, если не считать отдельных экзаменов в Чехословакии, Франции, Болгарии.

У каждого человека, связавшего свою жизнь с этой популярной игрой, есть свое время в футболе, самое, наверное, счастливое для него. У меня оно тоже есть – это футбол довоенной формации. Мое поколение в предвоенные годы было в расцвете своих творческих сил. Но проявить их во всей их мощи нам не удалось. Нам не хватало четкой организованности, мы не имели постоянно объединяющего бы нас центра – сборной команды СССР. Хотя, повторяю, мы все числили себя членами несуществующей команды.

Нет, футбол не был у нас в загоне. Это был по-настоящему массовый вид спорта, очень популярный и любимый народом. Пополнялся организованный футбол за счет того же «дикого», продолжавшего осваивать все новые и новые пустыри наших городов, еще не охваченных стихией индустриальной застройки, и уютные поляны на окраинах сел и деревень. Были у нас и стадионы, отвечающие требованиям международного стандарта. Москва тогда располагала крупным стадионом «Динамо», восхищавшим своей монументальностью.

– Не хуже Грюневальдского, – только и слышалось от посетителей, знавших об одном из крупнейших стадионов в Европе, незадолго до того построенном недалеко от Берлина.

– Ну, уж извините, этот стадион современнее вашего Грюневальдского, – не без оснований возражал архитектор Аркадий Лангман, по проекту которого вознесся динамовский красавец.

Как уже говорилось, с 1936 года стали разыгрываться чемпионаты страны для клубных команд. В мировой практике проведение клубных турниров – первый признак высокого уровня развития футбола в суверенном государстве. И у нас были сильные клубы. Москву на первом чемпионате страны получили право представлять «Динамо», «Спартак», ЦДКА и «Локомотив». Но их сила не использовалась в должной мере, даже, например, во встречах с басками. А существует аксиома: сильные клубы – сильная сборная.

Были и высококлассные игроки, прошедшие проверку на довольно высоких уровнях мастерства.

Советская школа футбола развивалась на базе общефизической подготовки.

Народ на трибунах надо было считать уже десятками тысяч. Поэтому насущным становился вопрос о зрелищности игры.

Еще мой дядя Митя во времена «Горючки» поучал нас: «…Не только себя тешите – люди смотрят!» Футбол начинал завоевывать все большее признание как явление, несущее важную социальную функцию в системе культурного воспитания трудящихся.

Вот и вспомнил один, я бы сказал, назидательный разговор на всегда актуальную тему. Было это в Литературно-художественном кружке в Старо-Пименовском переулке. Должен сказать, что спорт в лице его ведущих представителей всегда тяготел к сближению с работниками творческих цехов – театра, литературы, живописи. Футболисты были не в последнем ряду участников процесса смычки, как тогда говорили.

Мы к вам на стадионы, вы к нам в кружок, в ЦДРИ, – существовала такая неписаная договоренность, взаимная благожелательность ощущалась при встречах. Северная трибуна стадиона «Динамо» была излюбленным местом свиданий.

Мы с Михаилом Михайловичем Яншиным зашли к «Бороде», нас пригласил к столу Валерий Павлович Чкалов, что-то громко обсуждавший с Иваном Михайловичем Москвиным и Николаем Павловичем Смирновым-Сокольским, сидевшими одной компанией. Будучи со всеми знакомы, мы с Яншиным присоединились к беседующим, и разговор продолжался. Тема оказалась животрепещущая – баски – и на лету была подхвачена Яншиным.

Михаил Михайлович был очарован манерой их игры. Говорил, что получил впечатление, как от замечательного концертного ансамбля.

Валерий Павлович, ездивший со мной вместе смотреть басков в игре с «Локомотивом», окая на владимирский лад, поддержал Яншина и предложил уже не раз обсуждавшуюся между ними тему о благотворном влиянии театрального искусства на повышение общей культуры человека.

Яншин восхищался игрой Владимира Степанова против басков.

Немного задержусь на портрете «Болгара» – так в народе прозвали этого футболиста из «могучей кучки» предвоенного поколения. Коренастый, широкоплечий крепыш, с корпусом, посаженным на мощные короткие ноги, что подчеркивало его невысокий рост. Однако для своего роста он был пропорционально сложен. О таких, как Степанов, говорят: мал золотник, да дорог… И на трибунах слышалась эта пословица, когда играл Болгар. Он мог в нужный момент отозваться искусным пасом, сыграть «в одно касание», но по природе был закоренелый индивидуалист, атакующий финт – его стихия. Болгар врывался в штрафную площадку противника, как граната. То был форвард бутусовского темперамента, владевший мощнейшим ударом с обеих ног. Степанов любил футбол и много лет служил ему беззаветно. В конце его карьеры с ним случилось несчастье: он попал в трамвайную аварию, ему ампутировали две ступни. Играть он уже не мог и перешел на тренерскую работу, воспитывал молодых футболистов. Под его руководством мальчишки из «Спартака» двадцать лет кряду становились чемпионами столицы.

23
{"b":"25776","o":1}