ЛитМир - Электронная Библиотека

Когда Ти Джи поймал взгляд Люка, он в ленивом приветствии поднял руку.

- Чувак, салют. Как дела?

– Отвали, Ти Джи.

Понадобилось осознанное усилие, чтобы не перепрыгнуть через столик и не врезать ему по лицу. Карен уже послала ему »взгляд« и устроить драку на улице означало бы только еще одну проблему в копилку с ней и с его тренером.

Ти Джи ухмыльнулся.

- В чём твоя проблема, парень?

– В тебе. Я знаю о тебе. Так что, держись подальше от моей сестры.

Ти Джи поднял обе руки.

- Она уже большая девочка.

-Ей пятнадцать, - прошипел Люк.

-Она может позаботиться о себе. Поверь мне. Девочка выросла! – Ти Джи улыбнулся.

Эта ящероподобная ухмылка разъярила Люка. Он мгновенно вскочил на ноги и отшвырнул стул, прежде чем понял, что собирается делать.

-Люк!-предостерегающе воскликнула Карен.

- Эй, эй, эй. - Ти Джей отступил назад, почти сойдя с тротуара, подальше от Люка. Мгновенно с него слетела вся уверенность. Сейчас он выглядел взмокшим, вкрадчивым и виноватым.

-Послушай, я серьезно. Я не видел твою сестру. По крайней мере, в течение нескольких недель. Я слышал, что на прошлой неделе у нее были неприятности, - Ти Джей нервно облизнул губы. -мне очень жаль, все в порядке? Я тут ни при чем.

Карен сжимала руку Люка. Он чувствовал, как она смотрела на него, но он не сводил глаз с Ти Джея.

-Просто убирайся отсюда, - практически прорычал он.

Ти Джи поспешил ретироваться. Если бы Люк был в другом настроении, он мог бы даже найти забавным зрелище сползающих на ползадницы джинсов удаляющегося Ти Джея.

-Он прав, ты же знаешь, - тихо сказала Карен, после того как Люк сел.- Твоя сестра должна научиться заботиться о себе.

-Ты не понимаешь, - пробормотал он.

-Тогда попытайся объяснить мне,- сказала Карен.

На секунду он представил, как выпалит все это: мой отец снова прикладывается к бутылке; моя пятнадцатилетняя сестра просадила все и она беременная. Я беспокоюсь какой матерью она будет.

Люк отвернулся.

- Я не могу.

Карен скрестила руки.

- Точно. Как обычно. Давай, Люк. Ты не её отец.

- Она моя сестра. Она – вся семья, которая у меня есть, - слишком грубо сказал Люк. Потом: - Прости меня. У меня просто плохое настроение.

Карен вздохнула и протерла глаза.

- Нет, извини. Я знаю ты должен...неудачи продолжаются. Множество их. - Она повертела стакан с водой между ладонями и произнесла, не отрывала глаз от стола: - Просто иногда я чувствую, что я вне всего происходящего, ты понимаешь? Словно я заблокирована.

Его злость испарилась. Она выглядела так неуверенно. Карен никогда не выглядела так неуверенно.

-Мне очень жаль. - Он взял ее руку и сплел свои пальцы с ее. - Сейчас я здесь и все мое внимание сосредоточено на тебе. И я весь твой на завтрашней вечеринке. Обещаю, что я даже появлюсь там раньше.

-Я надеюсь на это!- на ее лице было выражение, которое он не мог прочитать, но она моргнула и оно пропало. На его месте засияла великолепная улыбка. - Ты действительно не хочешь пропустить ее!

После ужина Карен хотела сходить в дом своей подруги Марго, у которой был собственный кинозал; Марго приглашала к себе людей чтобы выпить и посмотреть старые фильмы ужасов. Талант Марго заключался в изобретении игр с выпивкой для любого вида развлечений.

Но Люк устал. Он был в тренажерном зале с 5:30 утра, занимался тяжелой атлетикой и бегом, а после школы в течении часа у него была беговая тренировка с командой. И это было еще до тренировочной игры, которую Люк воспринимал так же серьезно, как и любой настоящий матч. Она проходила около двух часов, и он упорно играл все это время.

Карен ничего не сказала при расставании, только обняла его и быстро поцеловала без языка – он понял, что вновь разочаровал ее.

Идя по Маркет Стрит, он любовался на звездное небо и пытался составить список созвездий, но вскоре застрял на созвездии Лебедя.

