ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Через пару дней мы одержали победу над командой «Сан-Пауло» со счетом 4:0. Возвратились домой как победители «Секстагоналя», но в широкой прессе это достижение прошло незамеченным, все были настроены на шведскую волну.

13 мая в Стокгольме состоялся первый четвертьфинальный матч на Кубок Европы. Встречались сборные команды Швеции и СССР. Матч проходил в равной борьбе. Некоторый игровой перевес материализовался лишь к середине второго тайма, когда Иванов на 63-й минуте забил гол в ворота хозяев поля. Но за три минуты до конца Хамрин ответил голом в ворота Яшина, и трудный матч закончился вничью – 1:1.

Через две недели проводился второй матч со шведской сборной командой, на этот раз в Лужниках. Симптоматично, что первый гол в этой игре забил Виктор Понедельник, как бы по согласованию с Ивановым доказывающий, что есть еще «порох в пороховницах». Бесков на «Секстагонале», заменяя ветеранов молодыми игроками, тоже считал, что порох у них не на исходе, им тогда руководили другие соображения, сиюминутного порядка, так сказать.

Там, где нужен объективный взгляд со стороны, мне кажется, всегда уместно им воспользоваться. Вот мнение редактора журнала «Киккер» (ФРГ) Карла-Хейнца Хаймана по поводу этого матча:

«Против шведов всегда играть трудно. Это мы знаем лучше, чем кто-либо другой. Поэтому считаем не очень большой удачей жеребьевку к отборочным играм предстоящего чемпионата мира, которая включила в одну группу с командой ФРГ шведов. Но советская сборная показала, и в частности нам, что шведы не являются непобедимыми. Более того, мы увидели, как их можно «прибрать к рукам».

Если взять только вторую половину матча, то это была игра высокого международного уровня. Но до перерыва действия соперников были слишком скованными. Собственные нервы для большинства игроков стали их главным противником. Все же казалось, что нервная перегрузка у шведов была меньше. Их эластичная защита притупляла атаки советских футболистов уже в середине поля. Перехватив мяч, шведы пытались с помощью быстрых контратак добиться успеха. Скажу откровенно, что такие шансы, которые были созданы Бергмарком, безусловно, лучшим шведским игроком, в течение первых 20 минут форварды должны были обязательно использовать. Но Симонссон и Хамрин даже не попали в ворота. Если бы шведам в этой фазе удалось открыть счет, тогда, вероятно, игра могла бы принять совсем другой характер. Поэтому первый гол Понедельника оказался решающим для определения характера игры. Он успокоил футболистов советской сборной. А после перерыва нападение сборной СССР выглядело и опасней и мощней.

Впрочем, было мало продольных передач. Такую передачу я увидел только при втором мяче, забитом Понедельником. В этот момент центральный защитник шведов Мильд испытал большие затруднения, из которых так и не нашел выхода. Третий гол, забитый Ворониным, был хрестоматийным. Иванов и Воронин в середине поля дважды обменивались пасами. На третий раз Иванов выдал мяч на свободное место на ход Воронину, и тот забил неудержимый гол. Я бы назвал этот мяч самым «интеллектуальным» голом всего матча.

В тактике советской сборной, откровенно говоря, мне не удалось разобраться. Конечно, команда придерживалась схемы «4 – 2 – 4», но направление атак было слишком смещено влево. Исход игры несколько заколебался, когда Хамрин забил свой «обязательный гол» Яшину. В этот момент в советской команде снова появились признаки нервозности.

Из игроков мне импонировали больше всех Воронин, Понедельник и Хусаинов. В защите понравился Шестернев. Могу только выразить сожаление, что шведы не дали проявить мастерство Яшину. Я большой почитатель талантливого советского вратаря, а с тех пор, как в Лондоне видел его в игре за сборную мира, еще раз убедился, что он – лучший вратарь мира в настоящее время».

Несколько дней спустя сборная команда, сыграв несколько товарищеских игр во Франции, вылетела в Барселону, где 18 июня 1964 года предстояла встреча в полуфинальной игре со сборной командой Дании. В то время датчане не блистали достоинствами элитной европейской знаменитости. Но факт выхода ее в полуфинал говорил сам за себя. И пресса не рассматривала команду Дании как заведомого аутсайдера, обреченного на неудачу.