Ветер усиливался. Люк без перерыва названивал Жасмин, но каждый раз включалась голосовая почта. После того, что произошло на прошлой неделе, они договорились о следующем: она должна была давать о себе знать каждые несколько часов и сообщать ему, где она находится и что делает. После девяти часов ей было запрещено выходить на улицу.

Но было уже десять часов вечера, а от нее не было никаких новостей. Что если у Жасмин снова передозировка, только в этот раз рядом нет никого, чтобы спасти ее?

Люк протолкнулся через толпу пассажиров и туристов и сел в автобус, направляющийся в сторону Ричмонда. Стоя в задней части автобуса, он всматривался в лица пассажиров, надеясь мельком увидеть этот маленький, выступающий подбородок и длинные темные волосы. Не было никаких намеков на ее присутствие. Люк держался за ремни на поручнях, пока автобус мчался по городу.

Вскоре автобус опустел и остался только он и пожилой мужчина в грязной кожаной куртке. Люк сел и уткнулся лбом в холодное текло окна. Мерное покачивание автобуса клонило в сон. Темнота улиц нарушалась полосками света, гипнотизирующими и ритмичными, сквозь дрему казалось, что это разноцветные падающие звезды качались туда-сюда.

Они проехали мимо строящегося дома, наполовину законченного, с табличкой ВХОД ВОСПРЕЩЕН и деревянными ограждениями. Взгляд выхватил арматуру, торчащую из цемента, спицы для железных знаков, куски бетона.

Из-под решетки на улице вырывался пар со свистом. Люк смотрел на то, как пар извивается и крутится, как -будто пытается уплотниться и перейти из газообразной формы в твердую.

Затем ему удалось – он сконцентрировался, принял форму, изменился.

Время словно замедлилось...Казалось, что автобус еле ползет, исчезли все звуки.

Он наблюдал, как какая-то женщина с длинными развевающимися волосами шагнула в пар. Туман обвился вокруг ее тела, словно голодная змея. Люк моргнул. В одно мгновение женщина исчезла, словно канула в небытие, как -будто мгновенно распалась на капли пара.

Движение вернулось, возвращая Люка обратно в явный, наполненный звуками, физический мир. От неожиданности он ударился лбом о стекло, когда попытался вывернуть шею и проследить исчезающую за окном автобуса ирреальную картину.

Ничего.

Какого черта?

Он повернулся в сторону пожилого мужчины в кожаной куртке, ища своего рода подтверждение, что не сошел с ума, но мужчина сидел с закрытыми глазами и его тело качалось в такт с движением автобуса. Люк закрыл ладонями глаза.

Люди не исчезают вот так вот в воздухе...

Он опустил руки и вновь уставился в окно, боясь другого видения. Но город проносился мимо, так же, как и всегда: неясно вырисовывающиеся темные здания, точки света. Должно быть он это вообразил себе от усталости, или заснул на несколько секунд.

На своей остановке Люк выпрыгнул из автобуса и пробежал шесть кварталов до своей квартиры, глубоко вдыхая легкими холодный ночной воздух, до тех пор пока их не стало жечь.

Ветер, дующий с океана, приносил знакомый запах рыбы, смешанный с легко узнаваемым запахом чеснока. Над ним, на втором этаже пожарного выхода, на фоне приглушенного света, исходящего из окна, он разглядел знакомый силуэт. Ее длинные темные волосы, сверкание кольца, когда она поднесла сигарету ко рту.

Его сестра была дома с самого начала. Он не знал, чувствует ли облегчение, или гнев. За прошедшую неделю каждый раз, когда он видел ее, он также видел и другую ее: бледную, без сознания, волосы по всей больничной подушке, ногти кроваво-красного цвета на белой простыне, одетую в ужасную блестящую рубашку, обрезанную практически до пупка. В уголках рта остались следы рвоты.

Его сестра – его младшая сестра.

Воспоминание заставило сжаться его горло.

- Жас, - он позвал.

Она встала, затем схватила лестницу в конце небольшой площадки и потянула ее. Лестница затряслась и с противным скрипом опустилась.

Люк осторожно лез, не доверяя тому, как металл прогибался и стонал под его весом, затем поднялся на огороженную площадку. Жасмин облокотилась на каменную стену. Ароматизированная сигарета свободно покачивалась между пальцами рук. Он знал, что это больше для протеста, чем для курения, но все равно это убивало его. Дым впитывался в одежду, диваны, проникал в его спальню – и после от него несло, словно от пепельницы хиппи.

4
{"b":"257761","o":1}