Зная, что такое недооценка противника, мы готовили команду не без учета высказываний прессы. Ребята вышли на матч в полной боевой готовности. На установке, к своему удовлетворению, я заметил, что кое-кто нервно позевывает, значит, волнуется, настраивается на предстоящий поединок.

Как ни крути, а сам ранг матча – полуфинал континентального Кубка – безучастным оставить никого не мог. Да и проходил он на знаменитом стадионе, принадлежащем гранду европейского футбола команде «Барселона». Ребята опробовали поле и с большим любопытством познакомились с подтрибунным интерьером; там разместились восстановительный комплекс, специализированные медицинские кабинеты и подсобные раздевалки, где в персональных шкафчиках хранилась подготовленная спортивная форма Дель Соля, Суареса и других асов международного футбола. Мы увидали одну из сторон быта профессионального футболиста. Показывавший нам все это администратор команды пересказал диалог старшего тренера «Барселоны» Вильялонги с футболистом Дель Солем.

Когда форвард спросил тренера, почему он не ставит его в состав, тот ответил: «У вас вес на два килограмма превышает боевую кондицию». Я подошел к вывешенной табличке и увидел в графе Дель-Соля отмеченное превышение нормы.

Игра с датчанами получила хорошую прессу. Газеты писали, что сборная СССР проявила в ходе матча поистине гроссмейстерский класс, убедительно повергнув соперника в предельно рациональном стиле. Попытки датчан во главе с Мадсеном атаковать ворота Яшина выглядели обреченными, в то время как Воронин на 20-й минуте с углового удара открыл счет, а еще через 20 минут Численко вывел на удар Понедельника, и счет стал 2:0. В конце игры Иванов поставил точку: со счетом 3:0 победила сборная СССР и вышла в финал Кубка Европы, ставшего с 1964 года называться первенством Европы.

Нам предстояло ехать в Мадрид для встречи со сборной командой Испании, где на стадионе «Бернабеу» 21 июня должен был состояться финальный матч.

К этому времени Бесков проработал в сборной около десяти месяцев. Срок по самым снисходительным меркам очень небольшой для осуществления задуманных целей, конечной из которых считалось успешное выступление в VIII чемпионате мира, финал которого приходился на май – июнь 1966 года в Англии.

Игра с испанцами носила огневой характер. Еще на лестнице, ведущей из раздевалок на поле, проходя у противоположной стены мимо стоящих в затылок игроков, я обратил внимание на очень возбужденный вид испанских игроков. Глаза их неестественно блестели, а лица, в контрасте с горячечным блеском, казались бледными, словно неживые. Я поделился своими наблюдениями с Константином Ивановичем. А он, понимая, чем это чревато, пожал плечами и ответил: «Что мы можем сделать?» Действительно, допинг-контроль в соревнованиях даже высшего футбольного ранга отсутствовал. Нашим же допингом был патриотический энтузиазм. Испанцев, помимо всего, подогревал баснословно повышенный боссами гонорар за победу и неистовая поддержка стотысячной массы болельщиков, до отказа заполнивших трибуны стадиона. Нашими руководило стремление доказать, что и мы «не лыком шиты»!

Как показал ход игры, максимальное темповое напряжение, предложенное испанцами с первых минут матча, наши ребята выдержали и морально и физически. В жестких, бескомпромиссных столкновениях игроков за мяч ногу никто опасливо не убирал. Обе стороны в бой вступали с открытым забралом.

На 6-й минуте Переда добился-таки своего: открыл счет. Мы задолжали один гол. Однако кредитовались недолго, две-три минуты, и Хусаинов рассчитался. На перерыв команды ушли, находясь на равных позициях и по счету (1:1) и по игре.

Оставалось совсем немного времени до финальной сирены, когда несколько замешкавшаяся наша защита допустила просчет и Марселино, использовав предоставившуюся возможность, ударом головой решил судьбу этого напряженнейшего финала второго чемпионата Европы.

47
{"b":"25776","o":1}